Пособие для врачей Издание третье, переработанное и дополненное Ответственный редактор доктор медицинских наук
|
|
Скачать 4.58 Mb.
|
| Глава 4 стороны внутренних органов, выпадение волос и зубов, изменение биохимических показателей крови. Длительность этого этапа от 6 месяцев до 1,5 лет. ^ Тяжелый дефицит веса. Больные выглядят крайне истощенными, сидят «крючком», кожа у них шелушащаяся, пигментированная, по всему телу — пушковые волосы («феномен лануго»). Могут появляться трофические язвы, пролежни, «заеды» в углах рта, угасают витальные функции. На первый план выходят астеноадинамические нарушения. Нервная анорексия может встречаться и как самостоятельное психогенное заболевание пубертатного периода и при шизофрении. ^ Психический инфантилизм — это психическая незрелость, проявляющаяся преимущественным нарушением темпа созревания психики с отставанием развития эмоционально-волевых свойств и форм реагирования личности. Они оказываются соответствующими более младшему возрасту. К признакам психического инфантилизма относятся: несамостоятельность, повышенная внушаемость, наивность, преобладание в мотивационной сфере игровых интересов и гедонизма, стремление к удовольствию, что нередко приобретает характер основной мотивации, беспечность, трудности в выполнении прогностических функций (а порой и невозможность их выполнения), прогнозировании результатов своего поведения и поступков, незрелость чувства долга и ответственности, значительно уменьшенная способность подчинять свое поведение требованиям ситуации и группы, неспособность к волевому напряжению и преодолению трудностей. Все это часто сочетается с незрелостью моторики, затруднениями в выполнении тонких мануальных действий (почерк: ^ 277 «пишет, как курица лапой»), избыточностью сопутствующих лишних движений и более-менее выраженным примитивизмом как кариантом интеллектуальной нормы. Первые признаки психического инфантилизма обнаруживаются в младшем школьном и подростковом возрасте. Выделяют два варианта психического инфантилизма: простой (неосложненный), осложненный. Простой вариант психического инфантилизма (сюда относится также выделенный Г. Е.Сухаревой (1959) гармонический инфантилизм). Психический инфантилизм проявляется признаками психической незрелости, охватывающей все сферы деятельности ребенка, в том числе и интеллектуальную, однако с преобладанием проявлений эмоционально-волевой задержки. Такие дети повышенно беспечны, беззаботны, неутомимы в играх. Им свойственна живость воображения, жизнерадостность. При сохранном интеллекте отмечается недостаточность интеллектуальных интересов с доминированием стремления к игровой деятельности и удовольствиям. При предъявлении к ним возрастных требований возникает дезадаптация, чаще проявляющаяся в школьном возрасте в виде неуспеваемости. Зачастую психический инфантилизм сочетается с признаками соматической незрелости, задержкой в росте, грацильным телосложением, однако без признаков грубой диспластичности, аномалий развития отдельных органов и систем (так называемый «психофизический инфантилизм»). Осложненный вариант психического инфантилизма характеризуется сочетанием психического инфантилизма с другими психопатологическими проявлениями. Так, в сочетании с психоорганическим синдромом при органическом инфантилизме отсутствует эмоциональная живость, яркость эмоций. Они скорее эйфоричны, благодушны, расторможены, а эмоциональные проявления менее глубоки и дифференцированы. Интеллектуальная деятельность их характеризуется инертностью, тугоподвижностью, персевера- 278 Глава 4 тивностью мыслительных процессов и нарушением так называемых предпосылок интеллекта (внимание, память, психическая работоспособность). При сочетании с церебрастеническим синдромом отмечаются повышенная возбудимость, истощаемость, выраженная неустойчивость внимания и соматовегетативные нарушения (расстройства сна, аппетита, вазовегетативные проявления). При сочетании с психоэндокринным синдромом клиническая картина определяется наличием черт инфантилизма и особенностей психики, типичных для того или иного типа гормональных расстройств. Психический инфантилизм встречается как самостоятельное расстройство, а также при задержке развития головного мозга, его раннем негрубом органическом поражении и при социальной запущенности. ^ Гебоидный синдром — непсихотическое психическое расстройство (патология формирующейся личности), возникающее в юношеском возрасте и характеризующееся сочетанием патологически преувеличенных, заостренных и видоизмененных пубертатных свойств (преимущественно гротескно-карикатурной оппозиционности, достигающей степени анэтического симптомокомплекса) с аффективно-волевыми нарушениями и патологией влечений, приводящими к выраженной социальной дезадаптации. В основе гебоидного синдрома лежит сочетание психологических свойств пубертатного криза с клинической незавершенностью психопатологических образований. Он является специфическим синдромом подросткового возраста. Все его симптомы как бы «вырастают» из психологических свойств пубертата. Однако при гебоидности все проявления Основные психопатологические синдромы... 279 выступают в ином качестве, носят патологический характер. Характерным является то, что специфические для гебо-идности симптомы, будучи тесно взаимосвязанными, в различных сочетаниях и с разной интенсивностью проявлений составляют основное содержание клинической картины. Определяющим также является то, что все указанные психопатологические расстройства, составляющие содержание гебо-идного синдрома, выступают в его структуре в совокупности и, внешне облачаясь в привычные формы поведения, ведут к грубой дезадаптации с резким расстройством взаимоотношения личности и среды. Определение гебоидного состояния как психопатоподоб-ного не противоречит клинической картине, но не отражает главной его особенности — преимущественное™ этих расстройств для юношеского возраста. Вместе с тем в отличие от психопатоподобных проявлений, предполагающих лишь определенные изменения личности, вызванные той или иной болезненной причиной, гебоидные проявления являются более глубокими, чем просто психопатические, и проявляются в патологическом видоизменении психических свойств пубертатного криза, достигающих степени психотического уровня. С другой стороны, только видоизменение любых психологических пубертатных свойств для гебоидности не является патогномоничным, так как тесная взаимосвязь имеется лишь с определенными проявлениями пубертатного криза в виде юношеской оппозиции и противопоставления себя окружающему. Ведущие симптомы — сверхценные образования, патологические влечения, явления стереотипии. В основе этих расстройств лежат изменения эмоций (аффекта) и воли, которые клинически трудно разделимы, а их проявления искажены и диспропорциональны. ^ проявляются в абсолютном непонимании абсурдности своих занятий и высказываний. Занятия отвлеченными проблемами постепенно принимают бо- 280 Глава 4 лее односторонний характер, осуществляются с большой одержимостью. Вместе с тем характерно то, что эти занятия «не обогащают» личность, являясь непродуктивными. Однако типичными сверхценными идеями назвать этот психопатологический феномен нельзя, так как нет единой господствующей идеи, а обычно выявляется сочетание нескольких, часто прямо противоположных. У больных в содержании занятий и высказываний отсутствует строгая система взглядов (субъективная логика доказательств того или иного положения), глубокое понимание проблемы, они находятся под непосредственным влиянием той микросреды, в которой постоянно пребывают. ^ выражаются в получении удовольствия от унижения окружающих, в подчеркнутом проявлении оскорбительного высокомерия, примитивной гедонистической мотивации своих поступков, стремлении к немедленной реализации расторможенных влечений. Утрированное внимание к своему внешнему виду сочетается с нарциссизмом. Сексуальная расторможенность достигает степени охваченности сексуальными переживаниями. Однако в данном случае приходится говорить не о повышенном сексуальном влечении, а об «инфантильном коллекционировании партнеров», сверхценном стремлении к самоутверждению, жажде власти. ^ выражаются в том, что поведение больных постепенно становится все более бессмысленным и приводит к стереотипным поступкам, что проявляется даже в манере одеваться. В стремлении к оригинальности больные склонны подражать эпатирующим образцам, нередко доводя такое подражание до абсурда, но постепенно неадекватность принимает однообразный характер. Они перестают следить за собой, игнорируя правила личной гигиены, носят одну и ту же одежду. В моторике утрачивается естественность, движения становятся вычурными, стереотипными, изменяется почерк. В дальнейшем действия все больше утра- Основные психопатологические синдромы... 281 чивают смысл, приобретая характер отдельных стереотипии: больные могут часами раскачиваться из стороны в сторону, играть на гитаре, стрелять из игрушечного пистолета в стену, бросать нож в одежду родителей, подолгу перебрасывать одну вещь с руки на руку, и т. п. Такая деятельность лишена элемента заинтересованности, цели. Просьба объяснить свои действия вызывает затруднение. Такие действия приближаются по своему характеру к кататоническим, что позволяет оценивать их как кататоноподобные включения. Однако такой характер поступков касается лишь одной стороны поведения и не характеризует его в целом. Они, как и кататонические являются внешне немотивированными, внезапными и импульсивными, но на самом деле не лишены цели в отличие от кататонических. В основе эмоционально-волевых нарушений лежит извращенность, диссоциация и парадоксальность проявлений. Снижается чувство эмпатии, сострадания, формируется так называемый «моральный дальтонизм». Доминирующими становятся немотивированная жестокость и злобность. Типирование психопатологического состояния как синдрома предполагает существование патологического, продуктивного (позитивного) образования (Снежневский А. В., 1968). На сегодняшний день нет единого подхода к вопросу, к каким расстройствам (негативным или позитивным) относить проявления гебоидного синдрома. Однако в пользу продуктивности данных расстройств говорит вариабельность их проявлений, зависимость от ряда патогенетических факторов, возрастная специфичность, обратимость проявлений. ^ чаще всего рассматривается в рамках подростковой вялотекущей шизофрении, может встречаться как самостоятельный патологический вариант пубертатного криза, может входить в структуру формирующихся психопатий. В последнем случае они элементарнее и характеризуются неполным набором признаков («редуцированный гебо-ид» по Личко А. Е., 1989, Пантелеевой Г. П., 1986). ^ 5.1. НАРКОЛОГИЧЕСКИЕ СИШТОМЫ, СНМПТОШКОМПЛЕКСЫ И СОСТОЯНИЯ Ниже описываются наркологические симптомы, симпто-мокомплексы и состояния, которые являются неотъемлемыми составляющими основных наркологических синдромов — наркотического опьянения, большого наркоманического синдрома и синдрома последствий хронической интоксикации. 1. Формы потребления: частота и мотивация приема одурманивающих веществ (наркотических, лекарственных средств с немедицинской целью, алкоголя). 1) Эпизодическая форма потребления наблюдается при социокультурально санкционированных случаях употребления психоактивных и одурманивающих веществ (алкоголь, чай, кофе, табак), либо разрозненных случаях социально и уголовно запрещенного применения наркотических средств (гашиша, опия, ЛСД-25 и т.п.) наркологически здоровыми людьми. Эпизодическое употребление алкоголя носит ритуальный характер, собственной мотивационной установки не имеет, а лишь является сопроводительным ритуалом различных форм и ситуаций общения (свадьба, поминки, день рождения и пр.). Эпизодическое употребление наркотических веществ связано с микросоциальными и социопсихологичес- ^ кими факторами и диктуется внутригрупповыми законами, ценностями и стилем поведения. 2) Измененные (осложненные) формы потребления связаны с изменением частоты, мотивации и обстоятельств приема психоактивных веществ (алкоголя, наркотиков, психотропных средств). При этом алкогольное или наркотическое поведение уходит от изначальных социально-психологических условий и диктуется законами болезни (алкоголизма или наркомании). Как правило, выпадает ситуация общения, что сопровождается переходом к одиночному потреблению. Выделяют следующие измененные формы употребления одурманивающих веществ: • систематическую: регулярное, практически непрерывное употребление одурманивающих веществ; • периодическую (запой), который имеет два вида — истинный и ложный. Ложный запой (псевдозапой) — это периодическое многодневное употребление алкоголя, дебютирующее под влиянием определенной ситуации (зарплата, неприятность и т. п.) и прерывающееся внешними обстоятельствами (скандал, привод в милицию, неприятность на работе, отсутствие денег и т. п.). Истинный запой — ауто-хтонно, под влиянием компульсивно или импульсивно актуализирующегося влечения периодически возникающее пьянство, купируемое спонтанно вследствие нарастающей интолерантности, непереносимости алкоголя. 2. Толерантность: способность переносить введение дозы алкоголя или наркотического вещества с сохранением функционирования. Толерантность определяется по максимально переносимой дозе. В широком смысле различают толерантность поведенческую и функциональную («тканевую», «системную»). Поведенческая толерантность тесно связана с понятием ситуационного контроля и проявляется способностью произвольно контролировать внешние проявления опьянения. Эта способность минимально выражена на ранних этапах развития зависимости и исчезает с возрастанием «стажа» нарко- 284 Глава 5 тизации. Исключение составляют психоделические препараты, при опьянении которыми невозможен поведенческий контроль. ^ отражает собственно тканевые биохимические механизмы и проявляется в необходимости повышать со временем дозу ксенобиотика для достижения качественно одного и того же состояния опьянения. 1) Физиологическая толерантность представляет собой индивидуальную переносимость психоактивных веществ, определяемую по максимальной дозе, не вызывающей развития защитных и грубо патологических реакций у здоровых людей. Этот вид толерантности связан с возрастом, полом, индивидуальными биологическими и психологическими качествами. 2) Измененная толерантность. Динамические особенности изменения толерантности являются одним из осевых симптомов алкоголизма и наркомании: • рост толерантности, характерный для I стадии наркомании и алкоголизма, представляет собой закономерное увеличение потребляемой дозы для достижения эффекта психического комфорта. При злоупотреблении опиатами возрастание дозы происходит за 2—4 недели, стимуляторами -за 1-2; • плато толерантности, характерное для II стадии зависимости, представляет собой максимально переносимую дозу ксенобиотика, необходимую для достижения психофизического комфорта, и включает в себя следующие признаки: развитие состояния опьянения только от больших доз, употребление максимальных доз ксенобиотика как одномоментно (разовая толерантность), так и в течение суток (суточная толерантность). Установившаяся доза является стабильной, существенно не меняясь на протяжении определенного достаточно длительного отрезка времени. Для барбитуратов плато толерантности превышает исходную физиологическую переносимость в 5—10 раз, для алкоголя — в 8—10 раз, для седативных препаратов — в 8—12 раз, а для опиатов — в 100—200 раз; Общая наркология 285 • падение толерантности как один из признаков III стадии зависимости представляет собой существенное снижение максимально переносимой дозы ксенобиотика. Исключение составляет так называемое «омоложение» — резкое снижение потребляемой дозы вследствие медикаментозного лечения. 3. Защитные реакции (знаки): соматические и вегетативные признаки, свидетельствующие о том, что доза наркотических веществ или алкоголя превысила физиологическую толерантность. 1) Специфические защитные реакции: наиболее показательными являются защитные знаки при алкоголизме, опийной наркомании и барбитуратизме: • алкогольные — рвота; • опийные — зуд кожи лица, заушной области, поверхности шеи и верхней трети груди; • барбитуровые — икота, профузный пот, слюнотечение, резь в глазах, чувство дурноты, тошнота и головокружение. 2) Неспецифические защитные реакции: тошнота, рвота, сосудистые вегетативные проявления (озноб, боли в сердце, кожно-мышечная гиперестезия). Встречаются при различных формах интоксикации (например гашишной или эфедроно-вой). Внесение их в группу защитных обусловлено непреложной динамикой: с переходом к регулярной интоксикации эти знаки исчезают. Исчезновение защитных реакций — симптом, свидетельствующий об адаптации организма к высоким дозам наркотических веществ или алкоголя, при которой прежние дозы не являются токсичными и не требуют защитных реакций. Этот симптом служит демаркационной линией при оценке стадии заболевания. 4. Формы опьянения: комплекс психических, поведенческих и соматоневрологических проявлений, развивающихся вследствие приема н?ркотических веществ или алкоголя. Измененная форма опьянения — нарушение соотношения и проявлений отдельных компонентов классического вариан- 286 Глава 5 та опьянения от соответствующего вещества, или появление несвойственных ему качеств и компонентов, или изменение его динамики. Симптом входит в структуру синдрома измененной реактивности. Развивается на фоне уже существующих компонентов основного синдрома: при систематической наркотизации, сформированной высокой толерантности и исчезновении защитных реакций на передозировку. Трансформация опьянения наркотиками в своем развитии проходит три этапа. На первом из них сначала ослабевает, а затем исчезает соматовегетативный компонент интоксикации. Так, при злоупотреблении стимуляторами исчезает тахикардия, при наркотизации кодеином нивелируется подавление кашлевого рефлекса, при опиизме исчезает стимуляция моторики кишечника, и т. п. На втором этапе трансформируется интенсивность эйфории, что проявляется в необходимости повышения дозы для достижения прежней интенсивности переживаний. При этом качество и фазность эйфории остаются неизменными. На третьем этапе уже невозможно достичь прежней интенсивности эйфории даже при использовании максимальных доз наркотика. При этом качественно изменяются фазы эйфории, поскольку собственно эйфория уже недостижима, тонизирующий (стимулирующий) эффект наркотика постепенно исчезает, а на первый план выступает его способность лишь нормализовать состояние. Такого рода динамика характерна практически для всех видов наркотических веществ, но наиболее выражен этот эффект при злоупотреблении седативными веществами (исчезновение собственно седативного действия при сохранении стимулирующего). При злоупотреблении алкоголем, седативными и психоделическими веществами измененные формы опьянения могут проявляться амнезиями, что не свойственно интоксикации опиатами. По мере развития наркотизации мнестические нарушения развиваются при меньших дозах наркотика. При злоупотреблении алкоголем и барбитуратами мнестические расстройства начинаются с палимпсестов — невозможности последующего воспроизведения отдель- Общая наркология 287 ных эпизодов и деталей событий, как правило, финальной части опьянения, тогда как общая фабула происшедшего сохраняется. 5. Патология влечения встречается в двух формах. 1) Обсессивное (психическое) влечение — трудноодоли-мое психическое стремление к приему наркотика. Выражается в постоянных мыслях о наркотике и манипуляциях с ним, подъеме настроения даже в предвкушении его приема и, наоборот, подавленности и неудовлетворенности при отсутствии этой возможности. Определяя эмоциональный фон, обсессивное влечение неспецифично, т. е. подавляется любым другим наркотическим средством. Кроме того, это влечение может существенно редуцироваться вследствие конфликта, непосредственно связанного с наркотизацией, в то время как конфликт, не имеющий отношения к злоупотреблению наркотиками, может обострять влечение. Помимо этого, обострение провоцируется неприятными соматическими ощущениями, разговорами о наркотиках и даже встречей с людьми, которые ранее совместно с больным принимали наркотические вещества. Наконец, обсессивное влечение может погаснуть, если у больного формируется положительное эмоциональное насыщение, связанное с иными интересами. Психическое влечение сопровождается борьбой мотивов, что в сочетании с навязчивыми мыслями о наркотике позволяет определить его как обсессивное. Несмотря на то, что психическое влечение является одним из ранних симптомов, оно представляет значительную терапевтическую проблему, которая исчезает практически в последнюю очередь. 2) Компульсивное (физическое) влечение проявляется в непреодолимом стремлении к наркотизации, причем степень выраженности этого влечения достигает витального уровня, конкурирует с истинными витальными влечениями, которые блокируются. От обсессивного влечения компульсивное отличается значительно большей интенсивностью, способностью полностью поглощать сознание больного, не оставляя 288 Глава 5 места для других переживаний и представлений. Компульсивное влечение определяет не только фон настроения, но и поведение больного, подавляя контроль и конкурентные поведенческие мотивы, в силу чего борьба мотивов исчезает. Помимо этого, компульсивное влечение сопровождается выраженной вегетативной стигмацией в виде мидриаза, гипергидроза, гиперрефлексией, тремором и пр. По условиям возникновения выделяют три вида компульсивного влечения: вне-интоксикационное, абстинентное и интоксикационное: • внеинтоксикационное компульсивное влечение появляется до формирования абстинентного синдрома, особенно при алкоголизме и гашишизме, поскольку временной разрыв между появлением физического влечения и возникновением абстиненции достаточно велик; при опиомании и злоупотреблении барбитуратами симптоматика развивается более бурно, и этот разрыв проследить, как правило, не удается; при интоксикации ЛСД, ингалянтами и стимуляторами отмечается диссоциация динамического стереотипа с выраженным компульсивным влечением и отсутствием или значительной редукцией абстинентного синдрома. Ремиссионное компульсивное влечение особенно опасно из-за того, что неизбежно ведет к рецидиву или альтернативной интоксикации другим наркотиком, что зачастую, в отличие от обсессивного влечения, не приносит психического удовлетворения, а физическое состояние чаще всего остается дискомфортным. Все это свидетельствует о специфичности компульсивного влечения для частных видов наркоманий; • абстинентное компульсивное влечение по определению входит в структуру абстинентного синдрома, сочетаясь с другими симптомами, отражающими психическое перевозбуждение и напряжение; • интоксикационное компульсивное влечение возникает после развития той или иной степени оглушения вследствие интоксикации. Клинически это выражается в непре- Общая наркология 289 одолимом стремлении увеличить количество потребляемого наркотика («добавить»), которое появляется после достижения определенного уровня опьянения. При злоупотреблении алкоголем этот симптом носит название «утрата количественного контроля». Он наблюдается и при гашишизме, барбитуратизме, употреблении эфедрина и несколько реже — психоделических препаратов. По мере прогрессировать болезни к этому симптому присоединяется симптом утраты ситуационного контроля (невозможность адекватно оценивать место, время и обстоятельства наркотизации). Описываемый вид компульсивного влечения появляется раньше внеинтоксикационного и абстинентного. Поскольку в его основе лежит непреодолимое стремление воспроизвести первоначальную эйфорию, он может рассматриваться как симптом перехода от обсес-сивного этапа к компульсивному. 6. Способность достижения состояния психического и/или физического комфорта в состоянии интоксикации. 1) Психический комфорт в состоянии интоксикации характеризуется двумя признаками. Первый заключается в том, что этот симптом не является эйфорией, поскольку представляет собой не переживание удовольствия, а уход от дискомфорта. Главное отличие рассматриваемого состояния от психического комфорта у здоровых лиц состоит в том, что больные с наркотической зависимостью испытывают его исключительно при приеме наркотика, а перерыв в употреблении последнего на начальных стадиях вызывает психический дискомфорт. Второй признак — способность восстанавливать нарушенные психические функции при интоксикации. Классическим примером является тот факт, что больные хроническим алкоголизмом в состоянии опьянения показывают более высокие результаты при тестировании, чем здоровые люди в аналогичной интоксикации, тогда как результаты тестирования трезвого алкоголика и здорового испытуемого в состоянии опьянения сопоставимы. Таким образом, нарко- 10. Зак. 215 290 Глава 5 тическое вещество становится необходимым условием нормального психического функционирования больного. Психический комфорт в состоянии интоксикации достигается практически при всех наркоманиях (исключение наблюдается при приеме психоделиков). 2) Физический комфорт в состоянии интоксикации появляется практически одновременно с развитием внеинток-сикационного компульсивного влечения и предшествует формированию абстинентного синдрома. Клинической сутью этого симптома является то, что для поддержания приемлемого функционального уровня общей жизнедеятельности необходима та или иная степень интоксикации. 7. Симптом дискомфорта вне состояния интоксикации. 1) Симптом психического дискомфорта вне состояния интоксикации заключается в развитии своеобразных психических нарушений в виде эмоционального напряжения, раздражительности, депрессивных реакций с идеями самообвинения, дисфорических состояний, несобранности, сниженной работоспособности, повышенной отвлекаемости. Эти проявления купируются приемом наркотического вещества или алкоголя. 2) Симптом физического дискомфорта вне состояния интоксикации заключается в ощущении соматического неблагополучия, купируемого только приемом наркотика. ^ 5.2.1. Опьянение Опьянение (острая интоксикация) — типичная патологическая реакция, возникающая на прием одурманивающих средств (алкоголя, каннабиоидов, опиатов, седативных препаратов и пр.). По структуре представляет собой сложный синдром, состоящий из психических, неврологических, веге- Общая наркология 291 товисцеральных и соматических симптомов, выраженность и динамические взаимоотношения которых изменяются в зависимости от этапа интоксикации (начало, максимальная выраженность, редукция). В МКБ-10 диагноз общих проявлений острой интоксикации вследствие употребления психоактивных веществ (Flx.O) базируется на следующих критериях: • точные сведения о приеме одного или нескольких психоактивных веществ в дозе достаточной, чтобы вызвать состояние интоксикации; • наличие характерных для данного вещества симптомов, сопровождающихся выраженными нарушениями сознания, когнитивных функций, восприятия, аффекта или поведения; • имеющиеся симптомы невозможно объяснить наличием независимой от употребляемого психоактивного вещества соматической патологии или иного психического расстройства. ^ Аффективные расстройства Эйфория при наркотическом опьянении представляет собой сложный феномен, состоящий не только из собственно подъема настроения, но и своеобразных соматовегетативных проявлений, за счет которых в немалой степени достигается положительный эмоциональный сдвиг. В качественном отношении это состояние разнится в зависимости от приема того или иного наркотического вещества. Так, при употреблении алкоголя или барбитуратов эйфория имеет наиболее простую структуру и представлена исключительно положительным эмоциональным компонентом. Немногим от описанного отличается и эйфория при употреблении стимуляторов: помимо ощущения общего интеллектуального подъема и своеобразного чувства «просветления», могут присутствовать элементы ажитации и гиперреактив- ю* 292 Глава 5 ность. При этом собственно радостное настроение отступает на второй план. При опьянении энтактогенами («экстази», MDMA) в структуре эйфории преобладает чувство эмоциональной близости и любви к окружающим (гипертрофированная эмпатия) в сочетании с ощущением покоя и удовлетворенности, а также повышенной потребностью в физической активности. Опийное опьянение характеризуется чувством блаженства и необычно острого соматического наслаждения («приход», первая фаза эйфории), эмоциональной релаксации и седации («волокуша», вторая фаза эйфории). Это состояние, как и в случае гашишного опьянения, можно прервать волевым усилием, тогда как алкогольная и барбитуровая эйфория лишь в какой-то степени регулируются волевыми механизмами, а эйфория, возникающая при приеме пси-ходизлептиков, абсолютно не подвержена волевому контролю. Эйфория при опьянении кокаином характеризуется собственно повышенным настроением с отчетливым оттенком сексуального возбуждения, ощущением прилива сил и энергии, расширения собственных возможностей, что может напоминать гипоманиакальное состояние. Весьма своеобразный характер носит подъем настроения при интоксикации ЛСД, поскольку на первый план выступает интеллектуальное наслаждение, а собственно соматовеге-тативные эффекты в значительной степени нивелированы. По характеру это состояние напоминает религиозный и мистический экстаз и своим истоком имеет нарушение восприятия в сочетании с расстройствами сознания. Такого рода переживания отмечаются при применении всех галлюциногенов (каннабиоида, мескалина и т. п.). Аналогичные механизмы имеет развитие эйфории при интоксикации ингалянтами, когда на первый план выступает интеллектуализированное удовольствие от яркого красочного восприятия, однако достаточно характерными признаками при этом являются чувство собственного превосходства, неуязвимости, переоценка своих возможностей. Различия в характере эйфории при опьяне- ^ 293 нии различными наркотическими средствами не исчерпываются только структурными особенностями, а связаны и определенными динамическими закономерностями. В своем становлении эйфория проходит две стадии (собственно эйфори-ческая и стадия последействия), которые имеют особенности, проявляющиеся при применении того или иного наркотического вещества. Гипотимические расстройства (страх, ужас, паника) возникают при употреблении веществ с атропиноподобным эффектом (корень мандрагоры и др.), а также MDMA и психо-дизлептиков (ЛСД, мескалин, псилоцибин). При приеме последних огромное значение имеет исходное настроение. Так, указанные эмоциональные проявления (bad trip) возникают только при сниженном эмоциональном фоне, а для достижения эйфории необходим, как минимум, нейтральный аффективный фон. Дисфорически-подавленный фон настроения, мало зависящий от исходного, а также аффективная лабильность могут развиваться при алкогольной интоксикации. При острой гашишной интоксикации в ряде случаев наблюдаются наплывы тревоги и агрессивность, а при опьянении седатив-ными средствами — апатия, которая сменяет эйфорию. Помимо этого, на этапе деградации личности возможны тяжелые дисфорические вспышки с агрессией по типу археоаффекта, что характерно для злоупотребления седативными и снотворными средствами, а также ингалянтами и гашишем. ^ Нарушение функции восприятия при наркотическом опьянении проявляется и патологией ощущения, и собственно восприятия, и представления. Патологические изменения чаще всего развиваются в зрительном, слуховом, тактильном анализаторах, а также затрагивают проприорецепцию, тогда как вкусовой и обонятельный анализаторы затрагиваются реже. Нарушение ощущения может проявляться усилением (при при- 294 |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям