Курс лекций по детской хирургии (учебное пособие для студентов и интернов)
|
|
Скачать 3.15 Mb.
|
^
Острый гнойный перитонит - одно из тяжелейших осложнений разнообразных заболеваний и повреждений органов брюшной полости и забрюшинного пространства у детей. Несмотря на то, что в настоящее время достигнут значительный прогресс в общехирургическом и медикаментозном пособии, методах обезболивания и экстракорпоральной детоксикации, проблема лечения перитонита и его осложнений остаётся весьма актуальной. Важность изучения этой проблемы неоспорима, поскольку отмечается тенденция к увеличению удельного веса воспалительных процессов, что связано со снижением эффективности антибактериальных препаратов в результате повышения к ним резистентности современной микрофлоры. Наиболее частой причиной развития острого гнойного перитонита у детей является острый аппендицит, который приводит к 75% экстренных хирургических вмешательств. Другие воспалительные процессы брюшной полости, потенциально способные осложниться перитонитом (дивертикулит, холецистит, панкреатит и т.д.), встречаются у детей крайне редко и составляют не более 0,5% ургентной хирургической патологии. Перфоративный аппендицит у детей до 5 лет встречается в 50%, а у детей до 3ёх лет - в 85% наблюдений. Вообще, частота развития аппендикулярного перитонита, по данным различных авторов, достигает от 7,5% до 52,8%. Большое количество послеоперационных осложнений при перитоните всегда вызывало беспокойство хирургов. Наиболее частыми из них являются ранняя спаечная кишечная непроходимость и прогрессирующий перитонит. Частота прогрессирующего перитонита может достигать 23%. Статистика различных клиник указывает, что инфильтраты и абсцессы брюшной полости возникают в 1,82%-19%, а кишечные свищи - в 0,12%-0,84% случаев. Летальность при перитоните аппендикулярного генеза по статистике различных клиник колеблется в значительных пределах - от 0,7% до 22,9%. ^ острого аппендицита у детей Этиология и патогенез. Острый аппендицит представляет собой неспецифический воспалительный процесс в червеобразном отростке. В его развитии обычно участвует полимикробная флора, свойственная содержимому здорового кишечника. Инфекция внедряется в стенку червеобразного отростка преимущественно энтерогенным путем, то есть из его просвета, реже попадает гематогенным или лимфогенным путем. Для возникновения воспалительного процесса в стенке червеобразного отростка необходимо воздействие ряда способствующих факторов. К ним относят характер питания, застой содержимого, изменение реактивности организма. Заметную роль в возникновении острого аппендицита играют условия питания: обильная еда со значительным содержанием мясной и жирной пищи обычно приводит к запорам и атонии кишечника и увеличению заболеваемости острым аппендицитом. Это подтверждается также известным фактом снижения числа заболевших острым аппендицитом во время социальных бедствий, например - в годы войны. Другими способствующими факторами являются перекруты, изгибы червеобразного отростка, попадание в просвет отростка каловых камней, инородных тел. Определенную роль в возникновении острого аппендицита играет также изменение реактивности организма. Нередко острый аппендицит возникает после перенесенных заболеваний: чаще всего ангины, детских инфекционных заболеваний, респираторных и энтеровирусных инфекций. Для объяснения механизмов развития воспалительного процесса в червеобразном отростке предположен ряд теорий, из которых основными являются инфекционная, механическая (теория "застоя") и нейрососудистая. Согласно нейрососудистой теории вначале возникают рефлекторные нарушения кровообращения (спазм, ишемия), которые приводят к трофическим расстройствам в стенке червеобразного отростка, вплоть до некроза отдельных участков. Имеется значительное количество научных работ, в которых ведущая роль отводится аллергическому фактору. Свидетельством этого является наличие кристаллов Шарко-Лейдена и значительное количество слизи в просвете воспаленного червеобразного отростка. У детей, по сравнению с взрослыми, острый аппендицит имеет ряд отличительных черт, которые могут быть объяснены анатомо-физиологическими особенностями растущего организма. Наиболее характерными чертами острого аппендицита у детей являются следующие. 1) У грудных детей аппендицит наблюдается чрезвычайно редко, частота заболеваемости нарастает с возрастом. Редкость заболевания аппендицитом грудных детей объясняют характером питания (преимущественно жидкая молочная пища) и малым числом фолликулов слизистой оболочки червеобразного отростка, что создает неблагоприятный фон для развития инфекции. С возрастом число фолликулов увеличивается, и параллельно увеличивается заболеваемость аппендицитом. 2) У детей воспалительные изменения в червеобразном отростке развиваются значительно быстрее, чем у взрослых, и чем младше ребенок, тем ярче выражена эта особенность. Быстроту развития воспалительного процесса в аппендиксе у ребенка объясняют возрастными особенностями строения нервной системы. Установлено, что в любом детском возрасте, особенно в раннем, отмечается недостаточная зрелость интрамурального нервного аппарата. В ганглиях червеобразного отростка имеется большое количество малых клеток типа нейробластов. Это отражается на развитии патологического процесса, так как в тканях, где нервная система носит эмбриональный характер, патологический процесс протекает необычно. Классификация. Одной из наиболее распространенных и удобной с практической точки зрения является классификация, предложенная В.И.Колесовым (1972). Согласно этой классификации выделяют следующие формы острого аппендицита:
^ Анатомическая локализация червеобразного отростка, играющая роль в клинических проявлениях, может быть различной. Различают типичные и атипичные расположения червеобразного отростка. Чаще всего встречаются типичные положения отростка: медиальное, латеральное, восходящее, нисходящее и позадислепокишечное (ретроцекальное). Наиболее часто отросток располагается книзу от слепой кишки. Длина червеобразного отростка у детей разных возрастов чаще всего составляет 5-10 см. К атипичным положениям аппендикса относятся левостороннее, ретроперитонеальное, интрацекальное, интрамезентериальное, инвагинационное. Микроскопические изменения в червеобразном отростке могут быть различными и во многих случаях не зависят от времени, прошедшего от начала заболевания. Простой или катаральный аппендицит характеризуется умеренным расширением сосудов, иногда - гиперемией серозной оболочки. Слизистая оболочка гиперемирована, с множественными кровоизлияниями. Микроскопически отмечается лейкоцитарная инфильтрация стенки червеобразного отростка. На слизистой оболочке иногда обнаруживается дефект, прикрытый фибрином и лейкоцитами (первичный дефект Ашоффа). При флегмонозном аппендиците поверхность серозной оболочки покрыта фибринозным налетом, отросток значительно напряжен, утолщен и отечен. Стенки его резко инфильтрированы лейкоцитами. В просвете аппендикса содержится гной, иногда только покрывающий слизистую оболочку, в других случаях выполняя весь просвет органа. Гангренозный аппендицит характеризуется омертвением всего червеобразного отростка или слизистой оболочки. При гангрене отростка стенка его делается дряблой, зеленовато-черного цвета с гнойными наложениями. В просвете отростка содержится гной со зловонным запахом. Микроскопически определяется картина тяжелого гнойного воспаления с некрозом стенки органа. При перфоративном аппендиците в отростке имеется различного диаметра отверстие. В просвете отростка содержится гной, каловые камни. Слизистая оболочка отростка частично некротизирована. Микроскопически определяют воспалительную инфильтрацию всех слоев стенки отростка. ^ Заболевают острым аппендицитом дети всех возрастных групп, но преимущественно в 5-14 лет. Девочки по статистике болеют приблизительно в 2 раза чаще мальчиков. Клиническая картина острого аппендицита определяется возрастом ребенка, типом конституции и резистентностью организма, наличием морбидного фона, а также степенью морфологических изменений в червеобразном отростке и его расположением в брюшной полости. Значительно изменяют клиническую картину возникшие осложнения. Для острого аппендицита характерны следующие общие признаки: боль в животе, дисфагия (тошнота или рвота), диспепсия (диарея или запор), нарушения кишечной перистальтики, повышение температуры, учащение пульса, изменение общего состояния. В то же время следует помнить, что существует два основных клинических симптома острого аппендицита – боль и пассивная резистентность мышц передней брюшной стенки (дефанс) в правой подвздошной области. Боль в животе является наиболее