Г. В. Морозова 3-е издание, переработанное и дополненное
|
|
Скачать 6.46 Mb.
|
| Глава 6 ^ Согласно действующему законодательству доказательствами по делу являются любые фактические данные, на основе которых в определяемом законом порядке органы дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются показаниями свидетелей, потерпевшего, обвиняемого, подозреваемого, заключением эксперта (ст. 74 УПК РФ). Таким образом, показаниям свидетелей и потерпевших принадлежит чрезвычайно важная и ответственная роль в уголовном судопроизводстве, поскольку они являются одним из важных источников доказательств, на которых, как правило, основывается обвинение и приговрр. В качестве свидетелей для дачи показаний могут быть вызваны любые лица, которым известны какие-либо факты и обстоятельства по данному делу. От свидетеля требуется, чтобы его показания были правдивыми и достоверными. Однако свидетельские показания иногда не отвечают предъявляемым к ним требованиям. В одних случаях они могут быть неправдивыми из-за нежелания свидетеля или потерпевшего сообщить суду и следователю какие-то факты. В других случаях в показаниях допускаются непроизвольные ошибки в связи с выраженными эмоциональными переживаниями, которые, как известно, могут нарушать точность и последовательность восприятия реальных ^ фактов. Некоторые детали событий стираются из памяти из-за давности происшедшего. В отдельных случаях свидетелем или потерпевшим может оказаться лицо с психическими расстройствами, в связи с чем у следователя или суда возникают сомнения в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о'них правильные показания. В этих случаях законом предусматривается обязательное проведение судебно-психиатрической экспертизы. Искажение реальных фактов и обстоятельств может быть обусловлено целым рядом болезненных причин, влияющих на правильность восприятия и воспроизведения обстоятельств, интересующих суд и следствие. Особое значение в этих случаях принадлежит расстройствам памяти, проявляющимся в виде общего ее снижения, локальных выпадений (антероградная и ретроградная амнезия) и парамнезий (ложных воспоминаний), конфабуляций, псевдореминисценций. Так, определенные трудности может вызывать оценка психического состояния потерпевших, перенесших черепно-мозговую травму и дающих показания об этом моменте. Особенно ответственны такие заключения в случае дорожно-транспортных происшествий (ДТП), когда потерпевший может быть единственным свидетелем ДТП. Вследствие потери сознания и характерных нарушений памяти, сопровождающих тяжелые черепно-мозговые травмы, когда из памяти выпадают события не только непосредственно следующие за травмой, но и предшествующие ей (ретроградная и антероградная амнезия), в показаниях этих лиц, касающихся времени ДТП, могут отмечаться ошибки. Имеющиеся пробелы в памяти они заполняют ложными воспоминаниями, почерпнутыми из сообщений очевидцев, домыслов окружающих и т. п. При решении подобных вопросов и вынесении экспертного заключения необходимо основываться на старательно собранных объективных сведениях о состоянии и поведении подэкспертного в момент травмы и после нее. Эти данные в сопоставлении с показаниями подэкспертного дают основание для уточнения времени, о котором потерпевший не может давать достоверных показаний. К искажениям воспроизведения обстоятельств, имеющих значение для дела, могут привести и расстройства восприятий (иллюзии и галлюцинации), бредовые идеи. Например, больные с бредом преследования в силу бредового восприятия окружа- ^ ющего могут болезненным образом интерпретировать те или иные реальные факты и в искаженном виде сообщить о них следователю. Не могут правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания лица с выраженным слабоумием. Вследствие отмечающихся у них выраженных интеллектуально-мнестических расстройств, неспособности адекватно оценивать происходящие события и склонности к конфабуляторным вымыслам показания этих лиц могут исказить события, свидетелями которых они были. В условиях судебно-следственной ситуации встречаются случаи оговоров и самооговоров, что может послужить поводом для назначения судебно-психиатрической экспертизы. Не касаясь оговоров и самооговоров у психически здоровых, поскольку они определяются целевой установкой, в основе которой лежат реальные мотивы, следователям и суду следует иметь в виду, что оговоры могут наблюдаться и у психически больных с бредом преследования, и у лиц с грубыми расстройствами памяти, с бредоподобными фантазиями. В отдельных случаях у больных с картиной тяжелой депрессии наблюдаются бредовые идеи самообвинения, когда они приписывают себе преступления, которых не совершали. Однако чаще самооговоры наблюдаются у лиц с нерезко выраженной умственной отсталостью с явлениями психической незрелости и повышенной внушаемостью в результате неправильно проведенного допроса. В целях обеспечения достоверности свидетельских показаний по закону не могут допрашиваться в качестве свидетелей лица, которые из-за имеющихся у них психических расстройств не способны правильно воспринимать факты, имеющие значение для дела, или давать о них правильные показания. Иногда следователи ставят перед психиатрами-экспертами вопрос о достоверности показаний свидетелей или потерпевших. Такая постановка вопроса неправомочна, так как оценка достоверности показаний как психически здоровых, так и лиц с психическими расстройствами не входит в компетенцию психиатров. Судебно-психиатрическая экспертиза может оценить лишь психическое состояние подэкспертного и при установлении психического заболевания решить вопрос о том, влияет ли имеющееся расстройство на возможность подэкспертного правильно ^ воспринимать и воспроизводить обстоятельства, имеющие значение для дела. При судебно-психиатрической экспертизе потерпевшего наряду с вопросом о его способности по психическому состоянию давать показания у следствия и суда могут возникать и другие вопросы. Среди них, например, установление связи психического расстройства потерпевшего с совершенным в отношении его преступлением и степени тяжести этого расстройства. Подобный вопрос возникает при установлении степени тяжести причиненного вреда здоровью, установлении особо опасных последствий изнасилования или тяжких последствий иных преступлений. В этих случаях вопрос о тяжести психических расстройств решается комплексной экспертизой, в состав которой наряду с психиатрами-экспертами постановлением следователя включается судебно-медицинский эксперт. При этом судебные психиатры отвечают на вопрос о связи психического расстройства у потерпевшего с совершенным в отношении его преступлением и о прогнозе болезненного состояния. Так, например, комплексная судебно-психиатрическая и судебно-медицинская экспертиза назначается в случаях, когда у потерпевших развивается острое психотическое состояние в результате отравления (интоксикационный психоз), вызванного умышленным введением преступником токсических веществ в целях совершения ограблений и проч. В этих случаях эксперты-психиатры решают вопрос о связи психоза у потерпевшего с интоксикацией введенным веществом, а судебные медики — о тяжести причиненного вреда здоровью, в частности его опасности для жизни в момент возникновения болезненных расстройств. У потерпевших по делам об изнасиловании нередко развиваются психогенные расстройства в форме астеноневротичес-ких или астенодепрессивных состояний, которые в отдельных случаях принимают склонность к затяжному рецидивирующему течению. Такой специфический характер психической травмы и довольно характерная клиническая картина психического расстройства позволили выделить в отдельный клинический вариант реактивные состояния с так называемым синдромом травмы изнасилования (Б. В. Шостакович, 1979), при котором острая и бурная истерическая симптоматика, наблюдающаяся на ранних этапах заболевания, впоследствии сменяется затяжной реактивной депрессией с витальной тоской и суицидальными попытками. У некоторых больных возможно фор- 70 мирование стойкого невротического развития. В этих случаях также проводится комплексная судебно-психиатрическая и судебно-медицинская экспертиза. Судебные психиатры отвечают на вопрос о связи психического расстройства у потерпевшей с психической травмой, причиненной изнасилованием, и о прогнозе болезненного расстройства. Судебные медики оценивают тяжесть причиненного здоровью потерпевшей вреда, повлекшего за собой психическое расстройство. Глава 7 ^ Психиатрическое освидетельствование осужденных, заболевших психическим расстройством во время отбывания наказания, а также дальнейшие медицинские мероприятия в отношении их регламентируются ст. 81, 97-104 УК РФ. Так, в соответствии с законом осуждённый, у которого во время отбывания наказания возникло психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от дальнейшего отбывания наказания. Таким лицам судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера. В случае выздоровления они должны продолжать отбывать наказание. В ч. 1 ст. 81 УК РФ предусматривается только один медицинский критерий — психическое расстройство, но практика показывает, что под это определение подпадают как острые психические расстройства, заканчивающиеся выздоровлением, так и тяжелые хронические психические заболевания, приводящие к необратимому психическому дефекту, лишающему лицо возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В исправительно-трудовых учреждениях у осужденных могут встречаться как остро протекающие, полностью обратимые психические расстройства, так и тяжелые хронические психические заболевания. Так, у осужденных в период отбывания наказания могут манифестировать такие тяжелые психические заболевания, как шизофрения, другие бредовые расстройства, пресинильные психозы. ^ у некоторых лиц эти заболевания могли быть своевременно не распознаны, в связи с чем либо экспертиза им не назначалась, либо поведение больных и высказываемые ими жалобы не были оценены экспертами как патологические. Чаще всего это наблюдается у лиц с инициальными стадиями или латентно, вяло протекающими формами психических заболеваний с пси-хопатоподобной симптоматикой. Иногда к таким ошибочным заключениям могут привести диссимулятивные тенденции больных, когда они намеренно скрывают имеющиеся у них психопатологические расстройства, например бредовые идеи. В местах заключения у таких больных может возникать обострение процесса с возникновением выраженных психопатологических состояний, когда эндогенная сущность заболевания уже не вызывает сомнений. В ряде других наблюдений психические нарушения, имевшие в период экспертизы стертый, нерезко выраженный характер, в местах заключения обнаруживают резкое обострение и приобретают затяжное течение с неблагоприятным прогнозом. В качестве таких примеров можно сослаться на возникновение тяжелых, малокурабельных, трудно поддающихся лечению больных с эпилептическими психозами, с развитием постапоплектического слабоумия и сосудистыми нарушениями, а также с пресинильными психозами и глубокими изменениями личности. Указанные психические расстройства нарушают возможность больных осознавать общественно опасный характер совершенных ими действий и лишают способности учитывать его последствия. Такие лица подлежат освобождению от дальнейшего отбывания наказания. Поэтому одной из главных задач медицинской службы исправительно-трудовых учреждений является выявление среди осужденных лиц с психическими расстройствами, препятствующими отбыванию наказания, и направление их на стационарное освидетельствование врачебной комиссией, создаваемой медицинской службой мест заключения. Перед врачебной комиссией ставятся задачи: определить, имеются ли у данного лица признаки психического расстройства, установить возможные сроки его возникновения, а также является ли оно тяжелым хроническим или носит временный, обратимый характер. В заключении комиссии должны быть указаны рекомендации о применении в отношении обследуемых лиц мер медицинского характера (принудительное лечение или иные медицинские Меры, осуществляемые органами здравоохранения). Рекоменду- 72 емые меры должны исходить из особенностей психического состояния обследуемого с учетом его социальной опасности. В случае, если возникшее у осужденного психическое расстройство носит тяжелый хронический характер, препятствующий отбыванию наказания, администрация исправительно-трудового учреждения направляет заключение комиссии в суд. Последний, проанализировав обоснованность врачебного заключения, в соответствии со ст. 443 УПК РФ выносит постановление об освобождении его от уголовной ответственности и о применении к нему принудительных мер медицинского характера (ст. 97, 98 УК РФ). Если лицо не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести, то суд выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в применении принудительных мер медицинского характера. Одновременно суд решает вопрос об отмене меры пресечения. При этом суд в течение пяти суток передает необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о лечении этих лиц или направлении в психоневрологическое учреждение социального обеспечения (ст. 97 УК РФ). При возникновении у суда сомнений в правильности заключения врачебной комиссии, он вправе назначить судебно-психиатрическую экспертизу. В ряде наблюдений у осужденных в местах лишения свободы в связи с целым комплексом психотравмирующих переживаний, обусловленных привлечением к уголовной ответственности, а также изменением привычного жизненного стереотипа и необходимостью адаптироваться к новым условиям, могут возникать разнообразные клинические формы реактивных состояний. Декомпенсации часто проявляются у психопатических личностей, у лиц с сосудистыми церебральными нарушениями, при органических поражениях мозга, при эпилепсии и других заболеваниях. Эти расстройства могут возникать остро или развиваться постепенно, их течение может носить различный характер, ограничиваться кратковременными реакциями или принимать более длительное течение с выраженной невротической или даже психопатологической симптоматикой, но их общей характерной чертой является отсутствие прогредиентности, преходящий и обратимый характер течения. Такие лица направляются на стационарное лечение в психиатрические больницы мест лишения свободы, а по выздоровле- ^ нии или улучшении психического состояния они могут продолжать отбывать наказание, если не истекли сроки давности (ч. 4 ст. 81 УК РФ). Еще одной чрезвычайно важной задачей медицинской службы исправительно-трудовых учреждений является систематическое осуществление лечебно-профилактических и реабилитационных мероприятий в отношении осужденных с психическими нарушениями, не исключающими вменяемости и не препятствующими отбывать наказание (ст. 22 УК РФ). Этот контингент составляют преимущественно психопатические личности, лица с нерезко выраженной умственной недостаточностью, с остаточными явлениями после перенесенных в прошлом органических поражений головного мозга разного генеза, эпилепсией без выраженных расстройств психики. Эта группа осужденных нуждается главным образом в систематическом оказании амбулаторной психиатрической помощи, проведении в необходимых случаях по показаниям лекарственной терапии, а также в содействии в рациональном трудоустройстве и т. п. Если ухудшение состояния этих больных достигает более глубокой степени и сопровождается выраженными психическими нарушениями, они могут направляться на стационарное лечение в психиатрические больницы мест лишения свободы. В соответствии со ст. 22 УК РФ психическое расстройство, не исключающее вменяемости, также может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера. В частности, лицам, осужденным за преступление, совершенное в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении от алкоголизма, наркомании, психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера в виде принудительного амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра (ст. 99 УК РФ). Несколько иная тактика врачей в случаях, когда осужденный в период отбывания наказания совершает новое правонарушение. При возбуждении по этому факту уголовного дела и в связи с возникшими сомнениями в психической полноценности осужденного назначается судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручается судебно-психиатрической комиссии органов здравоохранения. Врачи мест лишения свободы участия в ней не принимают. Раздел I. Теоретические и организационные вопросы Глава 8 ^ Правовая оценка действий психически больных в гражданском законодательстве западных стран в основном сходна. Так, право больного на заключение сделок зависит от тяжести его психического состояния. Однако заключенный больным контракт считается действительным до тех пор, пока не доказано, что больной был недееспособным в момент его заключения. Психически больной человек может совершать сделку, если главный медицинский консультант соответствующего учреждения подтверждает, что больной понимает смысл контракта. Аналогичный принцип относится и к законам о завещаниях. Завещатель должен находиться в ясном уме и твердой памяти, но это не означает, что составитель завещания должен быть обязательно полностью психически здоровым. От лица, составляющего завещание, в том числе и от больного, требуется, чтобы в момент составления завещания он мог назвать вид и размер своей собственности, а также лиц, претендующих на наследство. Кроме того, воля и суждения больного должны быть свободны и ясны настолько, чтобы он мог оценить относительную правомочность этих притязаний со стороны наследников. В законодательных положениях стран Запада о заключении и расторжении брака психически больными также много общего. Вместе с тем в определении правового положения таких больных есть и некоторые различия. Так, в Англии психически больные, на которых оформляются свидетельства о принудительном стационировании, уже теряют часть своих гражданских прав, а в Скандинавских странах такие больные свои права сохраняют. В ряде стран сохранены многие архаические законы, допускающие широкое толкование при решении правовых вопросов в отношении психически больных и определении их ответственности. Ниже будут рассмотрены основные задачи судебно-пси-хиатрической экспертизы в свете положений гражданского законодательства Российской Федерации 1995 г. ^ Круг вопросов, составляющих предмет судебно-психиатри-ческой экспертизы в гражданском процессе, достаточно широкий. Эти вопросы касаются прежде всего оценки способности гражданина пользоваться гражданскими правами и выполнять гражданские обязанности. Способность иметь гражданские права и нести соответствующие обязанности признается за всеми гражданами. Правоспособность граждан возникает с момента рождения и сохраняется до конца жизни (п. 2 ст. 17 ГК РФ). В понятие правоспособности включено: право граждан в соответствии с законом иметь имущество в личной собственности, пользоваться жилыми помещениями и имуществом, наследовать и завещать имущество, избирать род занятий и место жительства, иметь права автора произведений науки, литературы и искусства, открытия, изобретения, рационализаторского предложения, а также иметь иные имущественные и личные неимущественные права (ст. 18 ГК РФ). Однако возможность осуществления гражданских прав определена рядом условий. Так, в п. 1 ст. 21 ГК РФ указывается, что способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении 18-летнего возраста. Кроме того, гражданская дееспособность, согласно ГК РФ, предусматривает наличие у гражданина такого психического состояния, которое позволяет ему понимать значение своих действий и руководить ими, или, как принято считать, быть в здравом уме и твердой памяти. Таким образом, правоспособность в отличие от дееспособности постоянно сохраняется у гражданина, даже если он не в состоянии пользоваться предоставленными законом правами. При ряде психических заболеваний, протекающих с достаточно выраженными нарушениями интеллектуальной деятельности, больные утрачивают способность разумно вести свои дела, пользоваться гражданскими правами и выполнять гражданские обязанности. Статья 29 ГК РФ содержит конкретные критерии признания гражданина недееспособным. Она включает два кри-ерия — медицинский и юридический. Медицинский критерий 76 объединяет в обобщенном понятии все формы существующих психических заболеваний, которые могут быть обусловлены различными причинами и характеризоваться различной психопатологической симптоматикой и различным типом течения. Юридический критерий определяет характер и глубину этих расстройств, так как не все и не всегда психические расстройства сопровождаются неспособностью больного «понимать значение своих действий или руководить ими». Для признания лица недееспособным необходимо совпадение медицинского критерия с юридическим, который, собственно, и определяет судебно-психиатрическую оценку. Таким образом, установление диагноза психического заболевания еще не является достаточным основанием для признания лица недееспособным. Определяющее значение в этих случаях принадлежит юридическому критерию, характеризующему степень и глубину выявленного психического расстройства, лишающего (не лишающего) подэкспертного способности понимать значение своих действий и руководить ими. Так, глубокий уровень психических расстройств у лица может быть обусловлен органическим поражением головного мозга с выраженными интеллектуально-мнестическими нарушениями, что лишает это лицо способности понимать значение своих действий и руководить ими и, следовательно, влечет за собой признание лица недееспособным. Наличие психического заболевания, протекающего с неадекватной оценкой окружающего, с ложными суждениями и неправильными умозаключениями, не поддающимися коррекции, обманами восприятия, грубыми расстройствами эмоций, также может приводить больного к непониманию значения своих действий и невозможности руководить ими. Как правило, эти заболевания отличаются хроническим прогредиентным течением. Лица, признанные недееспособными, не утрачивают своих прав на обладание имуществом, его наследование по завещанию и т. п., но дарить, продавать, совершать другие сделки от имени недееспособного должен его опекун (ст. 29 ГК РФ). После признания гражданина недееспособным суд сообщает об этом органу опеки и попечительства по месту жительства данного гражданина, и ему в течение месяца назначают опекуна (ст. 34, 35 ГК РФ). ^ Опека устанавливается для защиты прав и интересов лиц, признанных недееспособными. Опекуны также обязаны обеспечить своих подопечных уходом и лечением (ст. 31, 36 ГК РФ). Если подопечный по тем или иным причинам помещается в соответствующее воспитательное, лечебное учреждение, учреждение социальной защиты населения или другое аналогичное учреждение, то орган опеки и попечительства освобождает ранее назначенного опекуна или попечителя от их обязанностей, если это не противоречит интересам больного (ст. 39 ГК РФ). В случаях ненадлежащего выполнения опекуном или попечителем лежащих на них обязанностей (болезнь опекуна, попечителя, отсутствие взаимопонимания между ним и подопечным и т. д.) орган опеки может отстранить опекуна или попечителя от исполнения этих обязанностей. В случае выздоровления или значительного улучшения психического состояния лица, признанного ранее недееспособным, суд признает его дееспособным. На основании решения суда отменяется ранее установленная над ним опека (п. 2 ст. 29 ГК РФ). Закон допускает ограничение дееспособности в области имущественных сделок и распоряжений для лиц, которые вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами ставят свою семью в тяжелое материальное положение (ст. 30 ГК РФ). На основании решения суда над этими лицами устанавливается попечительство. Им разрешается совершать мелкие бытовые сделки. Совершать же более крупные сделки, а также получать заработок, пенсию, иные доходы и распоряжаться ими они могут лишь с согласия попечителя. Попечитель как бы упреждает возможность неправильных действий со стороны подопечного, а также возможность злоупотребления им со стороны третьих лиц. Однако такой гражданин самостоятельно несет имущественную ответственность по совершенным им сделкам и за причиненный им вред. Следует указать, что при ограничении дееспособности лиц этой категории гражданский закон исходит не из наличия у них Психического расстройства, а главным образом из материальных интересов их семей, которых эти лица, злоупотребляя алкоголем и наркотиками, ставят в тяжелое материальное положение. 78 При прекращении этими лицами злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами суд в соответствии со ст. 30 ГК РФ отменяет ограничение их дееспособности. На основании решения суда отменяется и установленное над нкми попечительство. Судебно-психиатрическая экспертная оценка в гражданском процессе имеет свои особенности и сопряжена с определенными трудностями. Основной предпосылкой для правильной судебно-психиатрической оценки психического состояния испытуемого, по поводу которого возникли сомнения в его дееспособности, является получение о нем надежных сведений на работе, дома, в семье, о его интересах и тех изменениях, которые с ним происходили, особенно в предшествующее моменту прохождения экспертизы время. Следует использовать различную информацию об испытуемом, его поведении. Решить вопрос о дееспособности гражданина, находившегося ранее на лечении в психиатрической больнице или наблюдавшегося в психоневрологическом диспансере, проще. Значительно труднее дать экспертную оценку по поводу лица, которое не обращалось за помощью в психиатрические учреждения. Если учесть то обстоятельство, что стороны, участвующие в судебном гражданском процессе, имеют неоднозначные, а подчас противоположные интересы по поводу рассматриваемого дела, то сведения о психическом состоянии подэкспертного и поведении его в жизни могут быть противоречивыми. Поэтому данные, полученные о психическом состоянии, особенностях поведения подэкспертного, должны сопоставляться с дополнительной информацией, полученной из объективных независимых источников и от независимых лиц, так как экспертное заключение должно строиться на надежных данных об истинном уровне расстройства психики у испытуемого. Например, в гражданском судебном процессе может оспариваться законность предсмертного завещания лица, длительно находившегося в больнице, хотя это завещание могло быть заверено нотариусом; в этом случае для эксперта важное значение могут иметь врачебные записи в дневниках истории болезни, отражающие психическое состояние больного в период составления завещания, о том, ориентировался ли он в окружающем, во времени, общался ли с соседями по палате, медперсоналом и т.п. ^ Круг вопросов, по которым назначается судебно-психиатри-ческая экспертиза в фажданском процессе, довольно широк. Это могут быть дела о признании больного недееспособным в связи с сомнением суда в психической полноценности истца или ответчика, по заявлению родственников или других лиц о признании сделки, документа недействительными, поскольку они оформлялись лицом, считающимся психически больным или проявляющим признаки психического заболевания в связи с иском о признании брака недействительным или расторжении брака; по спорам о воспитании детей в связи с психическим заболеванием родителей; определением психического состояния свидетеля и др. Вопрос о назначении судебно-психиатрической экспертизы может возникнуть в процессе подготовки дела к слушанию в суде или в период судебного рассмотрения. Проведение экспертизы поручается конкретному экспертному учреждению (судебно-психиатрической комиссии) органов здравоохранения, а иногда при необходимости персонально эксперту (ст. 75 ГПК РСФСР). Коротко остановимся на основных вопросах, подлежащих рассмотрению при судебно-психиатрической экспертизе в гражданском процессе. ^ Наиболее часто судебно-психиатрическая экспертиза в фажданском процессе назначается по делам о признании лица недееспособным и необходимости установления над ним опеки (ст. 260 ГПК РСФСР). Ходатайствовать о возбуждении дела перед судом в этих случаях имеют право родственники больного, представители общественных организаций, а также психиатрическое лечебное учреждение. В фажданском процессе иск о признании сделки недействительной также довольно часто является поводом для психиатрического освидетельствования. Психиатр-эксперт при вынесении экспертного заключения по указанной категории дел исходит из оценки психического состояния лица в момент совершения сделки, поскольку по гражданскому законодательству сделка, совершенная фажданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, признается недействительной (ст. 171 ГК РФ). Гражданский кодекс признает также недействи- ^ тельной сделку, совершенную гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ). Недействительной может быть признана судом и сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным по иску его опекуна, если будет доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ). В двух последних случаях для правильной экспертной оценки очень важно установить время начала психического расстройства у подэкспертного, его глубину и выраженность в момент совершения сделки, так как психическое расстройство могло возникнуть и после заключения сделки. В этом случае гражданский акт не теряет своей юридической силы. Иногда при судебно-психиатрической экспертизе по делам о признании сделки недействительной может наблюдаться симуляция психического расстройства лицом, желающим расторгнуть не удовлетворяющую его сделку. С этой целью обследуемый заявляет о якобы наблюдавшихся у него в период заключения сделки признаках психического заболевания: провалах памяти, голосах, заставивших совершить сделку, головных болях, расстройстве настроения, сна и проч. Правильной оценке психического состояния в тот период могут способствовать свидетельские показания о состоянии и поведении лица в тот период, медицинская документация. Обращает внимание также демонстративность и разноплановость преподносимых в этих случаях жалоб, не свойственных какой-либо определенной форме психического заболевания. Иски о признании брака недействительным или расторжении брака в случае психического заболевания одного из супругов также нередки в судебно-психиатрической практике. В законодательных положениях, регулирующих брачные и внутрисемейные отношения, проводится разграничение между признанием брака недействительным и расторжением брака, если один из супругов заболел психически. Так, в первом случае брак признается недействительным, если хотя бы один из супругов ко времени вступления в брак был признан судом недееспособным вслед- ^ ствие психического заболевания (ст. 27 СК РФ). Брак, признанный недействительным, не порождает прав и обязанностей супругов, предусмотренных ст. 30 СК РФ, т. е. юридически он как бы не существовал. Поскольку одним из условий заключения брака является взаимное, добровольное согласие сторон (ст. 12 СК РФ), требовать признание брака недействительным также вправе лицо, которое по своему состоянию в момент государственной регистрации заключения брака не могло понимать значения своих действий и руководить ими (ст. 28 СК РФ). В указанных случаях для определения психического состояния лица назначается судебно-психиатрическая экспертиза. При рассмотрении дела о признании недействительным брака, заключенного с лицом, признанным судом недееспособным, к участию в деле привлекается орган опеки и попечительства (ст. 28 СК РФ). В случае же, когда психическое расстройство у одного из супругов возникло после вступления в брак и он был признан недееспособным, то расторжение брака производится органом записи актов гражданского состояния в установленном порядке (ст. 19 СК РФ). Экспертная практика свидетельствует, что способность и право на воспитание детей родителями, страдающими психическим расстройством, также может быть предметом судебного рассмотрения. В решении этого вопроса принимается во внимание не только тяжесть психических расстройств того или иного родителя, но и учитывается, в какой степени эти психические расстройства оказывают влияние на отношение к детям и выполнение родительских обязанностей в целом. В соответствии со ст. 73 СК РФ суд может с учетом интересов ребенка принять решение об отобрании его у родителей без лишения их родительских прав (ограничение родительских прав). В частности, ограничение родительских прав (п. 1, 2 ст. 73 СК РФ) допускается, если пребывание ребенка с родителями представляет для него опасность в связи с психическим заболеванием последних. В этих случаях эксперты должны определить, может ли подэкспертный по своему психическому состоянию воспитывать детей, а также опасен ли он для своего ребенка при совместном с ним проживании. ^ Вместе с тем, учитывая, что ограничение родительских прав может явиться и тяжелой психической травмой для ребенка, при решении этого сложного вопроса и эксперты, и суд должны учитывать все обстоятельства, прежде чем вынести свое решение. Дело об ограничении родительских прав рассматривается судом с участием прокурора и представителя органа опеки и попечительства (п. 4 ст. 73 СК РФ). В случае ограничения прав на воспитание ребенка одного из родителей суд перепоручает воспитание другому родителю или опекуну. При ограничении родительских прав обоих родителей ребенок передается на попечение органов опеки и попечительства. Восстановление в родительских правах (ст. 72 СК РФ) и отмена ограничения родительских прав (ст. 76 СК РФ) возможны, если обстоятельства, в силу которых были приняты эти решения, отпали. Следует иметь в виду, что эти дела не тождественны делам о лишении родительских прав по суду в соответствии со ст. 69 СК РФ. Суд в этом случае лишает родительских прав лицо, виновное в неисполнении обязанностей родителей по воспитанию и развитию детей, жестоко обращающееся с ними, злостно уклоняющееся от уплаты алиментов. Виновность же лица при глубоком психическом расстройстве исключается. В ряде причин, по которым родитель или родители могут быть лишены родительских прав по решению суда, является наличие хронического алкоголизма, наркомании. Родители, лишенные этих прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в том числе и права получения от него содержания (п. 1 ст. 71, ст. 87 СК РФ). Иногда в практике гражданского судопроизводства встает вопрос о назначении судебно-психиатрической экспертизы для определения психического состояния свидетеля. Свидетельские показания — весьма распространенный вид доказательств по гражданским делам. Они имеют важное значение для правильного установления действительных обстоятельств дела. В целях обеспечения достоверности свидетельских показаний ст. 61 ГПК РСФСР запрещает допрашивать в качестве свидетелей лиц, которые из-за психических нарушений не способны правильно воспринимать факты или давать о них правильные показания. ^ Поэтому при вынесении судебно-психиатрического заключения о возможности лица быть свидетелем эксперт должен указать на отсутствие у обследуемого психического расстройства, нарушающего его способность правильно воспринимать факты и давать о них показания по делу. Касаясь особенностей судебно-психиатрической оценки различных форм психических заболеваний при производстве по гражданским делам, остановимся на некоторых общих принципах и положениях. При вынесении судебно-психиатрического заключения о недееспособности наряду с синдромальной квалификацией психического состояния подэкспертного большое значение имеет правильная оценка течения заболевания и установление его клинического прогноза. Решение вопроса о дееспособности в остром психотическом состоянии или в период становления ремиссии нецелесообразно, так как на этом этапе болезни характер и структура дефекта еще не сформировались. Как уже указывалось выше, бредовые синдромы исключают дееспособность больных в настоящее время. Однако прогноз на будущее при них неодинаков. Так, больные с острыми алкогольными и реактивными психозами имеют тенденцию к довольно быстрому выздоровлению, в связи с чем признание их дееспособными в будущем не исключено. Непрерывнотекущая прогредиентная шизофрения с неблагоприятным прогнозом, трансформацией и усложнением психопатологической симптоматики обусловливает недееспособность больного. В то же время больные шизофренией с периодическим типом течения заболевания с глубокими и стойкими ремиссиями без выраженных личностных сдвигов и достаточной социальной адаптацией не лишаются дееспособности. Как правило, церебральный атеросклероз и гипертоническая болезнь не вызывают выраженных психических нарушений. Однако в ряде случаев прогрессирование заболевания, сопровождающееся острыми нарушениями мозгового кровообращения, может привести к развитию выраженного психоорганического синдрома, что полностью лишает этих лиц способности понимать значение своих действий и руководить ими и влечет признание недееспособности. ^ Наблюдающиеся у многих больных с выраженными психическими расстройствами вследствие органического поражения головного мозга разного генеза, при олигофрениях, старческих психозах нарушение критических способностей, беспомощность и повышенная внушаемость могут быть использованы в корыстных целях. Поэтому важно своевременное признание этих лиц недееспособными и назначение им опекуна. Экспертная практика по гражданским делам показывает, что к числу важных условий признания дееспособности подэкспертного относится сохранение критики к своему состоянию и сложившейся ситуации, а также достаточная социально-трудовая адаптация. И напротив, больные с психопатологическими синдромами, в структуре которых преобладают стойкие систематизированные бредовые идеи преследования, отравления, ревности, глубокая депрессия и быстро нарастающее слабоумие, как правило, признаются недееспособными. Вступивший в действие с января 1993 г. Закон РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» наряду с подробным регулированием прав лиц, страдающих психическими расстройствами, при оказании им психиатрической помощи (общегражданские права, права, относящиеся к лечению, права в период пребывания в психиатрической больнице) и введением судебных процедур при осуществлении недобровольных психиатрических мер (санкция судьи на психиатрическое освидетельствование при отсутствии непосредственной опасности лица для себя или окружающих; судебное рассмотрение вопросов недобровольной госпитализации и ее продления) существенно расширил возможности судебного обжалования действий врачей и администрации психиатрических лечебных учреждений в случае нарушения принципов и положений, содержащихся в Законе. В этой связи в последнее время отмечен рост числа гражданских судебных дел, в ходе разбирательства которых возникает необходимость в привлечении специальных психиатрических познаний и, следовательно, назначении судебно-психиатрической экспертизы. Наиболее типичными из них являются споры, связанные с недобровольным психиатрическим освидетельствованием; недо- 85 довольной госпитализацией, ее продлением и отказом в выписке; постановкой на диспансерное наблюдение; признанием лица неголным к выполнению отдельных видов трудовой деятельности и т.п. Таковы в общих чертах основные положения судебно-психиатрической экспертизы в гражданском процессе, вопросы, подлежашие рассмотрению психиатров-экспертов, некоторые обшие принципы судебно-психиатрической оценки при производстве по гражданским делам. |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям