С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира icon

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира





НазваниеС 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира
страница6/15
Дата26.01.2013
Размер3.38 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

^ ИЩИТЕ ТРИХОМОНАДУ

В науке существуют два пути решения фундаментальных проблем. Один из них — это путь мощных прорывов, крупных открытий, которые дают возможность радикально решить проблему. Другой путь — постепенное накапливание материалов, их сопоставление, анализ и последовательное овладение крепостями тайн природы. В онкологии были надежды на первый путь, но жизнь показала, что эти надежды не оправдались.

76 лет назад выделившись из биологии, медицина, вероятно, забыла, что не только человек живет в окружающем его мире, но и богатый микромир обитает внутри него.

Известный паразитолог профессор В. Догель утверждал: «Как любой биотоп суши или моря, так любая ткань и любой орган является местом обитания для паразитов». Определение природы паразита, вызывающего рак, о котором писал онколог Невядомский, — это тот прорыв, который позволит решить онкологическую проблему. И он был сделан: в 1989 г. мною открыт возбудитель рака.

Когда в роду третье поколение умирает от рака, причем младшие родные братья, понимаешь, что следующая очередь — твоя. Это заставило меня познакомиться с проблемой рака. Не ведая о существовании Невядомского и Зильбера, я интуитивно приняла сторону первого уже потому, что не поверила в способность моих клеток превращаться опухолевые. Отсюда возникал вопрос: что же такое опухолевая клетка? Дать на него ответ — значит (!) сделать открытие возбудителя рака.

Открытия делаются по-разному. Америго, не будучи мореплавателем, открыл неизвестный миру континент Америку, не выходя из кабинета. Ученому-теоретику не пришлось на практике доказывать достоверность своего открытия, пустившись в опасное плавание: за него это сделал Колумб. Я же, не будучи медиком, открыла возбудитель рака, не входя в кабинет, которого у меня не было. Сначала возникла смутная мысль о трихомонаде. Ведь это самое распространенное одноклеточное, и заболевание, которое оно вызывает, протекает часто незаметно для человека. Как и все, я знала только вагинальную трихомонаду, поэтому задалась вопросом: а при чем здесь рак легкого или мозга? Ответ нашла в ведущих библиотеках Москвы, Ленинграда, Новосибирска и Красноярска, проштудировав множество научных публикаций и законспектировав 50 тетрадей мелким почерком.

Не претендуя на восприятие меня как равного себе специалиста медиками, признающими только банальное образование, я, экстерном изучив интересовавший меня предмет, считаю себя наиболее компетентной в трихомонаде и проблемах, которые она создает, паразитируя в организме человека. Но перенос и реализация этих знаний в медицине позволит за короткое время решить проблему рака и многих других неизлечимых болезней века.

В отличие от Америго я не имела своего Колумба, поэтому пришлось пуститься в одиночное плавание. В 1989 г., покинув свой дом и не имея постоянного источника доходов и жилья на фоне социальных потрясений в России, я штурмовала малопривлекательный трихомонадно — раковый гранит науки. Работая по 10-14 часов в сутки, без выходных, делала все необходимое для проверки достоверности своего открытия. Изучала труды по паразитологии, онкологии и кардиологии, встречаласъ с учеными многих институтов Москвы и Ленинграда, находила спонсоров, организовывала эксперименты в научных лабораториях, разрабатывала методики исследований и реализовала их: пересевала культуры опухолевых клеток и трихомонад, изготовляла фиксированные препараты и изучала их под микроскопом. А также анализировала полученные результаты и выпускала отчеты, писала статьи для публикаций и выступала с докладами перед медиками. Эксперименты достоверно показали, что опухолевые клетки человека и животных — это одноклеточные паразиты — трихомонады. И вдвойне прав оказался известный онколог профессор Невядомский, который предсказывал, что раковая клетка — это не трансформированная нормальная клетка, а паразит, на дифференциацию которого потребуется много времени. Действительно, возбудитель рака был открыт через 30 лет после разгона паразитарной школы Невядомского.

В России каждый год миллион людей умирают от болезней сердца и на каждую тысячу у восьми новорожденных диагностируется порок сердца. В США та же проблема. Правда, комфортабельность лечения выше. Там создано более 280 центров по пересадке сердца и проводятся сотни тысяч операций по открытой хирургии сердца и сосудов. Наши хирурги, находясь в худших условиях, тем не менее не уступают в мастерстве. Одна операция обходится государству в. 31 миллион рублей. А для больного это серьезное предупреждение: ведь рецидива болезни он может и не пережить.

По мнению медиков, в возникновении сердечно — сосудистых заболеваний виноват сам человек и его эмоциональные и физические перегрузки А раз нет возбудителя болезни, то и борются врачи не с ним, ас человеческим телом. Правы ли они? Нет! Впервые мне пришлось высказаться именно так в одном из выступлений в прессе. Впрочем, та статья известного журналиста Михаила Дмитрука запомнилась многим, и специалистам тоже. Предлагаю ее здесь полностью.


^ ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ

Сердечно-сосудистые заболевания стали самыми распространенными на земле. До сих пор был неизвестен возбудитель недугов, поэтому он оставался совершенно безнаказанным, ежегодно убивая десятки миллионов человек. И вот недавно злейший враг рода людского пойман на месте преступления... российским ученым.

Изучая проблему рака, Свищева заметила странное сходство между онкологическими и кардиологическими заболеваниями. И те, и другие имеют длительный бессимптомный период. Люди не замечают грозного недуга, пока формируются опухоли и тромбы.

Болезнь становится явной, когда заходит слишком далеко: как правило, наступает истощение организма, малокровие, иммунодепрессия — в результате начинает прилипать любая зараза.

К тому времени Тамара Яковлевна уже доказала экспериментально, что опухоли состоят из трихомонад. Неужели и тромбы строятся из тел этих паразитов? И догадка подтвердилась. Ведь ткани, которые состоят из человеческих клеток, имеют красный, мясной, цвет, а сформированные из трихомонад опухоли и тромбы — белесого цвета. Другое подтверждение удалось найти в научной литературе и окружающей жизни: рак часто сочетается с сердечно-сосудистой патологией, а многочисленные онко- кардиологические больные — жертвы аварии на Чернобыльской АЭС — тому убедительное подтверждение. И это неудивительно, если у них общий возбудитель. Но этого нельзя сказать о других инфекционных заболеваниях. Например, чума исключает холеру или тиф — человек может заболеть только одним из этих недугов, потому что они имеют разных возбудителей, которые враждуют друг с другом.

Еще больше убедило Свищеву сходство результатов так называемого лечения онкологических и кардиологических заболеваний. Добившись временного исчезновения симптомов, медики усугубляют их причину: под угрозой гибели трихомонады становится агрессивными, начинают мигрировать по организму и бурно размножаться.

В результате болезни проявляются вновь — в более тяжелой форме. К примеру, на месте удаленной опухоли образуется новая — более злокачественная или возникают метастазы в других органах. Нечто подобное происходит после операций на артериях: на месте старых тромбов вырастают новые. Нам известен больной, который полгода назад был прооперирован в Германии, сейчас вынужден лечь снова на операцию, но уже в местную клинику. И химиотерапия вызывает нежелательный эффект: если вначале и происходит уменьшение опухолей и тромбов, то потом они становятся больше, чем прежде.

В свое время медики искусственно разделились на онкологов и кардиологов, заодно и человека расчленили: на сердечно-сосудистую систему и все остальное. А трихомонада этого не понимает. Для нее тело человека — единая планета. Где она находит для себя подходящие условия, там и обитает, размножается и образует колонии. Если новообразование возникнет в органах и тканях, онкологи назовут его опухолью, а если в стенках сосудов, кардиологи — тромбами. Все это и позволило Свищевой создать свою концепцию. Суть ее в том, что онкологические и кардиологические заболевания имеют общих возбудителей — три­хомонад. В первом случае они диагностируются по образованию опухолей, а во втором — тромбов.

Для подтверждения концепции надо было найти трихомонад в кровеносных сосудах и доказать, что из этих паразитов образуются тромбы. Образно говоря, трихомонады — это танки, которые застревают на узкой дороге в горном ущелье и не пропускают машины с гуманитарной помощью — клетки крови.

Оказалось, что подобные идеи давно приходили в головы ученых. В середине XX века был расцвет паразитологии, проводилось много исследований по одноклеточным паразитам, в том числе по трихомонаде. Уже тогда академик Е. Н. Павловский и Е. Г. Визирь обнаружили трихомонаду в крови и изучали ее поведение в кровяном русле. Больших успехов в изучении трихомонад добились советские ученые: Ю. X. Терас и его коллеги из Эстонии, Г. М. Ткаченко, И. К. Падченко с Украины. Б. А. Теохаров из Узбекистана и российские ученые В. В. Тарасов, Л. К. Любимова, А. А. Авакян, Н. М. Овчинников и многие другие. Но они успели пройти только половину пути: расшифровали механизм разрушительного воздействия трихомонад на клетки крови и тканей человека. Их больше интересовала жгутиковая форма трихо­монад. Исследователи не догадались, что именно из цистоподобных, почкующихся форм образуются опухоли в органах и тромбы и бляшки в сосудах крови.

— Почему же эта простая мысль до сих пор никому не приходила в голову? — спросил я Тамару Яковлевну.

— Как будто нарочно организаторы науки все сделали для того, чтобы это открытие стало невозможным, — ответила исследовательница. — Они искусственно расчленили медицину на множество разделов, каждый из которых стал изучать не целого человека, а какой-нибудь его фрагмент. Так, при явном сходстве недугов цивилизации их разделили стеной: одни болезни назвали онкологическими, другие — кардиологическими. Два проявления одного недуга стали изучать в разных институтах, не связанных друг с другом. Но, исследуя отдельные симптомы заболевания организма, ученые при всем желании не способны узнать их общую причину. Поэтому и не замечают, что у этих недугов гораздо больше сходства, чем различий. Ведь давно известно, что опухолевые клетки циркулируют в крови. Еще в 1867 г. Эливорт впервые обнаружил раковые клетки в периферической крови ракового больного. И только спустя столетие онкологи убедились, что опухолевые клетки попадают в кровяное русло в большом количестве и в значительно ранние стадии заболевания, чем предполагалось ранее. Это они, отделяясь от опухоли, проникают в сосуды, разносятся по всему телу и в ослабленных органах образуют новые колонии — метастазы и... тромбы. А Свищева лишь утверждает: клетки опухолевые, клетки тромбов и трихомонады-одно и то же. Поэтому нужно бороться не со следствиями заболевания: опухолью, инфарктом, тромбами, а с их причиной — ликвидировать возбудителя недугов на ранних стадиях заболевания.

Сенсационные исследования провела летом 1994 г. Свищева в одной из лучших клиник Москвы. Сначала она сделала сравнительный анализ крови, взятой у онкологических и кардиологических больных. Для контроля была нужна кровь практически здорового человека — исследовательнице пришлось взять ее у себя. В микроскоп было видно, что в здоровой крови большинство эритроцитов имеют форму дисков с ярким ободком и просветом в центре. Они похожи на двояковогнутые линзы из цветного стекла: посередине гораздо тоньше, чем по краям. Эти поджарые здоровяки поразительно отличались от больных толстяков: эритроциты онкологических и кардиологических больных напоминали двояковыпуклые линзы, и в центре не видно просвета, наоборот, середина темнее кра­ев. Мало того, опухшие эритроциты громоздились друг на друга, образуя колонии и цепочки. Исследовательница предположила: эти больные клетки сцепились, чтобы вместе спасаться от токсических веществ, которые выделяют паразитирующие в человеке одноклеточные животные — трихомонады: прижавшись друг к другу, эритроциты уменьшают общую поверхность тела, на которую попадают яды в сыворотке крови.

Но другие ученые считают, что сцепление эритроцитов имеет и физическую причину. Так, известный физик-ядерщик Иван Степанович Филимоненко показал, что во время радиоактивного облучения частицы высоких энергий бомбардируют клетки крови, срывая с них электроны. Здоровые эритроциты имеют одинаковые заряды, отталкивающие их друг от друга, а облученные становятся нейтральными и поэтому легко слипаются. Сгустки эритроцитов не могут проникнуть в капилляры — возникает вегетативно-сосудистая дистония. А сильное радиоактивное облучение вообще разрушает кровяные клетки. Это вызывает недуги цивилизации: сердечно-сосудистые, рак, СПИД и другие.

Исследования Тамары Свищевой показали: большие дозы радиации, которые смертельны для человеческих клеток, действуют как стимуляторы на опухолевые клетки и трихомонад: часть паразитов переходит в амебовидную и жгутиковую форму, они становятся подвижными, агрессивными и бурно размножаются. В организме человека паразиты пожирают эритроциты (рис. 3), а токсическими веществами ослабляют и даже убивают своих врагов — лейкоцитов, что вызывает рак крови, а при наличии вирусов иммунодефицита — СПИД.

Как видим, объяснения Филимоненко и Свищевой дополняют друг друга: трихомонады являются возбудителями недугов цивилизации, но урон, который эти паразиты накосят кровяным клеткам, резко увеличивается в результате радиоактивного облучения.




^ Трихомонады заглатывают эритроциты, так же они поступают со сперматозоидами


Но вернемся к экспериментам в клинике. В крови онкологических и кардиологических больных эритроциты были явно нездоровы и вели себя неестественно. Они как будто пухли от голода и зачем-то соединялись в цепочки. Свищева знала, что в этом виноваты трихомонады. Но как же убедить медиков, что часть клеток, похожих на лимфоциты и называемых малыми и атипическими, на самом деле трихомонады? Как доказать, что обнаруженные клетки действительно паразиты? Можно было бы поместить их в питательный раствор, в котором быстро размножаются трихомонады, переходя в амебовидную и жгутиковую стадии. Но под микроскопом была кровь, размазанная тонким слоем на стеклянной подложке, зафиксированная и окрашенная, в ней все клетки были мертвы и непригодны для размножения. Для дальнейших экспериментов нужна была свежая венозная кровь онкологических и кардиологических больных Увы, ее не предоставили Тамаре Свищевой.

Но она не привыкла сдаваться. Среди сотрудников клиники сагитировала двух человек дать свою кровь для сенсационных экспериментов. Ну, а третьим донором, как всегда, была Тамара Яковлевна. Из трех добровольцев только один был болен, а двое других практически здоровы. Казалось бы, найти в их крови трихомонад — дело безнадежное. Но в том-то и состояла сенсационность экспериментов, что, по мнению Свищевой, практически все люди заражены трихомонадой — даже те, кто считает себя здоровыми. И это подтвердили опыты.

Из венозной крови каждого добровольца в центрифуге выделили сыворотку, а осадок залили пищеварительным ферментом. Пепсин и трипсин расщепляют мертвые клетки тканей (мясо и рыбу) в желудке человека. Но ферменты не способны разрушить живые клетки, потому что их оболочки имеют небелковую природу и могут резко уменьшать свою проницаемость в агрессивной среде. Поэтому на трихомонад пищеварительные ферменты не могут подействовать снаружи и не способны проникнуть внутрь. И если эти паразиты есть в крови, то они должны выжить, когда мертвые клетки крови уже переварятся в ферментах.

Двое суток Свищева морила клетки в агрессивной жидкости, дважды сливала отработавшие ферменты и добавляла новые. Наконец она удалила всю жидкость, а оставшийся осадок поместила в питательную среду и поставила в термошкаф на трое суток. За это время притворившиеся лимфоцитами паразиты неузнаваемо изменились. В микроскоп Свищева и сотрудники лаборатории увидели похожие на амебы клетки, которые не имели ядер. А у лимфоцитов, как известно, в центре находится крупное округлое ядро, окруженное тонким пояском цитоплазмы. Эти белые кровяные тельца бывают от 8 до 15 микрон в диаметре, но амебовидные трихомонады были в три раза больше. А некоторые паразиты перешли в третью — жгутиковую стадию. У этих трихомонад торчали длинные толстые жгуты. У некоторых паразитов было продолговатое ядро, смещенное от центра.

Так Тамаре Свищевой удалось рассекретить паразитов — перевести их из клеточной стадии в амебовидную и жгутиковую. А все человеческие клетки крови в этом растворе были разрушены пищеварительными ферментами. Эритроциты превратились в бесформенную массу обломков, а лейкоциты и лимфоциты вообще рассосались.

Значение этого скромного эксперимента трудно переоценить: трихомонады были обнаружены в крови не только больного стенокардией, но и практически здорового человека двадцати лет. Эта молодая девушка, скромная студентка мединститута, конечно, не подозревает, что носит в себе возбудителей венерического заболевания, сердечно-сосудистой патологии, рака и других неизлечимых болезней. А в своей крови Тамара Свищева обнаружила в несколько раз меньше парази­тов. И неудивительно: она знает, как с ними бороться.

И мы с вами, уважаемые читатели, наверняка являемся носителями этой заразы. Узнав об этом, многие, наверное, спросят: у нас нет венерических заболеваний, мы вообще не грешим, как же трихомонады попали в наш организм? На этот непростой вопрос можно найти ответы в заявке на открытие паразитарной природы сердечно-сосудистых заболеваний, которую подала Тамара Свищева еще в 1990 г. Изложу ее популярно.

Как известно, из трех видов трихомонад, живущих в человеке, наименее агрессивная — ротовая. Она не может сразу проникнуть сквозь стенку кровеносного сосуда, поэтому сначала приклеивается к ней и выделяет едкие вещества, разрыхляющие ткань. И когда почва подготовлена, паразит внедряется в нее. Бесполая трихомонада нуждается в гормонах и пище. Она ворует питательные вещества из сыворотки крови, синтезирует холестерин и выделяет липиды. Это тот плохой холестерин, который в избытке циркулирует в крови кардиологических больных, и те липидные пятна в стенках сосудов, которые служат продовольственными складами и защитой паразита.

Токсинами, ядовитыми стеролами, способными проникать в клетки, паразит травит своих врагов — лейкоцитов: сначала снижается их переваривающая способность, а потом наступает гибель. Мало того, токсины вызывают старение и разрушение окружающих клеток тканей, которые утрачивают возможность ассимилировать питательные вещества, их место занимают трихомонады. Обосновавшись в стенке сосуда и перейдя на неподвижный образ жизни, трихомонада переходит в цистоподобную, или почкующуюся, стадию существования. Паразит начинает размножаться почкованием: новые клетки вырастают на теле старой, как почки на дереве, которые в свою очередь дают новые почки. Так бесполые одноклеточные образуют колонии, которые утолщают стенки сосуда. Паразитам становится тесно, им не хватает пищи и некуда выделять отходы. Поэтому они вновь пробиваются через стенку в просвет сосуда и продолжают размножаться, омываясь кровью. В результате образуются узелки, переходящие в тромбы. Вначале они могут быть красного цвета за счет съеденных эритроцитов и клеток тканей, а после их переваривания становятся белесыми.

— Выходит, мы в самом раннем возрасте заражаемся трихомонадами, которые обрекают нас на сердечно-сосудистые заболевания? — спросил я у исследовательницы.

— Не всегда, — ответила Свищева. — Здоровый организм способен победить трихомонад. Тогда происходит обратное развитие липидных пятен: от парази­тов очищаются сосуды, кровь и все органы. Но чаще всего, к сожалению, бывает наоборот: трихомонады разрушают иммунитет и начинают безнаказанно размножаться. Отдельные тромбы увеличиваются в объеме и сливаются в бляшки. Внутри них образуются извилистые кровеносные каналы, стенками которых служат сами паразиты. По этим каналам трихомонады получают питательные вещества и выводят продукты обмена.

Но постепенно за счет размножения паразитов тромбы уплотняются, бляшки увеличиваются, а просветы в каналах сужаются. Наконец они целиком заполняются не в меру расплодившимися трихомонадами. Их отходы уже не уносятся кровью — яды начинают отравлять самих паразитов. Внутри бляшки накапливаются токсические продукты обмена, которые вызывают гибель самих трихомонад. В конце концов бляшки лопаются, и массы токсических веществ выбрасываются в кровь.

Избавившиеся от собственной отравы паразиты опять начинают размножаться, еще больше утолщая стенку сосуда. Мало того, они пожирают тканевые клетки органов, в том числе и сердца, в которых расположены кровеносные сосуды, и замещают их своими телами. Ужасная картина: вместо человеческих клеток кровеносные сосуды строят трихомонады. Происходит весьма неравноценная замена: ткань из парази­тов жесткая, хаотичная, не может расширяться и сужаться, как в здоровых сосудах, через нее с трудом проникают кислород и питательные вещества, которые несет кровь человеческим клеткам.

Зато трихомонады выделяют в избытке токсичные, собственного производства вещества: едкие ферменты, перекись водорода, стероиды, липиды, плохой холестерин, которые убивают красные и белые кровяные тельца и тканевые клетки. В результате постепенно развиваются малокровие, истощение, кислородная недостаточность, отложение холестерина и другие патологии. А дальнейшее развитие заболеваний вызывают хорошо известные вторичные факторы. Физическое и эмоциональное перенапряжение усиливает кровоток, но начиненные трихомонадами сосуды плохо расширяются, их изъязвленные стенки не выдерживают давления крови и разрываются. Этот печальный финал приближается быстрее при малоподвижном образе жизни и богатой жирами пище: иммунитет ослабевает, а еды у трихомонад много — вольно им живется, пока они не погубят весь организм. Как же нам спасаться от этих паразитов? Медики предлагают бороться со следствиями болезней, не ликвидируя их причину. Облучение, лекарства, операции уничтожают часть паразитов, но остальные, как по команде, начинают быстро размножаться в травмированном организме, становятся подвижными, агрессивными и с лихвой восполняют потери. А многие больные усиливают этот эффект половыми излишествами, обеспечивающими приток новых паразитов, курением, алкоголем и богатой холестерином или канцерогенами пищей, которые ускоряют размножение трихомонад, делают их более злокачественными.


^ ПОЧЕМУ ОТ ЛЮБВИ БОЛИТ СЕРДЦЕ?

Трихомонады поражают не только сосуды, но и главный орган — сердце. Они создают тромбы, утолщают и перерождают сердечную ткань, снижают ее сократительную способность. В результате во время эмоциональных или физических перегрузок поврежденная стенка сердца не выдерживает и разрывается — инфаркт. Но выделяемые паразитами токсические вещества разрушают не только сердечно-сосудистую систему. Они разносятся кровью и отравляют весь организм, поражая нервную систему, лимфатические узлы, суставы, печень, поджелудочную железу и так далее. Это еще больше ослабляет иммунитет, вызывает отмирание тканей, нарушение обмена веществ — в результате возникают сопутствующие заболевания, в том числе рак, сахарный диабет и другие неизлечимые болезни.

Объяснение своего открытия Тамара Свищева заканчивает словами: протозойное заболевание генерализуется. В переводе это звучит примерно так: начинается генеральное наступление простейших организмов на все органы и системы человека. Увы, при современных методах лечения исход этого сражения заранее предрешен. Ликвидация симптомов дает лишь временный, локальный эффект, а главная причина недугов только усугубляется, что в конце концов вызывает летальный исход.

Не зная о заразности сердечно-сосудистых заболеваний, медики невольно помогают их эпидемиологическому распространению и омоложению. Исследования показали: при переходе от одного человека к другому трихомонады попадают в новую среду и, приспособляясь к ней, становятся более злокачественными, так как им приходится завоевывать новое жизненное пространство.

— Я должна извиниться перед врачами и больными, — говорит Тамара Свищева, — которые считали сердечно-сосудистые заболевания благороднее рака: они вызываются одной и той же заразой — трихомонадой. Но, с другой стороны, могу их весьма утешить: благодаря последним исследованиям появилась реальная возможность значительно упростить и сделать намного эффективнее борьбу с недугами цивилизации — перейти наконец от лечения болезней к лечению больных. С помощью ранней диагностики и не-травмирующих методов лечения при желании можно избавить всех людей от возбудителя сердечно-сосудистых заболеваний, рака, инсульта, диабета и других неду­гов. Это вызвало бы небывалое оздоровление общества и намного повысило бы среднюю продолжительность жизни. А пока она, увы, стремительно сокращается — во многом из-за невежества ученых-медиков, которые не знают главной причины наиболее распространенных и самых тяжелых недугов.

Не первый год Тамара Свищева призывает их помочь ей провести комплексные исследования паразитарной природы самых грозных заболеваний человека. Но так и не получила поддержки руководителей науки и медицины.

Да она сама была бы рада избавиться от трихомонадного кошмара, если бы кто-нибудь сумел экспериментально опровергнуть ее исследования. Но чем дольше их ведет Тамара Свищева, тем больше убеждается в своей правоте. И приходит к выводу: практическое применение паразитарной концепции недугов цивилизации дает реальную возможность спасти человечество, которое терпит поражение в борьбе с более древним и могущественным противником — трихомонадой.


^ НАДЕЙСЯ НА МЕДИЦИНУ, ДА САМ НЕ ПЛОШАЙ

«Долой безграмотность!» — было девизом двадцатых годов в нашей стране, когда доля грамотных людей действительно была незначительной. Но и в наше просвещенное время этот девиз, с определенной поправкой, не утратил своего значения. Сейчас он должен звучать: долой медицинскую неграмотность! Полностью передоверив свое здоровье медикам, мы утратили чувство собственной ответственности за него и расплачиваемся за свою беспечность приобретением неизлечимых болезней: рака, инфаркта, диабета, инсульта и даже СПИДа, когда инфекция ВИЧ заносится в организм больного в медицинском учреждении.

Медицина преуспела в борьбе с быстрыми инфекциями — болезнями, которые возникают вскоре после заражения и на которые активно реагирует организм самого заболевшего: высокой температурой, болью, рвотой, чиханием и так далее. В этом случае стоит человеку помочь лекарственными препаратами или процедурами, стимулирующими защитные силы организма, и он выздоравливает. Но медицина оказалась бессильной в борьбе с медленными инфекциями, потому что, как и сам больной, она упускает момент заражения человека ее носителями и не замечает начальных стадий заболевания. А когда болезнь начинает заявлять о себе многочисленными симптомами, она становится практически неизлечимой — к этому времени она медленно и неуклонно успевает поразить весь организм.

Медикам известно о медленных инфекциях, но это в основном касается вирусов, которые по-своему настолько беззащитны, что постоянно ищут убежище в клетках, в том числе в одноклеточных паразитах. А вот последними медицина совершенно не интересуется. Но именно эти простейшие: трихомонады, лямблии, токсоплазмы, амебы — являются в полном смысле слова медленными инфекциями. Заразив человека легко и незаметно для него, они начинают питаться его соками, клетками и поступающими питательными веществами, взамен сцеживая свои ядовитые вещества обмена и токсичные ферменты. Иммунитет не реагирует на инвазию паразитов, потому что просто ее не заметит: одноклеточные, переходя от одного хозяина к другому, давно научились уклоняться от иммунитета, а постепенно разрушая его, еще более закрепляют свои позиции в организме хозяина. И потом это не прямолинейные бактерии, которые, только попав в организм человека, не меняют своей сущности, например своих опознавательных антигенов, и начинают усиленно размножаться. Это не остается незамеченным антителами, которые и обнаруживают инородцев: срабатывает иммунитет и мобилизует все защитные силы организма на борьбу с инфекцией. Своевременная помощь медиков помогает решить исход борьбы в пользу человека.

Другое дело — медленные паразитарные инфекции. Своей болезни не замечает сам больной. Он будет бледнеть, худеть, потеряет трудоспособность, станет вялым и ко всему равнодушным. Обращение к терапевту ничего не даст: нет температуры — не о чем и говорить, а рецепт от бледности и вялости один — больше гулять на воздухе, хотя у человека уже нет сил, чтобы выйти просто на балкон. Наиболее верным и надежным способом диагностирования при любой болезни, в том числе и паразитарной, является обнаружение возбудителя. И чем раньше он будет выявлен, тем успешнее пойдет обратный процесс, процесс выздоровления.

Многие, ознакомившись с материалами о паразитарной природе рака и инфаркта, возбудителем которого является трихомонада, надеюсь, поняли, что рак и инфаркт — это последние стадии трихомоноза. Ведь, например, опухоль, которую медики считают главным диагностическим фактором рака, возникает лишь тогда, когда в организме человека подготовлена почва для ее роста. Известный онколог профессор М. Невядомский в свое время писал: «Попадая в кровь, паразиты рака гибнут, так как сыворотка здоровых людей их убивает. Появление очага бурного разрастания клеток опухоли в результате потери сывороткой канцеролитических свойств сопровождается резким увеличением интоксикаций». Другими словами, для роста крупных опухолей трихомонадам требуются годы или десятки лет подпольного труда, чтобы в организме человека создать для себя благоприятные условия существования. Но если они наконец сумеют колонизировать организм, то освободиться от них будет практически невозможно. И только осознав это, становится понятной наивность онкологов, которые пытаются вылечить рак путем вырезания, облучения или химической обработки одной обнаруженной опухоли, когда болен весь организм, пронизанный миллиардами трихомонад и множеством необнаруженных малых и больших опухолей.

Что же делать? Выход один: разработать простой, доступный и дешевый метод диагностики трихомонады. Ведь если обнаружить паразита на ранней стадии заболевания и освободить от него человека, то не из чего будет образовываться опухолям и тромбам.

Путь к созданию метода диагностики рака и инфаркта был непростой. Вначале меня интересовала трихомонада просто как возбудитель рака. И много сил было потрачено на то, чтобы доказать другим, что именно она является возбудителем рака. А для этого нужно было сделать опухолевые клетки узнаваемыми, то есть перевести их в жгутиковые формы и разработать новые и использовать имеющиеся методы исследования на клеточном, молекулярном и генетическом уровнях, достаточные для доказательства паразитарной природы рака. Решение этой задачи облегчалось доступностью исследуемого материала. В научных институтах есть виварии, где содержатся подопытные животные с экспериментальными опухолями, и существуют целые музеи с разнообразными штаммами опухолевых клеток.

Но когда возникла необходимость провести подобные эксперименты с тромбами, чтобы доказать их идентичность с опухолями, оказалось: не так просто их раздобыть. В отличие от онкологов кардиологи не культивируют новообразования, которые образуются в сосудах, если даже они, как опухоли, приобретают белесый цвет. И напрасно.

Помести они тромбы не в формалин, где все живое гибнет, а в питательную среду, то обнаружили бы, что состоят они из подобных опухолевым клеток, которые, если продолжить эксперименты, могут переходить в амебовидные и жгутиковые формы. А это значит, что и тромбы состоят из трихомонад. Это медики разделились на онкологов и кардиологов и разделили организм на сердечно-сосудистую систему и все остальное. А трихомонады не разбираются в этом, для них организм един, и они создают свои колонии там, где им удобно. Нередко это происходит одновременно и в органах, и в сосудах. Морфопатологи, делающие вскрытие погибших от инфаркта, нередко обнаруживают опухоли в том или ином органе. И наоборот. Например, известный поэт Роберт Рождественский, будучи онкологическим больным, умер от инфаркта.

Не имея возможности приобрести для исследования тромбы и провести эксперименты, ставшие бы прямым доказательством их трихомонадной природы, я была вынуждена ограничиться косвенным доказательством — обнаружением трихомонад в крови. Ведь только попав в кровь, трихомонады получают возможность образовывать свои колонии, то есть тромбы.

Эти исследования были важны еще и потому, что современные гематологи и кардиологи, не ведая о трудах своих предшественников, еще в сороковые-пятидесятые годы обнаруживших трихомонады в крови своих пациентов, считают кровь человека стерильной. И это опасное заблуждение привело к тому, что имеем: сердечно-сосудистые заболевания по охвату населения земного шара к концу XX столетия вышли на первое место.

Первый же эксперимент, проведенный в московской клинике РАН, был удачен: трихомонады были обнаружены у онкологических, кардиологических больных и у здоровых людей. А затем их цистоподобные формы, похожие на малые лимфоциты, были переведены мною в узнаваемые амебовидные и жгутиковые формы. Так была сорвана маска с паразита крови, которого медики принимают за атипические и малые лимфоциты. После этого мною были проведены многочисленные исследования крови людей из разных регионов нашей страны. Первыми из них оказалась группа медиков одной из клиник северного городка Коми. С интересом выслушав мое сообщение об открытии возбудителя рака, они организовали отбор своей крови из вены и из пальца руки. Каково же было их разочарование, когда трихомонады были обнаружены у всех обследованных. Встречались паразиты с 1,2,3 жгутиками, крупные амебовидные и цистоподобные. Некоторые экземпляры размножались почкованием, у других маленькие трихомонадки висели на пупови­нах. Клетки крови также были в разном состоянии, но особенно страдали эритроциты, которые имели протравы по контуру и в центре клеток. Опрос обследуемых показал, что все они имеют то или иное хроническое заболевание крови или органов.

Одна из них прошла операцию опухоли щитовидной железы. Таким образом, сами медики, которые занимаются лечением других людей, убедились, что они, практически здоровые люди, являются носителями паразита, о чем совершенно не подозревали. Но теперь они стали осознавать связь между своими бессимптомными болезнями и состоянием крови.

Надо отдать должное заместителю начальника медсанчасти 35-летнему врачу, принявшему активное участие в обследовании. Ознакомившись с результатами анализов, он принял правильное решение: создать лабораторию анализов крови в своей клинике — раньше пациенты направлялись на анализ крови в центральную городскую поликлинику. Нет сомнения, что учет трихомонадной инфекции при лечении хронических заболеваний — предраков и предынфарктов — повысит эффективность лечения пациентов. Этому будет способствовать также регулярный анализ морфологии клеток в крови.

Но на этом обследование крови добровольцев не закончилось. Кровь на анализ предоставляли сотрудники лабораторий, в которых я работала, свои препараты крови присылали онкологические и кардиологические больные из разных уголков страны. Все препараты крови я изучала под микроскопом, фотографировала и получала цветные фотоснимки, и на всех обнаружены трихомонады. Особый интерес представляла кровь двух онкологических больных.

Больной гранулематозом О. из Нижегородской области прошел 3 курса радиационного облучения и 8 — химиотерапии. Медики зафиксировали: эритроциты — 22 млн/мл, лейкоциты — 35 тыс/мл, лимфоциты — 92%. А это значит: эритроцитов в 2 раза меньше нормы, зато лейкоциты превышают норму в 5 раз, а лимфоциты — в 3 раза. Казалось бы, иммунитет активизировался, и защитные силы утроились — больной должен выздороветь. Но откуда такая слабость? А сил хватает лишь на вечернюю прогулку с женой. Ответ дал тот же препарат крови. Изучение окрашенного препарата крови под микроскопом показало, что даже те немногочисленные эритроциты в крови неполноценны: одни имеют сквозные протравы, другие, наоборот, набухли от токсинов и, налезая друг на друга, образуют цепочки. Что касается лейкоцитов и лимфоцитов, то их было мало. Зато в большом количестве были трихомонады: с передними и задним рулевым жгутиками, амебовидные, в том числе и многоядерные, цистоподобные, размножающиеся путем отшнуривания одной крупной дочерней клетки или нескольких мелких. Как их можно принимать за лейкоциты? Вероятно, это останется вечной тайной медицины и после того, когда она признает факт существования трихомонад в крови.

Фотоснимки другого больного Ш. из Новгорода тоже представляют большой интерес. Вначале анализ крови был взят в период проведения химиотерапии. На снимке видны гигантские амебовидные трихомонады, одиночные и образующие небольшие колонии, есть круглые, почкующиеся по периметру, одна из них сформировала два набора хромосом и готовится к делению промитозом. Здесь иммунитет активизировался: бидны лейкоциты, атакующие паразитов, но численность их меньше, уступают они и по размерам, иногда в 2-3 раза. Эритроциты по морфологии соответствуют норме. Спустя два месяца картина крови иная. Гигантские амебовидные трихомонады исчезли, на их месте появились цистоподобные и жгутиковые паразиты. Эритроциты набухли, налезая друг на друга, образовав цепочки. Причина одна: токсичность сыворотки, которая возникла в результате химиотерапии и активной жизнедеятельности самой агрессивной стадии трихомонад — амебовидной, в которую переходили клетки опухоли под действием раздражителей (химиопрепаратов) во время «лечения». Под влиянием токсинов не только деформировались эритроциты и почти исчезли лейкоциты, но и сами трихомо-нады вынуждены перейти в устойчивые округлые формы, некоторые из которых выбросили по одному жгутику. Жгутик трихомонада использует не только для передвижения. Ведь жгутик имеет трубчатое строение, и по нему могут выходить ферменты паразита. Во всяком случае, на фотоснимке видно, как расплавляется эритроцит в том месте, где он соприкасается со жгутиком трихомонады. Как видите, есть о чем задуматься: трихомонада в крови — это опасно, если даже она пока не признается возбудителем рака и инфаркта (фото 4-6).

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

отлично
  1
Ваша оценка:

Похожие:

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира icon1. К/69496 агкацева с. А. Обучение практическим навыкам в системе среднего медицинского образования:

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconИ. М. Верткин, 1994 © Оформление. Издательство "Беларусь", isbn 985-01-8075-3

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconЕ. Е. Дурумбетов от 2 июля 1997 года

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconПриказ Комитета здравоохранения г. Москвы от 26 июня 1997 г. N 340

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconМаксимовская Л. Н., Рощина П. И. 3 М58 Лекарственные средства в стоматологии: Спра­вочник. 2-е изд
М58 Лекарственные средства в стоматологии: Спра­вочник. — 2-е изд., перераб и доп. — М: Меди­цина,...
С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconКурс: V группа: 1312 Профессор: Соколович Г. Е. Томск 1997 г. Анамнез

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconОсновы психофизиологии: Учебник / Отв ред. Ю. И. Александров. М.: Инфра-м, 1997

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconПриказ 29 мая 1997 г. N 172 о введении в номенклатуру врачебных и провизорских специальностей "трансфузиология"

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconПриказ 30. 05. 86 №770 «о порядке проведения всеобщей диспансеризации населения» (с изменениями от

С 4МО(03)—97 isbn 5-222-00155-5 ©Свищева Т. Я., 1997 © Оформление, изд-во «Феникс», 1997 бесы микромира iconПриказ от 19 августа 1997 г. N 249 о номенклатуре специальностей среднего медицинского и фармацевтического

Разместите кнопку на своём сайте:
Медицина


База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
Документы