постоянным признаком. Характер, интенсивность и локализация боли бывают разными. У большинства детей боль появляется внезапно и локализуется в правой подвздошной области. У других больных она локализуется вначале в собственно эпигастральной или околопупочной области и в последующем, спустя 2-3 часа, перемещается в правую подвздошную область. Характер ее дети определяют как ноющая, постоянная боль. Постепенно она усиливается. Как правило, боль при остром аппендиците не иррадиирует. Тошнота и рвота являются типичными симптомами острого аппендицита и возникают почти всегда после боли. Обычно сначала бывает рефлекторная рвота пищевым содержимым, затем она становится менее обильной. Частота рвоты может служить показателем формы острого аппендицита - при осложненном процессе она принимает характер "истощающей". У ряда детей в начальный период заболевания наблюдается задержка стула и газов, в других случаях - возникает понос. Температура тела у большинства больных повышается до уровня субфебрильных цифр, может достигать 38°С. Пульс учащается параллельно повышению температуры. При деструктивных формах аппендицита и выраженной интоксикации учащение пульса не соответствует изменению температуры тела. Объективное обследование начинают с осмотра живота, определяют участие его в дыхании. Правая половина живота обычно отстает в акте дыхания. Для определения локализации боли ребенку старшего возраста предлагают покашлять, после чего он сразу же отмечает место наибольшей болезненности. При пальпации в области расположения червеобразного отростка, чаще всего в правой подвздошной области, определяется болезненность, что является одним из характерных признаков острого аппендицита. Важным симптомом острого аппендицита является напряжение мышц передней брюшной стенки в правой подвздошной области, возникающее рефлекторно при воспалении париетальной брюшины. Степень напряжения мышц бывает различной, от незначительно выраженной до доскообразного живота. Для выявления легкого напряжения мышц следует проводить осторожную пальпацию, начиная со здоровых участков живота и постепенно приближаясь к правой подвздошной области. Целесообразно также проводить одновременную пальпацию брюшной стенки в обеих подвздошных областях. В некоторых случаях, особенно у детей с сопутствующей неврологической патологией, напряжение мышц бывает слабо выраженным или же исследователь может не определять его вовсе. Для диагностики острого аппендицита предложено более 100 симптомов, основанных на вызывании тем или иным способом болевой реакции в месте расположения червеобразного отростка. Обычно для диагностики используют несколько симптомов, из них наиболее важным является симптом Щеткина-Блюмберга. Он вызывается медленным надавливанием пальцами на брюшную стенку и отнятием руки. В этот момент появляется усиление боли. Симптом основан на раздражении воспаленной брюшины и является одним из ранних признаком перитонита, в том числе и при остром аппендиците. Симптом Щеткина-Блюмберга бывает положительным в 90% случаев острого аппендицита. Не менее характерным и наблюдающимся с такой же частотой является симптом "скольжения" Воскресенского. Он вызывается следующим образом. Натянув левой рукой рубашку ребенка во время выдоха, кончиками пальцев правой руки делают быстрое скользящее движение вниз из левого подреберья к правой подвздошной области и задерживают здесь руку. В этот момент больной отмечает усиление боли. ^ , заключается в толчкообразном надавливании на брюшную стенку в месте расположения нисходящей ободочной кишки. При этом происходит усиление боли в правой подвздошной области. Это обусловлено передачей давления через брюшную стенку и петли кишечника на воспаленный червеобразный отросток. При воспалении брюшины наблюдается повышенная чувствительность брюшной стенки к каждому толчку рукой. На этом и основан симптом перкуторной болезненности Раздольского – усиление боли в правой подвздошной области при проведении перкуссии передней брюшной стенки по ходу рамки толстой кишки в направлении "против часовой стрелки". Приблизительно у половины детей отмечается усиление боли в правой подвздошной области в положении на левом боку (симптом Ситковского) и при пальпации в этом положении (симптом Бартомье-Михельсона). При нисходящем расположении черве образного отростка или при вовлечении в процесс тазовой брюшины исследование через прямую кишку обнаруживает болезненность ее передней стенки. Вагинальное исследование у девочек не проводится. Для диагностики ретроцекального аппендицита используют симптом Яуре-Розанова (болезненность при надавливании пальцем в области треугольника Пти) и симптом Габая (боль в момент отнятия надавливающего пальца в области треугольника Пти). ^ используют для дифференциальной диагностики острого аппендицита от острого сальпингита (в основном у девушек). Этот симптом заключается в том, что в положении на спине у больной нажимают на живот в точке Кюммеля (на 2 см ниже и правее от пупка) и, не отнимая пальца, просят пациентку сесть. Усиление боли свидетельствует об остром аппендиците уменьшение - на острый сальпингоофорит. У большинства детей при остром аппендиците уже в самом начале заболевания отмечается повышение количества лейкоцитов в периферической крови, которое прогрессирует с развитием воспалительного процесса, достигая 10-25 Г/л. При деструктивном аппендиците лейкоцитоз достигает более высоких цифр, кроме того, наблюдается сдвиг лейкоцитарной формулы влево. Для диагностики деструктивных форм острых хирургических заболеваний, в том числе и острого аппендицита, К.С.Симонян (1971) предложил изучать ферментную формулу лейкоцитов, включающую в себя определение активности щелочной фосфатазы и пероксидазы нейтрофилов, сукцинатдегидрогеназы и глицерофосфатдегидрогеназы лимфоцитов и фосфолипидов в нейтрофилах. Своеобразным клиническим течением отличается аппендицит при забрюшинном положении аппендикса. Заболевание начинается с появления умеренной боли в правой подвздошной или поясничной областях, которая иногда иррадиирует в правое бедро. Состояние ребенка длительное время остается удовлетворительным, слегка учащен пульс, в крови имеется умеренный лейкоцитоз. С переходом воспалительного процесса на окружающую червеобразный отросток клетчатку состояние больного ухудшается, температура повышается до 39°-40°, усиливается боль. При объективном исследовании определяется болезненность в поясничной области, где иногда определяется также напряжение мышц. Положительные симптомы Яуре-Розанова, Габая, Пастернацкого. В крови нарастает лейкоцитоз, определяется сдвиг влево. В моче появляются свежие и выщелоченные эритроциты. При расположении аппендикса в малом тазу боль обычно возникает в правой паховой области, и длительно отсутствует напряжение брюшной стенки. При близком расположении воспаленного червеобразного отростка к мочевому пузырю появляются дизурические явления, при вовлечении в процесс прямой кишки - частые позывы на акт дефекации. При нарастании воспалительных явлений возникает напряжение мышц, распространяющееся снизу вверх. Ранней диагностике помогает ректальное исследование, определяющее болезненность передней стенки прямой кишки. Следует помнить также о возможности левостороннего расположения слепой кишки с червеобразным отростком. В таких случаях все характерные симптомы аппендицита определяются в левой половине живота. ^ Распознавание острого аппендицита у детей до 3 лет представляет большие трудности ввиду запутанного анамнеза, особенностей клинической картины и сложности обследования маленького ребенка. Немаловажную роль играет то обстоятельство, что острый аппендицит у самых маленьких детей - заболевание редкое (оно встречается в 7-10 раз реже, чем у старших детей). В результате, практические врачи мало знакомы с его проявлениями и в первую очередь при обращении больного думают об интеркуррентном заболевании. Вследствие возрастных особенностей начало заболевания у маленьких детей родителями часто просматривается. Первоначальные боли младенец не может точно объяснить и локализовать, а легкое недомогание при этом расценивается иногда родителями как каприз. Маленькие дети вообще более терпимо относятся к состоянию дискомфорта. И лишь когда боли усиливаются, ребенок проявляет беспокойство, плачет. Таким образом, проходит определенный отрезок времени, прежде чем родители заметят, что ребенок болен и щадит живот. В связи с этим создается впечатление, что заболевание возникает внезапно, бурно. На развитие воспалительного процесса в червеобразном отростке организм маленького ребенка отвечает своеобразной реакцией: на первых порах общие явления преобладают над местными и занимают ведущее место в картине болезни. У детей младшей возрастной группы, в отличие от детей старшего возраста, заболевание чаще сопровождается многократной рвотой, высокой температурой, жидким стулом. Однако указанные явления не всегда выражены стереотипно, и степень их проявления зависит от особенностей индивидуальной резистентности. Обычно рвота появляется через 12-16 часов от начала заболевания. Часто фиксируется фебрильная температура. Диарея возникает не менее чем в 25% случаев. В связи с тем, что неустойчивый стул, высокая температура и рвота у детей до 3 лет - явления обычные при любом заболевании, данное обстоятельство вводит врачей в заблуждение и служит поводом для диагностической ошибки. Клиническая картина острого аппендицита у детей младшего возраста нередко затушевывается тем, что локализация боли вначале может быть неопределенной. Обычно маленькие дети указывают на область пупка. Чаще всего боль достаточно интенсивная. Так же как и старшие, младенцы часто выбирают положение на правом боку с приведенными к туловищу ногами. Выбрав это положение, ребенок лежит спокойно и не жалуется. При внимательном наблюдении удается отметить страдальческое, настороженное выражение лица. Локальная болезненность в правой подвздошной области определяется у 2/3 больных, у остальных болезненность разлитая по всему животу. Однако большое значение имеет умение обследовать живот с целью выявления локальной болезненности и характера болей. В некоторых случаях целесообразно начинать пальпацию, когда ребенок находится на руках у матери. Тогда он не столь беспокоен и более доверчив. При обследовании живота не каждый пациент может точно указать на возросшую интенсивность боли, поэтому важно следить за выражением лица ребенка и характером плача. Когда рука врача, мягко пальпируя живот, переходит с левой половины на правую подвздошную область, при наличии острого аппендицита на лице ребенка появляется гримаса боли, а плач становится громче. У детей, которые трудно контактируют и сопротивляются осмотру, симптом мышечной защиты лучше определять во время сна. Для этого надо дать ребенку успокоиться на руках у матери, заснуть. Мышечное напряжение и болезненность при ощупывании живота у спящего ребенка сохраняются. При отсутствии острого аппендицита можно свободно пальпировать живот во всех отделах, он остается мягким, безболезненным, но при наличии аппендицита справа отмечается мышечная защита и ребенок просыпается от боли. При распознавании острого аппендицита у самых маленьких детей симптомы Щеткина-Блюмберга, Ровзинга, Раздольского, Воскресенского и т.п. зачастую оказываются неинформативными. В диагностике острого аппендицита решающее значение имеет правильный анализ обнаруженных симптомов. Считается, что арифметический подсчёт симптомов "за" и "против" при постановке диагноза является ошибкой. Подобная субъективизация диагностики острого аппендицита приводит, с одной стороны, к значительному количеству "запущенных случаев", а с другой - не менее часто больные переносят эксплоративную аппендэктомию, когда причиной болей в животе служит другое заболевание. Всё это особенно относится к детям младшей возрастной группы, поскольку они, в силу ювенильного психоэмоционального фона, крайне негативно реагируют на осмотр, пальпацию и т.д. На сегодняшний день большинство исследователей основным диагностическим критерием считают наличие болезненности и пассивного напряжения мышц живота в правой подвздошной области. Однако степень сопротивления мышц бывает неодинаковой: от небольшой (малоуловимой) резистентности до резкой ригидности (доскообразный живот). Крайне трудно определить этот симптом у ослабленных детей и больных с неврологическими заболеваниями. Кроме того, дети, боясь обследования, сознательно напрягают живот, что приводит к активному напряжению брюшного пресса. Провести дифференциальную диагностику между пассивным и активным дефансом помогает симптом Москаленко-Весёлого. Сущность этого способа диагностики острого аппендицита у детей состоит в следующем. Пальпацию живота производят в положении больного на спине. Постепенно производят максимальное "погружение" пальцев, располагающихся в правой подвздошной области, и на некоторое время (5-10 секунд) оставляют кисть в таком положении. Для этого детей старшего возраста просят сделать глубокий выдох и расслабиться, а у детей младшего возраста (до 3-5 лет), с негативной реакцией на осмотр, постепенное продвижение кисти вглубь производят в момент апноэ при крике или же в промежутке между дыхательными движениями. При отсутствии пульсации правой общей подвздошной артерии подтверждают диагноз острого аппендицита, а при определении пульсации диагноз "острый аппендицит" считают неподтверждённым. В ряде случаев наблюдается такая картина: спустя несколько часов или на другой день от начала приступа боли в животе у ребенка стихают, температура падает до нормальных или субфебрильных цифр, и наступает период мнимого благополучия. Однако через 1-2 дня с момента заболевания усиливаются боли, повышается температура, появляются признаки раздражения брюшины. Важным объективным признаком тяжести заболевания в таких случаях оказывается симптом расхождения пульса и температуры. У детей младшей возрастной группы воспалительный процесс при остром аппендиците крайне редко принимает отграниченный характер. Поэтому у них заболевание чаще осложняется разлитым перитонитом со всеми вытекающими отсюда последствиями. У новорожденных и грудных детей острый аппендицит является исключительно редким заболеванием и обнаруживается чаще всего случайно на операции, предпринятой по поводу "другого заболевания" (перитонита, например), или на секции. Начинается заболевание с беспокойства ребенка, отказа от груди. Температура повышается до 38°-39°С, возникает рвота, которая со временем прогрессирует. У ребенка заостряются черты лица, появляется страдальческое выражение глаз, прогрессируют эндотоксикоз и обезвоживание. Живот вздут; напряжение брюшных мышц выражено равномерно во всех отделах. Локальную болезненность при пальпации определить не удается. Через 1-2 дня появляется отечность брюшной стенки, кожа лоснится. Отечность более всего выражена в нижних отделах, распространяется на половые органы. На брюшной стенке отчетливо виден венозный рисунок. Симптомы раздражения брюшины и расхождение кривых пульса и температуры в постановке диагноза значения не имеют. Лечение. Дети с острым аппендицитом подлежат оперативному (хирургическому лечению). Оперативное лечение должно выполняться в течение 1-2 часов с момента установления диагноза. В случае осложненного течения заболевания, когда необходимо проведение предоперационной подготовки, допустима пролонгация оперативного лечения до 4 часов. У детей выполняют аппендэктомию лигатурным или погружным способом. Современный подход к лечению острого аппендицита в детском возрасте предусматривает использование лапароскопических методик. ^ Особенности клинического течения перитонита у детей Перитониты представляют собой группу воспалительных заболеваний брюшины, различных по причинам своего возникновения, механизмам развития и особенностям клинического течения. ^ Многочисленные микробиологические исследования последних лет убедительно доказали, что перитонит чаще всего представляет собой полимикробную аэробно-анаэробную инфекцию. Основное значение при этом придаётся микробной контаминации и нарушению соотношения аэробов и анаэробов при патологических состояниях. Вообще, данные о значении микробов значительно отличаются от сведений буквально 10-летней давности. В настоящее время бытует мнение, что анаэробы и аэробы играют неодинаковую роль в возникновении, течении и исходе острого перитонита. Считается, что анаэробы ответственны за развитие поздних стадий перитонита, в то время как аэробы чаще высеваются в начальных стадиях. В генезе эндотоксикоза при перитоните у детей большое значение придаётся парезу кишечника, как одному из проявлений тяжёлых функциональных расстройств желудочно-кишечного тракта. При нарушении сократительной активности кишечной стенки резко нарушается пристеночное пищеварение, в кишечной стенке нарушаются процессы всасывания, что сопряжено с поступлением в кровоток продуктов гидролиза белков. В это время токсины и бактерии способны проникать через кишечную стенку и поступать в брюшную полость, за счёт чего значительно увеличивается токсичность воспалительного экссудата. Брюшина обладает выраженной способностью к резорбции экссудата, что усиливает интоксикацию организма. Отдельную группу составляют специфические перитониты, к которым относятся туберкулезный перитонит, актиномикоз и сифилис брюшины. В патогенезе острого гнойного воспаления брюшины ведущую роль играют следующие неразрывно связанные между собой факторы: 1) патогенные микроорганизмы, 2) интоксикация, 3) гиповолемия, 4) глубокие нарушения обмена веществ. Бактериальное заражение брюшины является ведущим патогенетическим звеном в развитии перитонита. Первая реакция со стороны брюшины на поступление патогенных микроорганизмов или гноя заключается в расширении сосудистой сети и возникновении воспалительной гиперемии. Наряду с этим происходит увеличение проницаемости сосудов и образуется перитонеальный экссудат. В ранних стадиях экссудат обычно бывает серозный, без нитей фибрина, позднее содержание фибрина в экссудате значительно увеличивается, и он откладывается на серозных поверхностях в виде нитей или хлопьев. Вопрос о сущности интоксикации при перитонитах окончательно не выяснен. Длительное время ее связывали преимущественно с образованием и всасыванием из брюшной полости эндотоксинов и экзотоксинов, индола и скатола, фенола и крезола. Целый ряд исследователей считает причиной интоксикации глубокие нарушения межуточного обмена, в частности белкового и водно-солевого. В поздних стадиях перитонита интоксикация обусловлена токсическими веществами, циркулирующими в крови. С самого начала воспалительного процесса, по мере развития перитонита, возникают тяжелые нарушения моторики кишечника. В результате пареза и последующей паралитической непроходимости кишечника возникает застой кишечного содержимого с его разложением, образованием большого количества газов и растяжением кишечных петель. Нарушения процессов всасывания, наряду с повышением проницаемости сосудов, ведут к усиленному выделению и скоплению больших количеств жидкости в просвете кишечника и обезвоживанию организма. На высоте развития острого перитонита происходят значительные потери жидкости, прежде всего - из внеклеточного сектора. Транссудация больших количеств жидкости и выделение пищеварительных соков в просвет кишечника одновременно сопровождаются потерей больших количеств белка и электролитов. Состояние усугубляется присоединяющейся рвотой, ведущей к еще большей потере воды, электролитов и белка. Плазмопотеря на высоте развития паралитической непроходимости может достигать исходного количества плазмы. Все это вместе с потерей жидкости, белка и солей при экссудации в свободную брюшную полость ведет к резкому снижению объема циркулирующей крови, гипоксии, нарушению микроциркуляции, неадекватной перфузии тканей, то есть состоянию шока. При остром гнойном перитоните можно наблюдать 2 разновидности шока - гиповолемический и токсический. Гиповолемический шок характеризуется развитием циркуляторной недостаточности, которая вызывается значительным снижением объема циркулирующей крови в основном за счет выраженного уменьшения плазматического объема, потери внеклеточной жидкости, обезвоживания организма, возникающего в результате накопления в брюшной полости экссудата с высоким содержанием белка, а также вследствие рвоты. Недостаточность кровообращения при гиповолемическом шоке характеризуется изменением минутного объема сердца, падением артериального и центрального венозного давления, уменьшением скорости кровотока, значительным снижением сократительной функции миокарда, развитием энергетически-динамической недостаточности миокарда. В патогенезе гиповолемического шока, сердечно-сосудистой недостаточности при перитоните играют роль кинины, освобождающиеся в результате действия ферментов и эндотоксинов. Кинины вызывают расширение мелких сосудов и увеличение сосудистой проницаемости, усиливая перитонеальную экссудацию и усугубляя таким образом гиповолемический шок. Реже циркуляторная недостаточность развивается вследствие эндотоксемии (эндотоксический шок). При этом циркуляторная недостаточность является результатом комплексного воздействия бактериальных токсинов на сердце, сосуды и прямого влияния на клеточный метаболизм. Характерными для этой формы шока являются гипотензия, тахикардия, гектическая температурная кривая, бледность кожных покровов. Гемодинамические сдвиги проявляются понижением сердечного выброса, увеличением периферического сосудистого тонуса и удлинением времени циркуляции. Увеличение периферического сопротивления свидетельствует о том, что гипотензия не обусловлена сосудистым коллапсом. При этом отсутствуют признаки гиповолемии (выраженные изменения гематокрита, центрального венозного давления, количества мочи). Близкие к нормальным, показатели центрального венозного давления говорят об отсутствии сердечной недостаточности. Все это подтверждает наличие токсического шока. Развивающиеся при остром гнойном перитоните нарушения микроциркуляции и гипоксия приводят к нарушению метаболизма, в частности, к увеличению анаэробного метаболизма и метаболическому ацидозу. При особенно больших потерях калия развивается метаболический алкалоз. Существует выраженная обратная связь между величиной рН и содержанием калия в крови. Важными звеньями в патогенезе острого гнойного перитонита являются нарушения функции почек и печени. Следствием возникающей гиповолемии является уменьшение почечного кровотока, скорости клубочковой фильтрации и минутного диуреза, что приводит к олигурии, увеличению содержания остаточного азота, мочевины и креатинина в крови и в брюшинном экссудате. Изменения функционального состояния коры надпочечников при гнойном перитоните характеризуются увеличением секреции глюкокортикоидов. Нарушения нейрогуморальной регуляции, интоксикация приводят к угнетению при перитоните иммунологических механизмов (фагоцитарная активность лейкоцитов, образование антител). Снижение количества γ-глобулинов при остром гнойном перитоните также свидетельствует об угнетении иммунной реактивности. ^ Патологическая картина острого гнойного перитонита зависит от источника его возникновения, характера микробной флоры, давности заболевания, распространенности поражения, общего состояния больного, реактивности организма. Наиболее выраженные изменения наблюдаются в самой брюшине и органах желудочно-кишечного тракта. В начальных стадиях наблюдается гиперемия брюшины, особенно ее висцерального листка, в месте источника перитонита, сальнике. Поверхность брюшины теряет свой блеск, становится тусклой, шероховатой. На брюшине появляются тонкие, пленчатые, легко снимающиеся наложения фибрина. В брюшине определяются мелкие узелки, представляющие собой круглоклеточные инфильтраты. Обычно, за исключением так называемого молниеносно протекающего перитонеального сепсиса, в брюшной полости образуется экссудат. Вначале он желтоватый, без примеси фибрина, содержит небольшое количество лейкоцитов. Повышенное содержание фибрина в серозном экссудате свидетельствует о серозно-фибринозном перитоните. При увеличении содержания лейкоцитов в экссудате последний становится серозно-гнойным или гнойным. При перфорации кишечника, особенно толстого, или гангрене кишечника экссудат может быть гнилостным с характерным запахом, иногда с примесью частичек кала. При нарушениях кровообращения кишечника, тромбоэмболии брыжеечных сосудов, странгуляционной непроходимости в брюшной полости появляется геморрагический выпот. Экссудат в брюшной полости обычно скапливается в малом тазу, поддиафрагмальном пространстве, между петлями кишок. Гистологически в брюшине определяются различные изменения, которые характеризуются большими дефектами эпителиального покрова, гиперемией подлежащего слоя, некробиозом и некрозом его, а также лейкоцитарной инфильтрацией. Значительные изменения наблюдаются со стороны вегетативной нервной системы. При прогрессирующем течении перитонита отмечается нарастающая гибель ганглионарных клеток солнечного сплетения. Особого внимания заслуживают изменения со стороны желудочно-кишечного тракта. Желудок расширяется, становится дряблым, истонченным, часто переполнен желчью, кишечным содержимым. В слизистой оболочке определяются явления геморрагического гастрита. Моторная деятельность в таком растянутом желудке полностью отсутствует. Петли кишечника резко растянуты, отечные, переполнены жидким кишечным содержимым, которое при надавливании переливается из петли в петлю. Во всех слоях кишечной стенки обнаруживаются воспалительные инфильтраты и кровоизлияния. Печень увеличена в размерах, полнокровна, выражены явления паренхиматозной и жировой дистрофии. Наряду с этим отмечается значительное обеднение печени гликогеном. В селезенке отмечается септическая гиперплазия. В почках наблюдаются явления паренхиматозной жировой дистрофии, у больных в тяжелом состоянии развивается картина острого нефрита, а иногда и выраженного геморрагического нефрита. Резкие изменения, характеризующиеся дискомплексацией, распадом клеток коркового слоя, наблюдаются в надпочечниках. При тяжелых перитонитах наблюдаются изменения со стороны сердца и легких. Сердечная мышца становится дряблой, в ней наблюдаются участки жирового перерождения, белковой дистрофии, а в некоторых случаях и явления миокардита. В легких наблюдаются застойные явления, участки гипостазов, иногда довольно обширные. У некоторых больных в результате распространения воспалительного процесса с брюшины по лимфатическим путям возникает эмпиема плевры. Классификация. Классификация К.С.Симоняна (1971 г.), согласно которой тяжесть клинического течения перитонита определяется динамикой развития процесса во времени (реактивная стадия - первые 24 часа, токсическая стадия - 24-72 часа и терминальная стадия - свыше 72 часов) ограниченно применима в детской хирургии в связи с особенностями резистентности детского организма. Динамику перитонита у детей рационально рассматривать согласно классификации П.Л.Сельцовского (1963 г.), видоизменённой В.Д.Фёдоровым (1974 г.), в основе которой лежит степень распространённости перитонита и морфо-функциональных сдвигов. В зависимости от степени распространенности процесса различают: 1) местный перитонит (ограниченный и склонный к распространению); 2) диффузный перитонит; 3) разлитой перитонит; 4) общий, или тотальный, перитонит. При местном перитоните воспалительный процесс локализуется не более чем в двух анатомических областях в пределах одного этажа брюшной полости. Диффузный перитонит характеризуется распространением более чем в двух анатомических областях в пределах одного этажа брюшной полости. При разлитом перитоните поражена брюшина двух этажей брюшной полости; при общем, или тотальном - вся. В зависимости от характера выпота различают: 1) серозный; 2) серозно-гнойный; 3) фибринозный; 4) гнойный; 5) септический перитонит. Последний представляет собой особую очень редкую форму перитонита, характеризующуюся молниеносным течением, отсутствием выпота в брюшной полости, резкой гиперемией брюшины. ^ Клиническая картина острого гнойного перитонита весьма многообразна и зависит от этиологии, фазы, распространенности процесса, характера микрофлоры. В одних случаях перитонит может начинаться внезапно (перфорация язвы, разрыв кишечника). В других случаях перитонит возникает как следствие воспалительного процесса в одном из органов брюшной полости (острый аппендицит). Ребенок с перитонитом занимает вынужденное положение на спине или полусидячее с приведенными к животу бедрами. Сознание ясное, сохраняется часто до самой смерти. При ухудшении состояния возникает эйфория, возбуждение. Черты лица заострены, кожа бледная, покрыта холодным потом, конечности холодные на ощупь, синюшные. Язык сухой. Отмечается сильная жажда. Артериальное давление обычно снижено и падает по мере прогрессирования воспалительного процесса. Пульс частый, до 120-140 уд/мин, малого наполнения. Дыхание частое, поверхностное. Развивающийся парез кишечника приводит к высокому стоянию диафрагмы и еще большему нарушению акта дыхания. Температура при перитоните обычно повышена до 38°С и более, но иногда остается субфебрильной или нормальной (крайне редко). Обычно обнаруживается расхождение между большим повышением температуры и значительным учащением пульса. Диурез при перитоните снижен. По мере прогрессирования перитонита развивается анемия, растет лейкоцитоз со сдвигом лейкоцитарной формулы влево. Местным симптомом перитонита является боль в животе, которая вначале локализуется в месте расположения источника перитонита, а затем распространяется по всему животу. По мере прогрессирования интоксикации боль ослабевает. При пальпации определяется разлитая болезненность по всему животу, наиболее выраженная в области первичного очага. Почти у всех больных определяется симптом Щеткина-Блюмберга. Одним из наиболее характерных симптомов является напряжение мышц брюшной стенки, выраженность которого бывает различной, от незначительного, с трудом выявляемого, до "доскообразного" живота. Для выявления незначительных степеней мышечного напряжения у детей требуется нежная, поверхностная пальпация. В поздних стадиях, по мере нарастания вздутия кишечника и накопления экссудата, напряжение мышц брюшной стенки значительно уменьшается. Для поздних стадий перитонита характерным становится вздутие живота, обусловленное паралитической непроходимостью кишечника и атоническим расширением желудка. В это время постоянным симптомом становится рвота, вначале прозрачной жидкостью, затем желчью и, наконец, темным кишечным содержимым со зловонным запахом (каловая рвота). При исследовании через прямую кишку при разлитом гнойном перитоните отмечается резкая болезненность и нависание передней стенки прямой кишки. Лечение. Одним из главных моментов оперативного вмешательства при гнойном перитоните, прямо влияющим на конечный результат лечения, является санация брюшной полости. Санация брюшной полости при перитоните обычно завершается дренированием. Многочисленные данные литературы свидетельствуют о том, что выбор дренажа, доступы, из которых производится его установка, методы дренирования индивидуальны и зависят от личного опыта хирурга. В то же время в детской хирургии наметилась тенденция к экономному дренированию либо - в случае полноценной санации брюшной полости - к отказу от него. Альтернативой широкому дренированию брюшной полости многие хирурги считают прогнозируемую релапаротомию и повторную санацию брюшной полости. Антибактериальная терапия перитонита не всегда успешна, особенно при использовании рутинных сочетаний антибиотиков. Поэтому в последние годы большинство врачей настоятельно советуют в терапию больным с перитонитом включать, помимо антибиотиков широкого спектра действия, препараты метронидазола, метроинидазола, нитазола. Методы борьбы с парезом кишечника при перитоните весьма многочисленные. Среди наиболее известных отметим программы медикаментозной стимуляции, электростимуляции кишечника, продлённой перидуральной анальгезии, гипербарической оксигенации, рефлексотерапии, разнообразных способов внепочечной депурации. Одним из эффективных методов борьбы с парезом и динамической кишечной непроходимостью является продлённая интубация кишечника специальными зондами. ^ Цель лекции: уметь диагностировать опухоли у детей. План лекции:
Несмотря на существующее мнение о редкости новообразований у детей, опухоли у них встречаются достаточно часто. Получение достоверных статистических данных о детской онкозаболеваемости порой бывает затруднительным из-за отсутствия во многих регионах не только специализированных детских онкологических и гематологических отделений, но и поликлинических приемов. Детская онкология выделилась как самостоятельная дисциплина в 1948 году, когда Фарбер и соавторы сообщили о возможности достижения временной ремиссии у детей с острым лимфобластным лейкозом при лечении антагонистом фолиевой кислоты - аминоптерином. Это сообщение является самым ранним свидетельством того, что химиотерапия может эффективной в лечении злокачественных опухолей у детей. Другой большой шаг вперед был сделан в 1956 году, когда в лечении солидной опухоли – хориокарциномы, был использован метотрексат. Комбинации нескольких химиотерапевтических препаратов стали использовать в лечении болезни Ходжкина и острого лимфобластного лейкоза в 60-е годы, что в конечном счете привело к использованию данного метода фактически при опухолях детского возраста. Успешное применение комбинированного лечения в детской онкологии сначала было продемонстрировано при опухоли Вильмса. Комбинированный лечебный подход подразумевает объединенное использование оперативного вмешательства, лучевой терапии и химиотерапии. Этот принцип, который теперь используется повсеместно во всех областях онкологии, поначалу был разработан совместными усилиями детских хирургов, радиологов и детских онкологов в 50-х и 60-х годах. Детская онкология существенно отличается от онкологии взрослых.. С одной стороны удельный вес истинных эпителиальных (раковых) опухолей невелик и составляет лишь около 2% случаев злокачественных новообразований, а подавляющее большинство – саркоматозные. С другой, присущие взрослым больным локализации злокачественных процессов (легкие, желудочно-кишечный тракт, молочные железы, гениталии) не типичны для детского возраста (органы кроветворения, ЦНС, забрюшинное пространство, кости, кожа). Несколько слов о причинах возникновения опухолей у детей:
По нашим данным в общем массиве детей с различными новообразованиями доброкачественный их характер отмечен в 88% наблюдений, у остальных пациентов опухоли были злокачественными (12,0%). В структуре доброкачественных опухолей и опухолеподобных образований более половины (51,0%) приходится на сосудистые опухоли: гемангиомы (46,6%), лимфангиомы (3,7%) и доброкачественные гемангиоэндотелиомы (0,9%). Другие опухоли и опухолеподобные образования, по нашим данным, встречаются значительно реже. Сюда можно отнести продуктивные лимфадениты (7,6%), невусы (6,6%), гигромы (5,0%), фибромы (4,9%), полипы прямой (сигмовидной) кишки (4,2%), липомы (4,0%), дермоидные и эпидермоидные кисты (3,2%). Среди случаев злокачественных новообразований у детей в динамике годовые показатели детской онкозаболеваемости возросли от 9,6 (1985-1987 гг.) до 13,0 (1990-1992 гг.) на 100 тыс.детского населения. Среди солидных образований чаще встречались нейробластомы, нефробластомы, опухоли костей. Общая онкозаболеваемость (с учетом информации о нейрохирургических и офтальмологических онкобольных) среди детей Донецкой области достигает 14,0-15,0 случаев на 100 тыс.детского населения. По данным исследовательской группы злокачественных новообразований у детей на долю лейкозов и лимфом приходится 48%, а опухолей ЦНС – 21% случаев заболеваний. Статистика Роберта Миллера и соавторов (1995) отличается не значительно: среди всех злокачественных новообразований у американских детей на долю лейкозов приходится 31,4% случаев заболеваний, опухолей ЦНС - 17,6%, лимфом - 12,4%, симпатической нервной системы - 8,1%, мягкотканные саркомы - 7,1%, опухоли почек - 6,4%, злокачественные опухоли костей - 5,0%, карциномы и другие злокачественные эпителиальные новообразования(меланомы в т.ч.) - 4,0%. ^ Гемангиомы. Доброкачественные опухоли, исходящие из сосудов и имеющие дизонтогенетические происхождение. Рост их начинается в эмбриональном периоде и заканчивается через несколько месяцев или лет после рождения ребенка. Характеризуются наклонностью к быстрому инфильтративному росту. С рождения наблюдается около 90%, реже - в течение первых месяцев жизни. Девочки болеют в 2-3 раза чаще. Классификация Н.И.Кондрашина удобна для клинического использования. В соответствии с ней выделяют:
Распознавание поверхностных гемангиом не представляет трудностей: характерным является наличие у ребенка красных (синюшно-красных) опухолевидных образований на коже. Более чем у 70% пациентов опухоль единичная. Гемангиомы внутренних локализаций встречаются относительно редко (около 1,9% случаев). Труднее диагностировать сосудистые образования, расположенные подкожно. Они напоминают липому, фиброму, лимфангиому; диагноз уточняется во время удаления и гистологического исследования опухоли. Наш опыт убеждает, что гемангиомы подлежат лечению по установлению диагноза. Осложнения гемангиом весьма разнообразны. Это, прежде всего: нарушение трофики конечностей;
В лечении данной патологии используются различные методы лечения или их комбинации:
Лечение злокачественных сосудистых опухолей (ангиосаркома, злокачественная гемангиоэндотелиома, гемангиоперицитома) - очень сложная задача. Наряду с оперативным пособием обязательно используем химиолучевое лечение, иммуностимулирующую терапию. Лимфангиома. Врожденная доброкачественная опухоль из лимфатических сосудов. Наблюдается значительно реже гемангиомы. Излюбленные локализации: шея, подмышечная впадина, лицо, дно полости рта и язык. 85% этих новообразований диагностируются в возрасте до года. Реже - старше года. Классификация:
Осложнениями лимфангиом являются сдавление жизненно важных органов, а при присоединении инфекции и нагноении - сепсис. Оперативное лечение наиболее эффективно. ^ Врожденные образования кожных покровов или появившиеся во внеуторобном периоде (приобретенные), в основе возникновения которых лежат изменения эмбрионального характера. В отдельных случаях их них могут возникать злокачественные опухоли. Растут до определенного момента, обычно к возрасту половой зрелости рост прекращается. Имеется наследственная предрасположенность. Иногда наличие невусов сочетается с пороками развития внутренних органов, нервной системы, костей, зубов, дистрофическими и эндокринными расстройствами. Различают следующие невусы и невоидные пятна: сосудистые и ангиомные; пигментные; гиперкератотические; аденоматозные; цистоматозные и атероматозные; фиброматозные; невоидные. Учитывая существующую возможность злокачественного перерождения пигментных новообразований давайте вспомним клинические признаки малигнизации. Прежде всего это:
При появлении одного или нескольких признаков показано оперативное лечение – удаление образования с последующим гистологическим исследованием. Наиболее опасны в плане малигнизации - гладкие невусы без волос. Определенную роль может играть постоянная механическая травматизация. Меланома. Злокачественная опухоль кожи, состоящая из клеток, вырабатывающих пигмент. Большинство исследователей считают что клетки этой опухоли происходят из меланоцитов и шванновских клеток влагалищ кожных нервов, вырабатывающих меланин. В последние годы, в связи с активной деятельностью коммерческих медицинских и парамедицинских структур больные чаще стали прибегать к услугам экстрасенсов, народных целителей, а также специалистов косметологических кабинетов. В последних, в большинстве случаев, не производится патогистологическое исследование удаленного материала, из-за чего некоторые больные поступают в клинику в запущенной стадии опухолевого процесса. Приводим одно из наших наблюдений. Ребенок К., 11 лет (ист.б-ни N7097) поступил в Центр детской хирургии 05.07.90 г. с подозрением на левосторонний продуктивный бедренный лимфаденит. Болеет около одного месяца. Со стороны легких и сердца без особенностей. В левой паховой области имеется опухолевидное образование 4,0 х 2,5 см упругоэластической консистенции, безболезненное, не спаянное с кожей. 06.07. произведено удаление лимфоузла. Рана ушита наглухо. Макропрепарат: лимфоузел 4,0 х 3,0 х 2,5 см плотный, белесоватого цвета, с синюшными вкраплениями в центре паренхимы. Гистологически: "Метастаз меланобластомы в лимфатический узел". Дополнительно из анамнеза удалось установить, что год тому назад в области кожи левого коленного сустава была выявлена "кровоточащая бородавка". Лечились у народного целителя (местно использовались компрессы с отварами чистотела, одуванчика), улучшения не отмечено. Обратились к косметологу, где произведена электрокоагуляция опухолевидного образования. Гистологическое исследование не проводилось. До момента поступления в клинику зона послеоперационного рубца болезненна, с явлениями келлоида. 17.07.94 г. произведено удаление уплотненного рубца в зоне коленного сустава. рана зажила первичным натяжением. Гистологически: "В толще послеоперационного рубца ограниченный комплекс опухолевых клеток, богатых пигментом - меланобластома". Проведен курс полихимиотерапии (ПХТ): винбластин, блеомицин, цисплатин. Проведена телегамматерапия (СОД = 35Гр), а затем произведена пахово-подвздошная лимфаденэктомия слева. Курсы ПХТ (винкристин, блеоцин, цисплатин, дактиномицин) проводились в течение 1,5 лет . В настоящее время после операции прошло более 4-х лет. Жалоб нет, практически здорова. ^ Для опухолей, возникающих из зародышевой ткани характерно множество гистологических субтипов и разнообразие предложенных классификаций, сложность которых можно сравнить лишь с неходжкинскими лимфомами. Человеческий эмбрион – первое скопление половых клеток, которое может определяться в желточном мешке на 4-ой неделе развития. Отсюда клетки мигрируют через среднюю и дорсальную брыжейку и могут наблюдаться в зародышевом эпителии полового тяжа в течение 6-и недель. Затем из этой популяции клеток формируются яички или яичники. Наиболее часто встречающиеся экстрагонадные локализации опухолей из зародышевой ткани (такие как крестцово-копчиковая область, забрюшинное пространство, средостение, шея и шишковидное тело головного мозга) подтверждают, что аберрантное перемещение происходит вдоль полового тяжа, который соседствует с позвоночным столбом, в направлении от шейной до нижней поясничной области. Это наводит на мысль, что злокачественная трансформация, происходящая в то время, когда гонадная ткань проходит нормальный путь развития, связана с отсутствием или недостаточным количеством контролирующих рост факторов в экстрагонадных зонах внедрения клеток полового тяжа. В детском возрасте опухоли из зародышевой ткани в 70% случаев имеют экстрагонадную локализацию. Злокачественные герминогенные опухоли составляют около 4% среди всех злокачественных опухолей у детей, а частота встречаемости - 0,7 случая на 100000 детского населения в год. В литературе имеются сведения о возможном влиянии факторов внешней среды на процесс возникновения отдельных опухолей. Отмечается 2 пика заболеваемости. Первый в возрасте до года (за счет тератом крестцово-копчиковой области), второй, менее выраженный, у детей от 8 до 14 лет (за счет девочек с тератомами яичников). Девочки несколько чаще болеют, чем мальчики (1,0:0,8). Как указывалось выше, опухоли из зародышевой ткани могут быть весьма разнообразных локализаций. Наиболее часто встречаются опухоли яичников (27%), затем следуют тератомы крестцово-копчиковой локализации (24%), далее – новообразования яичек (18%), ЦНС (18%) и прочие. Естественно, клинические проявления заболевания зависят от локализации опухоли: ^ головные боли, рвота, головокружение, гемипарез, нарушение походки, нарушение зрения и другие симптомы. Яичники: Увеличение живота в объеме, боли в нижних отделах живота, наличие пальпируемой опухоли, реже дисменорея и вирилизация. В случае возникновения острого перекрута яичника, появляется клиника острого живота и необходимо выполнение экстренной лапаротомии. Яички: плотная бугристая, безболезненная опухоль, занимающая либо весь орган, либо один из его полюсов, иногда с инфильтрацией семенного канатика и увеличением паховых лимфоузлов. В отдельных случаях опухоль сопровождается гидроцеле и заболевания следует дифференцировать между собой. При локализации в крестцово-копчиковой области: а) наружные опухоль в крестцово-копчиковой области, распространяющаяся на одну из ягодиц; для злокачественных характерна напряженность, гиперемия, выраженный венозный рисунок; б) внутренние – диагностируются поздно, часто проявляется нарушением функции тазовых органов (дизурия, запоры, вплоть до непроходимости); в) смешанная форма прогностически более благоприятна. При других локализациях опухолей из зародышевой ткани клинические проявления напрямую связаны с первичной локализацией. Тератомы могут быть следствием пороков развития тканей одного зародыша или плодом-паразитом. В первом случае выделяют: хористомы (нарушение отщепления и погружения листков), гамартомы (неправильное соотношение различных тканей в органе), а также сохранение эмбриональных структур, которые в норме должны полностью редуцироваться (остаточные элементы щито-язычного протока, жаберных щелей, дивертикул Меккеля и т.д.). Опухоли из зародышевых клеток относятся к многокомпонентным образованиям содержащим клетки или ткани всех трех зародышевых листков. В соответствии с гистологической классификацией А.И.Абрикосова выделяют различные доброкачественные варианты относятся: различные тератомы (гистиоидные, органоидные, организмоидные), дермоидные кисты, энтерокистомы и т.д. Биохимическими маркерами этой группы опухолей является: альфафетопротеин (АФП), человеческий хорионический гонадотропин (-HCG). Повышение АФП наиболее выражено при опухолях желточного мешка, эмбриональных карциномах, нарастание -HCG – при тератобластомах с трофобластическим компонентом (хорионкарциномах), тератобластомах низкой и средней степени дифференцировки. Истинные семиномы данные маркеры не продуцируют. Определение этих показателей в динамике может носить прогностический характер в отношении радикальности операции и наличия метастатических очагов. Ведущими методами в диагностике патологии являются рентгенологические методы, ультразвуковое исследование и компьютерная томография. Прогноз зависит от радикальности операции. Оперативному лечению в ранние сроки подлежат больные с доброкачественными герминогенными опухолями ввиду возможности быстрой малигнизации. При своевременном адекватном лечении 3-5 летняя безрецидивная выживаемость колеблется от 45% до 85% в зависимости от стадии и морфологического варианта опухоли. ^ У детей встречаются относительно редко. Они почти всегда возникают на ранних этапах развития, являясь дизонтогенетическими образованиями. Удельный вес дермоидных и эпидермоидных кист в общей структуре доброкачественных опухолей и опухолеподобных образований у детей составляет 3,4%. Дермоиды относятся к группе органоидных и гистиоидных тератом, так как по своему строению состоят из тканей различных органов. Представляют собой кисты с соединительно тканной капсулой покрытой многослойным плоским эпителием, соответствующим эпидермису кожи, В стенке бывают волосы, сальные и потовые железы. Полость заполнена продуктами сальных и потовых желез, слущенным эпителием. В динамике отмечается склонность к увеличению в результате скопления содержимого. Если порок развития затрагивает все производные кожи - формируется дермоидная киста, а если только эпидермис - эпидермоидная (эпидермальная) киста. Наряду с этим, как утверждают отдельные авторы, эпидермальные кисты могут возникнуть из внедрившегося в результате травмы покровного эпителия. Встречаются кисты как наружной, так и внутренней локализации. Следует подчеркнуть, что излюбленной локализацией наружных кист являются места слияния и зарастания эмбриональных щелей: наружный и внутренний край глазницы, яремная ямка, средняя линия шеи, волосистая часть головы (в основном проекция стреловидного шва). Реже они локализуются в заушной области, полости рта, на переносице. Наружная локализация имела место у 95,6% детей, внутренняя - у 4,4%. Девочек было 115 (56,1%), мальчиков - 90 (43,9%). Необходимо отметить, что дермоидные кисты встречались чаще (57,1%), чем эпидермоидные (42,9%). До операции и во время ее трудно с абсолютной уверенностью высказаться в пользу той или иной формы кисты. Верифицируется диагноз только в результате патогистологического исследования. Нами установлено, что более чем у 65% детей опухолевидное образование замечено родителями в течение первого года жизни, почти у 20% детей на втором году жизни, а у остальных - в более поздние сроки. У больных с наружным расположением кист чаще всего опухолевидные образования располагались в области головы -74 (37,8%), шеи - 61 (31,1%) и грудной стенки - 42 (21,5%). Значительно реже дермоидные и эпидермоидные кисты наблюдались в области конечностей (8 больных), пупка (5), промежности (4), крайней плоти (2). Следует подчеркнуть, что наиболее излюбленная локализация кист - область надбровных дуг (39 детей) и яремной ямки (24), что составило почти треть в общем массиве наблюдаемых пациентов. Правильный диагноз до операции был установлен у половины пациентов. В остальных случаях диагностированы самые различные заболевания: дерматофиброма, фибролипома, гигрома, атерома, продуктивный лимфаденит, срединная киста шеи и т.д. Все это говорит, на наш взгляд, не столько о сложности диагностики дермоидных и эпидермоидных кист, сколько о низкой информированности педиатров и общих хирургов об этой нозологической единице. Клиника и диагностика дермоидных и эпидермоидных кист наружной локализации в подавляющем большинстве случаев не представляет трудностей. Обычно на первом-втором году жизни обнаруживается опухолевидное образование одной из вышеперечисленных локализаций. Оно округлой формы (реже слегка вытянутой), располагается подкожно, малоподвижное, не спаянное с кожей, упругоэластической или тестоватой консистенции, безболезненное при пальпации. Обычно кожа над образованием не изменена (если нет воспалительных явлений). При расположении кисты на черепе очень часто возникает вдавление наружной пластинки, а пальпируемое образование почти всегда бывает неподвижным. Среди наблюдаемых нами больных величина кист достигала 1,0-2,0 см более чем у 70% детей, что согласуется с литературными данными. Почти у 20% больных размеры удаленных кист достигали 3,0 - 5,0 см. И лишь в единичных наблюдениях (2 детей) кисты достигали огромных размеров (до 10-20 см в диаметре), о чем имеются сообщения и в литературе. В остальных случаях размеры кистозного образования были менее 1,0 см. В плане дифференциальной диагностики затруднения чаще возникают при расположении опухолевидного образования в области переносицы и переднего отдела шеи. В первом случае необходимо иметь в виду переднюю мозговую грыжу, для которой характерна пульсация опухоли, болезненность при надавливании и наличие дефекта костей черепа. Уточнить диагноз позволяет ультразвуковое исследование (УЗИ) и рентгенография костей черепа. Подобный случай встретился в нашей практике только однажды. До операции иногда трудно отличить дермоидную (эпидермоидную) кисту шеи от срединной кисты, реже от дистопированной щитовидной железы (ЩЖ). Отсутствие тяжа, идущего от образования к подъязычной кости, обнаруживаемое во время операции, а также характерное творожистое содержимое позволяет поставить диагноз. В случае, если опухолевидное образование не напоминает дермоидную или срединную кисты, то без предварительного сканирования ЩЖ и УЗИ удалять его нельзя. Чаще всего дистопированная ЩЖ является единственной. Кисты внутренней локализации могут наблюдаться в переднем средостении, легких, печени, селезенке, яичниках, иногда в брыжейке кишечника. Среди осложнений чаще всего встречается воспаление и нагноение кисты. Редко возможна малигнизация, которая отмечается, судя по данным литературы у подростков и взрослых. Последней предшествует быстрый рост и изъязвление кожи в зоне кисты. Подобных случаев мы не наблюдали. Кисты внутренней локализации мы наблюдали у 9 больных (4,4%). Мальчиков было 4, девочек - 5. Причем у 3 из них имели место эпидермоидные кисты селезенки (2 наблюдения) и яичка (1). У 6 больных были выявлены дермоидные кисты яичников (3 детей), средостения (2), легкого (1). ^ Саркомы мягких тканей. Злокачественные опухоли мезенхимального происхождения. Чаще встречаются рабдомиосаркомы, реже лейомиосаркомы, злокачественные мезенхимомы, липосаркомы. Рабдомиосаркома чаще поражает мочевой пузырь, влагалище, мягкие ткани головы, шеи, орбиты и ЛОР-органы. Ангиогенные - лицо и туловище, синовиальные и фибросаркомы - конечности. Располагаясь в мягких тканях, эти опухоли имеют характерные местные проявления. При локализации в области туловища и конечностей – плотная (в большинстве случаев каменистой плотности), чаще округлой или овальной формы, без четких границ, малоподвижная, безболезненная. Кожа над опухолью имеет характерный внешней вид: она чаще «восковидная», выраженным подкожным венозным рисунком. При прорастании нервных сплетений, магистральных нервных стволов и сосудов болевой синдром может усиливаться и быстро прогрессировать. С целью установления диагноза может быть использован широкий круг специальных методов исследования. Среди них: обзорная рентгенография, ультразвуковое исследование, ангиографические методы, компьютерная томография и ядерно-магнитнорезонансное исследование. Окончательный диагноз устанавливается в результате патогистологического исследования материала, полученного во время оперативного вмешательства (удаления опухоли или открытой ее биопсии). Дифференцировать заболевание часто приходится с костными саркомами, так как при расположении мягкотканых злокачественных опухолей в области конечностей и туловища, часто возникают вторичные поражения костей. Как уже указывалось выше, наиболее часто встречающиеся опухоли этой группы – рабдомиосаркомы. Выделяют следующие гистологические типы рабдомиосарком:
Для опухолей характерно очень раннее метастазирование в регионарные лимфатические узлы, далее процесс распространяется гематогенным путем. Раньше считалось, что опухоль возникает из поперечно-полосатых мышечных волокон, однако исчерченность не характерна для всех опухолей. Имеются данные о локализации опухоли там, где нет поперечно-полосатой мускулатуры (бронхи). Стадийность сарком мягкий тканей (СМТ) I - возможны полная резекция II - возможны полная резекция + метастазы в регионарные ЛУ III - резекция не полная, возможны крупные остаточные очаги; IV - отдаленные метастазы во время установления диагноза. Лечение СМТ комбинированное (операция, полихимиотерапия, лучевая терапия). Результаты лечения во многом зависят от стадии процесса на момент выявления опухоли и полноты удаления первичного очага. Радикальная операция дает пациенту значительно больше шансов для конечного выздоровления. ^ Наиболее частая опухоль почки у детей и подростков с частотой 1:100 000; наиболее часто выявляется между 1 и 4 годами жизни, не имеет половой диспозиции, самая низкая частота отмечается в Азии по сравнению с Европой и США, ассоциируется с пороками развития (аниридия, гемигипертрофия, урогенитальные пороки развития и т. п.). Эмбpиoнaльная опухоль гистологически дифференцируется на три подтипа: низкой, средней и высокой степени злокачественности в соответствии с принятой в 1996 году Стокгольмской классификацией. Морфологически выделяют типичные варианты (с равномерным наличием двух компонентов), с преобладанием эпителиального или с преобладанием мезенхимального компонентов. Ведущим симптомом заболевания является безболезненно нарастающая пальпируемая опухоль. В подавляющем большинстве случаев ее самостоятельно определяют родители и, лишь у 10 % пациентов активно (на профилактическом осмотре) обнаруживают врачи.. Изредка заболевание начинается с болевого синдрома или гематурии. Специфических маркеров опухоли не существует. При лабораторном обследовании, с целью дифференциальной диагностики, иногда следует определять катехоламины в сыворотке крови и моче для исключения нейробластомы (в единичных случаях). Основным диагностическим методом является УЗИ органов брюшной полости и забрюшинного пространства. В отдельных случаях, при недостаточной уверенности в диагнозе показана магнитно-резонансная томография с внутривенным контрастированием почек. При подозрении на тромбоз полой вены, инфильтрацию печени и диафрагмы, также как и при проникновении опухоли интраторакально, обязательно ЯМРТ исследование. Обязательна Rq-графия грудной клетки в двух проекциях с целью выявления ранних метастазов в легкие. Первичная биопсия опухоли при несомнительном диагнозе у детей старше 6 месяцев и младше 16 лет не показана. Гистопатологический диагноз устанавливается после нефруретерэктомии, которая является обязательным компонентом лечения. Без химиотерапевтического лечения прогноз нефробластомы неблагоприятен. При комбинации операции, ПХТ (курсы в течение 2-х лет) и лучевой терапии (при необходимости) достигается наивысший уровень излечения. Вид и длительность послеоперационной химиотерапии ориентированы по гистологическому подтипу и по достигнутой локальной послеоперационной стадии опухоли. Лечение должно проводиться в центрах, которые имеют опыт лечения злокачественных заболеваний детского возраста. Динамическое диспансерное наблюдение проводится в течение 5 лет с момента начала лечения. При отсутствии рецидива и прогрессирования процесса ребенок снимается с учета. Нейробластома. Является злокачественным заболеванием симпатической нервной системы и самой частой экстракраниальной солидной опухолью детского возраста. Нейробластомы относятся к эмбриональным опухолям, поэтому их развитие связано с ранним детским возрастом. Нейробластомы являются собирательным понятием. По клеточному составу выделяют: симпатогониому, симпатобластому, ганглионейробластому, ганглионеврому. Около 1/3 детей заболевают на первом году жизни, с убыванием частоты в последующие годы. 90% пациентов заболевают в возрасте моложе 6 лет. Половое преобладание не наблюдается. Нейробластомы могут развиваться везде там, где расположена симпатическая ткань: надпочечник, цервикальные, торакальные и абдоминальные параганглии симпатического ствола. Более 50% всех нейробластом в момент диагноза уже являются метастатическими. Отмечаются метастазы в региональные и отдалённые лимфоузлы, в костный мозг, кости, печень или почку, редко в ЦНС. Ведущие симптомы нейробластом варьируют в зависимости от места первичной опухоли и её метастазов: внутриторакальные опухоли могут вызывать затруднения дыхания, абдоминальные опухоли — мешать оттоку мочи, в тяжёлых случаях до развития гидронефроза. Опухоли симпатического ствола проявляют тенденцию прорастать через позвоночные отверстия интраспинально и вызывать неврологические симптомы вплоть до паралича. В 15—20% случаев всех цервикальных опухолей наблюдается в момент диагноза синдром Горнера. Нельзя забывать, что часть симптомов связано с гормональным фоном этих опухолей – высоким уровнем катехоламинов и их метаболитов. Это проявляется вялостью, сонливостью, раздражительностью, повышенной потливостью, мраморностью кожи, выпадением волос, тахикардией, гипертонией, диареей. Пациенты с метастатическими в момент постановки диагноза нейробластомами часто имеют боли, ухудшение общего состояния, лихорадку или кровоизлияния. Ретробульбарная инфильтрация вызывает типичные периорбитальные экхимозы (очковые гематомы). В качестве специфического опухолевого маркера для нейробластомы служит определение метаболитов катехоламинов в моче и сыворотке (гомо-ванилиновая кислота, ванилинминдальная кислота, допамины). В диагностике заболевания и установлении распространенности процесса могут быть использованы любые доступные специальные методы обследования: рентгенография, ультразвуковое исследование, компьютерная томография, ядерно-магнитно-резонансное исследование, экскреторная урография и др. Выделяют следующие стадии заболевания: 1 – опухоль локализуется в пределах первичного очага, 2 – могут быть поражены регионарные лимфатические узлы, 3 – опухоль распространяется за пределы средней линии, имеется поражение лимфоузлов, 4 – на момент установления диагноза имеются отдаленные метастазы. Лечение комбинированное, использующее общие принципы: операция, полихимиотерапия и лучевая терапия. Принципы диспансерного наблюдения такие же, как и при других злокачественных опухолях. ^ У НОВОРОЖДЕННЫХ И ГРУДНЫХ ДЕТЕЙ Цель лекции: уметь диагностировать пороки развития пищеварительного тракта. |
отлично
1
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям