И. И. Мечников этюды оптимизма
|
|
Скачать 4.31 Mb.
|
|
Продолжительность жизни животных |
|
^
Связь между долговечностью и ростом животных.— Долговечность и период роста.— Связь между долговечностью и удвоением веса новорожденных.—Долговечность и плодовитость.—Предполагаемая связь между долговечностью и способом питания. Продолжительность жизни животных колеблется в очень широких пределах. Одни, как, например, самцы некоторых коловраток, завершают свой полный жизненный цикл, от яйца до смерти, в течение от 50 до 60 часов. Другие, как некоторые из пресмыкающихся, живут, наоборот, более ста лет и, вероятно, могут достичь двух- или трехвекового возраста. Давно уже старались выяснить законы, управляющие этой столь различной долговечностью. Даже одно поверхностное наблюдение над домашними животными вскоре должно было убедить в том, что мелкие животные вообще менее долговечны, чем крупные: мыши, морские свинки и кролики живут не так долго, как кошки, собаки и овцы, а последние в свою очередь менее долговечны, чем лошадь, олень и верблюд. Из всех окружающих человека животных наиболее долговечен слон, и он же самый крупный из них. Но легко убедиться в том, что величина не всегда прямо пропорциональна долговечности и что такие мелкие животные, как попугаи, вороны и гуси, значительно переживают многих млекопитающих и некоторых гораздо более крупных птиц, чем они сами. Вообще говоря, крупные животные требуют больше времени для своего развития и достижения зрелости, чем мелкие. Вот почему предполагают, что зародышевая жизнь и период роста пропорциональны долговечности. Уже Бюффон1 думал, что продолжительность жизни может до известной степени измеряться периодом роста. Так как каждый вид достигает 1 Histoire naturelle generale et particuliere, II, Paris, 1749. 50 вообще своего определенного роста, то и долговечность каждого данного вида должна быть постоянной. Подобно тому, как животное не может перейти границу определенного роста, установленного раз навсегда для всего вида, точно так же не может оно прожить дольше определенного, нормального для него, возраста. Поэтому-то Бюффон и думает, что «продолжительность жизни не находится в зависимости ни от привычек, ни от нравов, ни от качества пищи и что механические законы, определяющие число наших лет, незыблемы. Годы нашей жизни можно изменить только разве излишеством или недостатком питания» (стр. 575). Считая мерилом роста конечный срок полного развития всего тела, Бюффон пришел к выводу, что продолжительность жизни в 6 или 7 раз дольше периода роста. «Человек, — говорит он, — который растет в течение 14 лет, может жить в 6 или 7 раз дольше этого, т. е. 90 или 100 лет. Лошадь, достигающая предельного возраста в 4 года, может жить в 6 или 7 раз дольше, т. е. 25 или 30 лет. Рогатый скот растет в течение 5 или 7 лет и также живет в 6 или 7 раз дольше, т. е. 35 или 40 лет». Соглашаясь с этим в принципе, Флуранс1, однако, возражает Бюффону, что предельный период роста им недостаточно определен. Для установления его он предлагает принять момент окончания сращения длинных костей своими конечными сегментами (эпифизами). На основании этого признака Флуранс приходит к тому выводу, что продолжительность жизни всякого животного в 5 раз превышает период, истекший до сращения эпифизов. «Человек растет 20 лет и живет в пять раз дольше, т. е. сто лет; верблюд растет 8 лет и живет в 5 раз дольше, т. е. 40 лет; лошадь растет в течение 5 лет и живет в 5 раз дольше, т. е. 25 лет; точно так же и другие животные» (стр. 86). Но закон Флуранса может быть применен только с большими ограничениями, даже если иметь в виду одних млекопитающих. Вейсман2, возражая ему, приводит пример лошади, которая достигает полной зрелости в 4 года и живет не в пять, а в десять и даже в 12 раз дольше. Мышь растет очень быстро и уже в 4 месяца может размножаться. Если принять, что она достигает предельного роста в 6 месяцев, то пятилетняя продолжительность жизни ее вдвое превзойдет срок, указанный Флурансом. Среди домашних животных овца растет сравнительно долго. Только в 5 лет окончательно меняет она зубы и в то же время достигает зрелости; уже в десять теряет она зубы и начинает стареть, а в 14 совсем дряхла3 1 Долговечность человека и количество жизни на земном шаре, Париж, 1855. 2 Uber die Dauer des Lebens, Jena, 1882, S. 4. 3 Брем. Жизнь животных, млекопитающие. 51 Итак, продолжительность жизни овцы едва втрое превышает период ее роста. У других позвоночных отношение между ростом и продолжительностью жизни колеблется еще более. Так, попугаи, отличающиеся большой долговечностью, растут очень быстро. Они окончательно оперяются и способны размножаться уже в 2 года. Мелкие виды достигают зрелости даже в год. Зародышевая жизнь их также очень коротка — она не длится более 25 дней, а у некоторых видов не более 3 недель. Между тем точно установленные факты показывают, что попугаи живут чрезвычайно долго. У домашнего гуся зародышевая жизнь длится 30 дней и период роста довольно краткий, тем не менее птица эта достигает 80 и даже 100 лет. С другой стороны, страусы высиживают яйца в течение 42—49 дней и достигают зрелости только в 3 года: однако, как мы увидим дальше, живут они сравнительно недолго. Мильн-Эдвардс1 уже давно высказался против существенной связи между ростом и продолжительностью жизни. Его критика сводится к следующему: «Лошадь живет гораздо менее человека несмотря на то, что зародышевая жизнь ее продолжительнее, а некоторые птицы, которые выводятся всего в несколько недель, по-видимому, могут жить более 100 лет». В последнее время Бунге2 возвратился к изучению отношений между продолжительностью роста и жизни и предложил новый способ исследования для установления связи между ними. Он заметил, что по периоду, в который новорожденное позвоночное удваивается в весе, можно судить о скорости его роста. Он установил, что ребенок только через 180 дней достигает веса вдвое больше, чем имел при рождении. Лошадь, гораздо менее долговечная, чем человек, удваивается в весе в 60 дней, корова — в 47, овца — в 15, свинья — в 14, кошка — в 91/2, собака — в 9 дней. Несмотря на интерес этих данных, невозможно, однако, признать такой прямой связи между периодом удвоения веса и продолжительностью жизни: наблюдаемые уклонения слишком значительны. Период этот для лошади почти в 7 раз длиннее, чем для собаки; между тем лошадь живет только втрое дольше, чем собака (лошадь редко достигает более 60 лет, а собака — 20). Овца же удваивается в весе значительно медленнее собаки, а живет меньше последней. По нашим наблюдениям, некоторые новорожденные мыши уже в течение первых суток могут в 4 раза увеличиться в весе. Они удваиваются в весе в 36 раз быстрее, чем собака, хотя последняя живет лишь в 5 раз долее. 1 Lecons sur la physiologie et l'anatomie comparee, 1870, IX, p. 446. 2 Archiv f. die gesamte Physiologie, Bern, 1903, 95, S. 606. 52 Впрочем, сам Бунге не делает определенных выводов на основании своих цифр; он, скорее, приводит их для поощрения к дальнейшим исследованиям. Он также не согласен с мнением Флуранса, возражая, что если коэффициент 5 последнего применим к человеку, то неприменим к лошади: она перестает расти в 4 года и достигает 40 лет гораздо чаще, чем человек 100 лет. В последнее время известный берлинский профессор Рубнер1 сделал попытку определить количество энергии, потребляемой во время роста и в продолжение жизни, думая найти в этом основание для решения вопроса о долговечности. В конце концов он приходит к тому выводу, что последняя зависит от способности живой протоплазмы к непрерывному размножению. При том условии, когда ему удавалось помешать дрожжевым клеткам размножаться, они быстро старели и умирали. Причину этого Рубнер видит именно в отсутствии разлагаемости живого вещества дрожжей, которая необходима для возобновления, размножения и живучести. Не проще ли объяснить одряхление их тем, что при особенных условиях жизни, осуществленных Рубнером, дрожжи подвергались отравлению продуктами их жизнедеятельности и потому быстро умирали. Нельзя признать постоянства отношений между размерами и продолжительностью роста, с одной стороны, и долговечностью — с другой, как это было сформулировано Бюффоном и Флурансом; тем не менее совершенно справедливо, что каждый данный вид имеет свой предел для роста и жизни, за который не может перейти, и что эти границы зависят от внутренних причин. Эти чисто физиологические условия не мешают, однако, продолжительности жизни колебаться в довольно широких пределах под влиянием внешних условий. На этом-то особенно и настаивает Вейсман в своем известном исследовании о продолжительности жизни. По его мнению, долговечность зависит главным образом от физиологических свойств клеток нашего организма, а также и от внешних условий и естественного подбора признаков, полезных для видовой жизни. Для продолжения жизни животных необходимо, чтобы они размножались, чтобы их потомство могло достичь зрелости и размножиться в свою очередь. В органическом же мире встречаются многочисленные примеры весьма умеренной плодовитости. Большинство птиц, приспособленных к жизни в воздухе, что несовместимо с большим весом тела, кладут мало яиц. Примером могут служить хищные птицы — орлы, коршуны и т. д. Они кладут яйца только раз в год и выводят всего по два, а иногда даже по одному птенцу. При этих условиях 1 Sitzungsberichte d. k. preussischen Akad. d. Wissenschaften, 16 Jan., 1908. См. также: Archiv f. Hygiene, 1908. 53 долговечность у них становится средством для сохранения вида; это тем более необходимо, что яйца и птенцы подвергаются многочисленным опасностям*. Разные враги уничтожают яйца, а птенцы часто гибнут от преждевременных холодов. При этих неблагоприятных условиях вид давно бы исчез, если бы не был долговечен. Наоборот, очень плодовитые животные обыкновенно живут недолго. Таковы мыши, крысы, кролики и многие другие грызуны. Они живут не более 5 или 10 лет, но это вполне возмещается громадным количеством их потомства. Можно было бы даже предположить очень тесную, так сказать, физиологическую связь между долговечностью и слабой плодовитостью. Всем известно, что плодовитость изнашивает материнский организм; матери, имеющие много детей, стареют преждевременно и часто не достигают преклонного возраста. В этом случае плодовитость как бы сокращает жизнь. Следует, однако, воздержаться от такого вывода. Продолжительность жизни, по крайней мере у позвоночных, приблизительно одинакова у обоих полов. Между тем затраты организма в пользу нового поколения гораздо сильнее у самок, чем у самцов. А между тем самки иногда живут дольше их. Факт этот установлен главным образом относительно человеческого рода, где женщина чаще мужчины достигает 100 и более лет. Мы не имеем права считать слабую плодовитость причиной долговечности, потому что многие очень плодовитые животные в то же время весьма долговечны. Так, встречаются виды попугаев, которые несут два или три раза в год сразу по 6 и 9 яиц. Семейство уток одновременно и плодовито, и долговечно. Число их яиц редко бывает менее шести, а иногда доходит до 16 (Брем, Птицы, т. II). Обыкновенная дикая утка кладет до 20 и 30 яиц. В некоторых тропических странах домашние утки в течение целой части года кладут ежедневно по одному яйцу. Дикие гуси высиживают в течение одного периода кладки от 7 до 14 яиц (id), между тем как утки, так и гуси обыкновенно долговечны. Я наблюдал утку, которой было более 20 лет и которая тем не менее выглядела молодой и здоровой. Утки и куры, несмотря на свою плодовитость, достигают иногда 20- и 30-летнего возраста (Усталэ). Могут возразить, что птицы эти в раннем возрасте подвергаются опасности от многочисленных врагов. Кто не видел, как коршуны, лисицы и другие хищники похищают цыплят, утят и вообще разных птенцов? Поэтому здесь долговечность можно бы объяснить приспособлением для сохранения вида, несмотря на частое истребление птенцов. Именно этим объясняет Вейсман долговечность плавающих и многих других птиц. Однако приходится признать, что во всех этих случаях долговечность 54 нисколько не зависит от рисков, которым подвергаются птенцы, а что она установилась совершенно независимо. В противном случае виды, у которых птенцы так часто гибнут, вскоре исчезли бы. Мы имеем подобные данные относительно животных предшествующих геологических эпох — животных, ныне вымерших. Итак, долговечность плодовитых животных должна зависеть от особой причины, не связанной ни с плодовитостью, ни с уничтожением потомства. Причину эту следует искать в физиологических условиях организма, но ее нельзя отнести ни на счет продолжительности роста, ни на счет крупных размеров взрослого животного. Рассмотрев некоторые гипотезы относительно продолжительности жизни, проф. Усталэ1 в своей крайне интересной статье о долговечности остановился на пищевом режиме как на причине этого явления. Он думает, что «существует известное отношение между способом питания и долговечностью. В общем, травоядные, по-видимому, живут дольше хищников. Это, вероятно, зависит от того, что первые легче и более постоянно находят вокруг себя все нужное для пропитания и не подвергаются, подобно хищникам, смене прожорливости и невольного голодания». Действительно, многие примеры подтверждают это правило; так, слоны и попугаи, питающиеся растениями, чрезвычайно долговечны. Но рядом и многие другие животные, ведущие хищный образ жизни, живут поразительно долго. Многочисленные примеры показывают, что между птицами дневные и ночные хищники крайне долговечны. Вороны питаются падалью и живут также весьма долго. Мы не имеем достаточно точных данных относительно продолжительности жизни таких хищников, как крокодилы; но несомненно, что они также живут очень долго. Итак, причины долговечности следует искать в другом. Для того чтобы прийти к каким-нибудь определенным выводам, необходимо бросить беглый взгляд на различную продолжительность жизни во всем животном мире. 1 La Nature, 12 mai, 1900, p. 378. 55 II Продолжительность жизни низших животных.—Пример долговечности актиний и других беспозвоночных.— Долговечность насекомых.—Долговечность холоднокровных позвоночных.—Долговечность птиц.—Долговечность млекопитающих.—Различная продолжительность жизни обоих полов.— Соотношения между долговечностью, плодовитостью и продуктивностью организма. Продолжительность жизни животных в высшей степени разнообразна. Однако беглого взгляда достаточно, чтобы убедиться в зависимости ее от множества различных причин. Так как высшие животные почти всегда крупнее беспозвоночных, а долговечность до некоторой степени связана с размерами, то можно было бы предположить, что позвоночные живут дольше низших, а между тем это вовсе не так. Некоторые очень просто организованные животные живут чрезвычайно долго. Лучшим примером этому служат актинии, организм их крайне прост. Их пищеварительные органы мало обособлены, а нервная система развита крайне слабо. Животные эти чрезвычайно долго живут в неволе. Я помню; что в давние времена видел у Лойда, директора гамбургского аквариума, актинию, которой было несколько десятков лет и которую он тщательно хранил в особом сосуде. Наблюдали морскую анемону, относящуюся к виду Actinia mesembryanthemum, которая прожила 66 лет. Шотландский зоолог Даляйль поймал ее уже вполне зрелой в 1828 г. Ей тогда должно было быть приблизительно 7 лет. Она пережила своего хозяина на 36 лет и умерла в 1887 г. в Эдинбурге от неизвестной причины*. Несмотря на эту поразительную долговечность, Actinia mesembryanthemum растет очень быстро и чрезвычайно плодовита. По мнению Даляйля, анемоны этого вида достигают зрелости через 15 месяцев. Пойманный им экземпляр произвел 334 детеныша в течение двадцати лет (1828—1848 гг.). После нескольких лет бесплодия он в одну ночь 1857 г. родил 230 маленьких актиний. Небывалая плодовитость эта уменьшилась с возрастом, но даже в 58 лет анемона еще производила по 5 и 20 детенышей сразу. В течение 7 лет, начиная с 1872 г., она произвела еще 150 новых особей. Животное это имеет вес, несомненно, не более 1/40 или 1/50 части веса взрослого кролика, а между тем более чем в 6 раз долговечнее его. Ашворт и Нельсон Аннандаль (1. с.) наблюдали другую морскую анемону, вида Sagartia troglodytes, достигшую 50 лет. Она отличалась от более молодых особей только меньшей плодовитостью. 56 Рядом с этими долговечными полипами встречаются другие, например Flabellum, которые живут не более 24 лет. Причина таких колебаний нам неизвестна1. Не меньшие различия представляет продолжительность жизни мягкотелых и насекомых. В то время как некоторые брюхоногие (Vitrina, Succinea и т. д.) живут всего несколько лет, другие, как Natica heros, достигают 30-летнего возраста. Некоторые двустворчатые мягкотелые, как Tridacna gigas, живут до 60 и даже до 100 лет2. Долговечность различных насекомых тоже очень разнообразна. Некоторые травяные вши живут всего несколько недель; другие виды того же отряда (полужесткокрылые), как некоторые цикады, живут 13 и 17 лет. Жизнь их, следовательно, гораздо продолжительнее, чем жизнь мелких грызунов: мышей, крыс и морских свинок. Один вид североамериканской цикады называется Cicada septemdecim, потому что личинка ее живет 17 лет в земле у корней яблонь, соками которой питается. В зрелом состоянии насекомое это живет лишь немного более месяца — ровно столько времени, сколько необходимо для кладки яиц и произведения нового поколения. Последнее только через 17 лет вновь выходит из земли. Между этими крайними примерами долговечности насекомых находится целый ряд промежуточных. При таких условиях современная наука напрасно искала бы закона, управляющего продолжительностью жизни. Очень часто правила, до известной степени приложимые к животным, вообще неприменимы к насекомым. Так, крупные сверчки и кузнечики живут меньше многих гораздо более мелких жуков. Матки пчел живут 2 и 3 года, а иногда достигают 5 лет, в то время как бесплодные работницы умирают в первый же год. Самки муравьев, несмотря на свой незначительный рост и громадную плодовитость, живут 12 лет и более (Форель). Отсутствие научных сведений относительно всего касающегося физиологии тканей низших животных вообще и насекомых в частности не позволяет нам составить себе понятия о причинах разнообразия их долговечности. Мы имеем гораздо больше точных данных относительно позвоночных. Поэтому для решения занимающего нас вопроса и следует обратиться именно к ним. Факты показывают, что организация позвоночных значительно совершенствуется, поднимаясь от рыб к млекопитающим, продолжительность же их жизни, наоборот, следует по 1 Proceedings of the R. Society of Edinburgh, XXV, IV, 1904. 2 Bronn's. Klassen und Ordnungen des Thierreichs, III, S. 466. 57 обратному пути. В общем, низшие позвоночные живут долее млекопитающих. Несмотря на недостаточность сведений относительно продолжительности жизни рыб, мы, однако, вправе считать ее очень значительной. Так, римляне, чтившие угрей, хранили их в аквариумах в течение 60 лет и более. Предполагают, что лососи достигают 100 лет, а щуки могут жить еще гораздо дольше. Часто ссылаются на пример, приведенный Гессенером о щуке, которая была поймана возле Гейльбрунна в 1230 г. и прожила 267 лет. Предполагают, что карпы также живут очень долго. Бюффон определяет их долговечность в 150 лет. Прежде утверждали, что старые карпы в прудах Шантильи и Фонтенебло жили несколько столетий; но Э. Бланшар доказал неточность этого на том основании, что большинство этих рыб было уничтожено во время французской революции. Тем не менее долговечность карпов следует считать весьма значительной. Менее данных имеем мы относительно жизни земноводных. Известно, однако, что даже мелкие представители этого класса живут довольно долго. Так, наблюдали 12- и 16-летних лягушек и 36-летних жаб. Больше данных имеем мы о долговечности пресмыкающихся. Крупнейшие представители этого класса — крокодилы и кайманы — растут очень долго и отличаются большой долговечностью. В парижском зоологическом саду несколько кайманов живет более 40 лет; несмотря на это, они не обнаруживают никаких признаков старости. Черепахи живут очень долго, хотя они значительно меньших размеров, чем крокодилы. Одна черепаха жила 80 лет в саду наместника Капской колонии. Предполагают, что ей уже около 200 лет. Другая черепаха Галапагосских островов достигла 175 лет. В лондонском зоологическом саду была 150-летняя черепаха. В Норфолке (в Англии) одна сухопутная черепаха прожила 100 лет. Меррэй рассказывает, что в библиотеке дворца Ламбет сохраняют остов сухопутной черепахи, привезенной в 1623 г. в резиденцию архиепископа Кентерберийского, где она прожила 107 лет1. Другая черепаха, помещенная епископом Ландом в епископальный сад Фулгама, жила 128 лет. Я наблюдал сухопутную черепаху (Testudo mauritanica), история которой известна за 86 лет, но предполагают, что она еще старше и что ей около 100 лет. Меньше мы имеем точных сведений относительно змей и ящериц. Однако вышеприведенные факты относительно пресмыкающихся вообще дают нам право думать, что и эти отряды их точно так же отличаются долговечностью. 1 Oustalet. La longevite chez les animaux vertebres. La Nature, 12 mai, 1900, p. 378. 58 Легко предположить, что значительная долговечность низших позвоночных зависит от того, что все физиологические отправления их очень медленны. Их кровообращение так вяло, что сердце у черепахи бьется всего 20—25 раз в минуту. Вейсман (1. с. стр. 4) считает одним из факторов долговечности «быстроту или медленность, с которой протекает жизнь, другими словами — обмен питательных веществ и жизненных отправлений». Однако изучение продолжительности жизни птиц показывает, что, несмотря на свою теплокровность, быстроту движений и физиологических отправлений, они, вообще говоря, долговечны. Хотя в первой главе было уже приведено несколько примеров этого рода, тем не менее ввиду важности вопроса, следует разобрать его более подробно. Задача эта значительно облегчается работой Гернея1, собравшего множество точных данных. Из таблицы, заключающей более 50 видов птиц различных групп, видно, что они живут не менее 81/2 и 9 лет (Podargus Cuvieri, Chelido urbica). Такая кратковременная жизнь, однако, исключительна; наоборот, всего чаще птицы достигают от 15 до 50 лет и более. Даже мелкие птицы живут относительно долго. Так, канареек выдерживали в течение 17 и до 20 лет, а щеглов — в течение 23 лет. Полевой жаворонок достигает 24 лет, а бурые и серебристые чайки — 31 года и 44 лет. Птицы средней величины, питающиеся животной или растительной пищей, плодовитые или нет, все безразлично живут несколько десятков лет. Ограничимся немногими примерами. В своей таблице Герней насчитывает 14 попугаев, живших средним числом 43 года. Наименьший их возраст равнялся 15, а наибольший — 81 году. А. Гумбольдт приводит американскую легенду, по которой попугаи пережили одно индейское племя. Но даже если не придавать серьезного значения этой легенде, то и тогда остается достаточное число фактов, доказывающих долговечность этих птиц. Левальан рассказывает историю попугая Жако (Psittacus erithaceus), потерявшего память в 60 лет, зрение — в 90 лет и умершего в 93 года. Другой попугай, относящийся, вероятно, к тому же виду, по словам Женнингса, жил 77 лет. Какаду также долговечны. Джонс, Лайард и Бетлер приводят примеры желтохохлых попугаев 50, 72 и 81 годов. М. Абраамс утверждает, что один американский попугай достиг 102 лет. Мне самому пришлось исследовать двух попугаев того же вида (Chrysotis amazonica); один из них умер 82 лет с проявлениями одной только дряхлости; другой же прожил у нас 3 года 1 On the Comparative Ages to Which Birds Live. The Ibis January, 1889, ser. VII, v. V., p. 19. 59 и умер приблизительно 70 или 75 лет. Он имел здоровый, совсем не дряхлый вид и погиб от острого воспаления легких. В лондонском зоологическом саду из попугаев дольше всех жил Coracopsis vasa, умерший через 54 года после доставления его туда. Среди птиц долговечны не одни попугаи. Герней в своей таблице приводит еще следующие примеры: 2 ворона (Corvus corax) 69 и 50 лет, 2 филина (Bubo maximus) 68 и 53 лет, 52-летний кондор, царственный орел 56 лет, пепелистая цапля (Ardea cinerea) 60 лет, дикий гусь 80 лет и домашний лебедь 70 лет. Цифры эти далеки от легендарной долговечности, которую приписывают некоторым птицам (например, трехсотлетний возраст лебедя); тем не менее продолжительность жизни представителей этого класса очень значительна. К тому же у Гернея собраны не все примеры долговечности птиц. Из многочисленных данных других лиц приведу следующие. В зверинце при дворце Шенбрунн (близ Вены) наблюдали белоголового коршуна (Neophron perenopterus), умершего в 118 лет, двух золотистых орлов (Aquila chrysaetos) 104 и 80 лет (Усталэ, 1. с.). Пайкрафт1 рассказывает, что пойманная в Норвегии в 1829 г. самка орла прожила 75 лет в Англии, куда была перевезена. За последние 30 лет она произвела 90 детенышей. Тот же автор приводит пример сокола, прожившего 162 года. Ч. Митчель упоминает журавля (Grus communis), жившего в лондонском зоологическом саду в течение 42 лет, и бразильского сокола (Polyborus brasiliensis), прожившего там же более 41 года. Все эти данные ставят вне сомнения значительную долговечность птиц, но в то же время показывают, что пресмыкающиеся живут еще дольше их. Птицы, по-видимому, никогда не достигают возраста крокодила и некоторых черепах. Итак, очевидно, что долговечность позвоночных обратно пропорциональна их положению в зоологической системе. Это еще рельефнее обнаруживается на млекопитающих, жизнь которых вообще короче, чем у птиц. Существуют некоторые отдельные примеры млекопитающих, живущих не менее самых долговечных птиц. Сюда относится слон. Прежде думали, что это самое крупное из млекопитающих может жить несколько веков, 300 или даже 400 лет. Но и эта легенда, подобно рассказам о необыкновенной долговечности лебедей, никогда не была подтверждена. Мы не имеем точных данных относительно продолжительности жизни диких слонов; что же касается прирученных, то наблюдали, что они в некоторых случаях достигают 100 лет. В зоологических садах и лучших зверинцах, где присмотр за ними очень хорош, они обыкновенно достигают всего 20—25 лет. 1 Country Life, June 25, 1904. 60 Африканский слон ла Шеврет, подаренный парижскому зоологическому саду (Jardin des plantes) Магометом-Али в 1825 году, прожил всего 30 лет. Из официального правительственного . отчета английских владений в Индии видно, что из 138 купленных слонов всего один выжил 20 лет (Брем, Млекопитающие, т. II). Так как у слона эпифизы длинных костей не срастаются ранее 30 лет, то, по формуле Флуранса, животное это должно бы жить более 150 лет. До сих пор вывод этот, однако, не подтвердился. На основании более точных данных весьма вероятно, что слон иногда может прожить более 100 лет. Нередко ссылаются на пример слона, жившего на Цейлоне в продолжение всего периода голландского владычества, т. е. в течение 140 лет. Этот слон был найден в конюшне во время изгнания португальцев в 1656 г. Бирманцы и карианы, хорошо знакомые со всем, касающимся слонов, утверждают, что их долговечность колеблется между 80 и 150 годами. Первые полагают, что слон начинает стареть между 50 и 60 годами (Evans, 1. с., стр. 7). Ч. Митчель, на основании собранных им данных, полагает, что средняя продолжительность жизни слонов не превышает 30, а наибольшая — 100 лет. Такого возраста, как слоны, не достигают другие млекопитающие, кроме человека. Даже близкие к слону носороги, несмотря на свои крупные размеры, не живут очень долго. По Усталэ (1. с., стр. 378), «однорогий индийский носорог, умерший в начале века в зверинце зоологического сада, в 25 лет проявлял уже все старческие признаки». «Другой носорог того же вида прожил в лондонском зоологическом саду 37 лет». По Гриндону, носороги достигают будто бы 70 и даже 80 лет, но это утверждение основано скорее на соображениях о медленности роста этих животных, чем на действительных фактах. Несмотря на свои крупные размеры, лошади и рогатый скот живут сравнительно недолго. Первые достигают средним числом от 15 до 30 лет. Они стареют уже начиная с 10 лет, но могут достичь 40 лет и более. Наблюдали пони Уэльской области, жившего 60 лет, но это весьма редкий пример. В случаях исключительной долговечности лошади достигают 50 (лошадь архиепископа Меца) и 46 лет (лошадь фельдмаршала Ласи). Еще менее долговечны жвачные. У домашних быков уже в 5 лет обнаруживаются первые предвестники старости в виде желтения зубов. Начиная с 16 или 18 лет, зубы выпадают или ломаются; корова перестает давать молоко, а бык более не способен воспроизводить. «Бык живет не более 25 или 30 лет» (Брем, Млекопитающие). 61 Несмотря на такую краткую жизнь, плодовитость этих животных невелика. Период беременности коровы длится приблизительно, как и у женщины, т. е. 242—287 дней. Производит корова всего по одному теленку в год. Период плодовитости ее также длится всего несколько лет. Другой представитель жвачных — овца — отличается еще меньшей долговечностью. По Гриндону, она живет всего 12 лет, хотя достигает иногда и 14; этот возраст у нее соответствует уже глубокой старости, так как зубы ее обыкновенно начинают выпадать в 8 и 10 лет. В Мон-Дор, во Франции, где разводят много коз, их долговечность определяют в 18 лет, но известны единичные случаи, когда козы жили значительно дольше и еще в возрасте 27 лет давали молоко1. Некоторые жвачные, как верблюды и олени, живут долее рогатого скота. По собранным мною сведениям в Икицохуровском улусе Калмыцкой степи верблюд может жить до 40 лет. Я видел там верблюда 22 лет, еще очень сильного и хорошего ходока. Самка верблюда начинает рожать с 4 лет. Если ее не заставляют делать тяжелую работу, то она плодится до 25 лет; рабочая же самка плодится лишь до 15 лет. Думают, что олени могут жить до 30—40 лет, т. е. гораздо меньше, чем им приписывают легенды об их необычайной долговечности. В лондонском зоологическом саду дольше всего жил один канадский олень (Cervus canadensis), но и он умер уже спустя 20 лет и 3 месяца после доставления его туда. Всем известно, что домашние животные недолговечны. Собака в среднем живет не более 16 или 18 лет. Уже начиная с 10 и 12 лет она обнаруживает явные признаки одряхления. Ионнат приводит редкий пример 22-летней собаки, а Рей Ланкестер (Comparative longevity, p. 60) видел 34-летнюю собаку. Самая старая собака, какую я мог наблюдать, имела 22 года. Обыкновенно думают, что кошки менее долговечны, чем собаки. Считают, что средняя продолжительность их жизни— 10 или 12 лет, а между тем кошка в этом возрасте далеко не имеет дряхлого вида, свойственного старым собакам. Благодаря любезности директора альфорской ветеринарной школы Барье, мы имели в своем распоряжении 23-летнюю кошку. Она была еще довольно бодра и умерла от рака печени. Грызуны вообще и домашние породы их в частности необыкновенно плодовиты и живут очень недолго. Так, кролик с трудом достигает 10 лет, а морская свинка вообще не живет более 7 лет. По собранным нами данным, мышь ранее 3 лет уже совершенно дряхла. Белые крысы, которых я развожу в моей лаборатории, уже 1 Crepin. La Chevre, 1906, p. 303. 62 около 2 лет перестают размножаться и не живут более 3 лет. Из всего вышеприведенного несомненно вытекает, что как крупные, так и мелкие млекопитающие вообще живут менее долго, чем птицы. Приходится, следовательно, предположить, что в организме млекопитающих есть нечто, вызывающее значительное сокращение их жизни. В то время как низшие позвоночные, включая и птиц, размножаются яйцами, млекопитающие, за редкими исключениями, рождают живых детенышей. Так как затраты организма часто сильнее при производстве детенышей, чем при кладке яиц, то, быть может, этим возможно объяснить меньшую долговечность млекопитающих. Известно, что сильная плодовитость ослабляет организм. Паразитический внутриутробный образ жизни детенышей в конце концов должен истощать материнский организм. Однако гипотеза эта наталкивается на противоречащие ей факты. Долговечность млекопитающих приблизительно одинакова у обоих полов, а между тем производительность организма гораздо больше у самки, чем у самца. Следует вспомнить, что долговечность не есть постоянный признак вида, одинаковый у обоих полов. Мир животных представляет много обратных примеров. Особенно у насекомых встречаем мы весьма неодинаковую долговечность у самцов и у самок одного и того же вида. Большею частью самки живут дольше самцов. Так, самки стрепсиптер в 64 раза долговечнее самцов. Но среди бабочек встречаются примеры (как Aglia Tau), где самцы живут дольше самок (Вейсман, 1.с., стр. 85). У человека также замечается некоторая разница в долговечности полов, причем дольше живут женщины. В большинстве примеров неодинаковой долговечности обоих полов оказывается, что дольше живут самки; сокращение жизни, следовательно, зависит не от траты организма на произведение потомства, так как самки затрачивают на это гораздо больше самцов. К тому же более глубокий разбор фактов показывает, что затраты в пользу потомства у млекопитающих менее значительны, чем у птиц; между тем последние живут дольше их. Всем известно, что производительность животного вовсе не непременно соответствует его плодовитости. Рыбы или лягушки, сразу кладущие тысячи яиц (щука, например, производит их 130 000), несомненно, гораздо плодовитее воробья, кладущего в год не более 18 яиц, или кролика, производящего в тот же срок от 25 до 56 детенышей. Тем не менее для производства этого гораздо меньшего числа яиц или детенышей воробей или кролик затрачивает гораздо больше вещества, чем рыба или лягушка. Я выбирал наиболее плодовитых представителей среди птиц и млекопитающих. 63 Воробей и кролик употребляют на производство своего потомства больше материала, чем вес их собственного тела; лягушка же затрачивает всего 1/7 часть веса своего тела на громадное количество икры, которую кладет. Как общее правило, установлено, что, в то время как плодовитость, т. е. число произведенных яиц или детенышей, уменьшается у высших животных, производительность их, наоборот, увеличивается. Если выразить производительность по отношению к 100 единицам веса, то у земноводных она будет равняться всего 18%, 50% у пресмыкающихся, 74% у млекопитающих и 82% у птиц1. Очевидно, что если сокращение жизни млекопитающих зависит от преждевременного истощения организма потомством, то главную роль при этом должна играть не плодовитость, а производительность. Между тем, как было сейчас указано, производительность у птиц больше, чем у млекопитающих. Следовательно, более короткая жизнь млекопитающих сравнительно с птицами вовсе не зависит от большей затраты организма их на потомство. Краткость их жизни также не зависит от производства детенышей вместо яиц, как у более долговечных птиц и пресмыкающихся. Это достаточно доказано одинаковой долговечностью самцов того же вида, не производящих ни яиц, ни детенышей. Поэтому надо искать другую причину краткости жизни млекопитающих. III Связь между долговечностью и устройством пищеварительных органов.— Слепая кишка у птиц.— Толстые кишки млекопитающих.—Роль толстых кишок.—Кишечные микробы.—Их роль в самоотравлении и в самозаражении организма.—Прохождение микробов сквозь стенки кишок. Напрасно стали бы мы искать какой-нибудь точки опоры для объяснения значительного укорачивания жизни млекопитающих сравнительно с птицами или так называемыми «холоднокровными» позвоночными в устройстве их органов кровообращения, дыхания, нервной или половой системы. Скорее всего найдем мы разгадку в органах пищеварения. 1 Статья Лейкарта «Zeugung» в R. Wagner-Handworterbuch d. Physiologie, 1848. 64 При рассмотрении анатомического строения кишечника в ряде позвоночных нас поражает тот факт, что толстые кишки достигают значительного развития только у одних млекопитающих. У рыб они составляют наименее существенную часть органов пищеварения и имеют вид короткого канала, немного более широкого, чем тонкие кишки. Только у земноводных начинают кишки увеличиваться, принимая вид расширенного мешка. У некоторых пресмыкающихся толстые кишки еще более развиваются в этом отношении; они снабжены даже боковым мешком, соответствующим слепой кишке. Толстые кишки мало развиты еще и у птиц; они коротки и неизвилисты. У многих птиц к этой части кишок присоединяются две более или менее развитые слепые кишки. Последние совершенно отсутствуют у лазящих птиц, таких, как дятел (Picus major) и многих других; они встречаются в виде двух рудиментарных отростков у орла, коршуна и других дневных хищников, а также у голубя и подорожника. Органы эти более развиты у ночных хищников, у голенастых уток и т. д. Но только у бегающих птиц, как у страуса, нанду, казуаров и других, достигают толстые кишки наибольшего развития1. Так, я нашел, что у нанду (Rhea americana) слепые кишки достигают почти 2/3 длины тонких кишок. Последние имели 1 м 65 см длины, в то время как одна слепая кишка имела 1 м 1 см, а другая — 95 см. Обе слепые кишки с их содержимым (880 г) весили более 10% всего веса тела нанду (8460 грамм). Помимо этих нескольких примеров, представляющих скорее исключение из правила, толстые кишки вообще мало развиты у птиц. Наоборот, они достигают наибольших размеров у млекопитающих. У последних одна только конечная часть, заключенная в тазовой полости и называемая прямой кишкой, соответствует всем толстым кишкам низших позвоночных. Другая же, значительно большая часть толстых кишок развилась у одних только млекопитающих, обособившись в толстую кишку в тесном смысле (colon) (Видерсгейм, Grundriss d. Vergl. Anat. d. Wirbeltiere, Teil 3, 1893, S. 415). Вот что говорит по этому поводу Гегенбаур2, авторитет относительно всего, касающегося сравнительной анатомии: «Конечная часть кишечника достигает своего наибольшего развития в длину у млекопитающих. Она в то же время резко отличается большим объемом, вследствие чего и была названа толстой кишкой, в отличие от средней, более узкой части кишечника — тонких кишок». «Вследствие своей значительной длины толстые кишки образуют несколько заворотов таким образом, что конечная 1 Maumus. Les coecums des oiseaux. Annales des sciences naturelles, 1902. 2 Учебник сравнительной анатомии, 1874. 65 |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
 |
L-карнитин – уникальное вещество, «витамин здоровья и оптимизма» |
|
Концепция современного естествознания: Илья Ильич Мечников Содержание работы |
|
И. И. Мечников (1908г.) и А. Ваксман (1952г.). Акто провел первую операцию на сердце? Первое |
|
2. Роль отеч ученых (Самойлович, Ценковский. Мечников, Гамалея, Ивановский, Савченко, Тарасевич, |
|
Série n° 76 / 2 После двух успешно проведенных частичных пересадок лица медики полны оптимизма. Этот успех французов,... |
|
А. С. Пушкин На какой срок жизни рассчитан человеческий организм? Известный русский ученый Илья Ильич |
|
Реферат по "Введению в специальность" (тлф) "Лекарственные формы антибиотиков" Способность некоторых микроорганизмов подавлять в окружающей их среде рост и размножение других микробов... |
|
«Эпидемиология бешенства» Шамберлена, И. И. Мечникова, Н. Ф. Гамалеи, к 1883 г. Пастер заложил основы специфической профилактики... |
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям