Владимир Борисович Авдеев Расология Владимир Борисович Авдеев расология
|
|
Скачать 6.25 Mb.
|
^ Однако теперь, выстраивая в ряд всю совокупность умозаключений цитированных нами антропологов, психиатров и криминологов, мы придем к закономерному обобщению: в человеческом сообществе, состоящем из различных расовых групп, наибольший процент преступлений приходится на те из них, у которых в силу их наследственной обусловленности наблюдается больший процент преждевременного сращения всех черепных швов. Современное так называемое мультикультурное общество, пропагандирующее межрасовый интернационал (хаос крови) — тому идеальный пример, ибо в странах Западной Европы и США максимальный процент преступности приходится на представителей негроидной расы и иных темнопигментированных расовых групп. В цивилизованном мире цвет преступности уже давным-давно не белый, и ни один филантроп не посмеет оспорить этот факт, официально документируемый ежедневными сводками Федерального бюро расследований США. В данном вопросе автор этих строк никак не претендует на первенство. Ибо эти положения криминальной антропологии были выведены крупным отечественным ученым профессором Виктором Николаевичем Звягиным еще 1970-е годы; а также сегодня подтверждены криминологом Сергеем Алексеевичем Никитиным коллекцией черепов антисоциальных элементов, у которых в основной своей массе была обнаружена наследственная ромбовидная деформация черепа, и очень низкая для европеоидной расы (всего 1 %) частота встречаемости метопического шва. Шведский антрополог Вильгельм Лехе в своей книге 'Человек, его происхождение и эволюционное развитие' (М., 1913) писал в этой связи: 'Сравнительное исследование человеческого черепа установило, что все его составные части происходят непосредственно от того, что имеется у низших позвоночных'. Существуют и этнографические подтверждения. Два английских путешественика в начале XIX века оставили характерное свидетельство: 'Готтентоты и особенно бушмены нравственно и физически только немного отличаются от орангутанга. Африка южнее 10 градуса обитаема только людьми, ум которых темен, как их кожа, и строение их черепа делает утопической мечтой всякую надежду на их будущее улучшение'. Крупнейший русский расолог В. А. Мошков в своей монографии 'Новая теория происхождения человека и его вырождения' (Варшава, 1907) писал: 'По своим душевным способностям негритенок не уступает белому ребенку, он так же способен к учению и так же понятлив, как белый. Но как только наступает роковой период возмужалости, то вместе со сращением черепных швов и выступанием вперед челюстей у них наблюдается тот же процесс, как у обезьян: индивидуум становится неспособен к развитию. Критический период, когда мозг начинает склоняться к увяданию, наступает гораздо раньше у негра, чем у белого, именно за это говорит более ранее сростание швов черепа у негра'. В связи с чрезвычайно важностью специфики заростания швов черепа у представителей различных рас, а также наглядности и неоспоримости этого расово-диагностического признака в исследовании социокультурных процессов, профессор В. Н. Звягин предложил использовать удачное название — сутурология — наука об исследовании рисунков черепных швов. В общественной жизни мы наблюдаем подтверждение следующего незыблемого правила: чем 'ниже' с эволюционной точки зрения социальная или расовая группа, тем быстрее происходит сращение швов на черепе у ее представителей и тем быстрее прекращается у них запрограммированное развитие мозга, что является одной из основных причин их антисоциального поведения при попадании в лоно распространения другой, более 'высокой' расы . Это правило подтверждается статистическими исследованиями криминальной антропологии, а также полностью совпадает с выводами неврологии, что и засвидетельствовано в утверждениях генетика Н. П. Дубинина. Пронаблюдав, как проявляются антропологические данные в социально-криминологических закономерностях, мы без труда вновь обнаружим, как различия в физическом строении рас сказываются и на судьбе государств. Книга А. М. Фортунатова 'Материалы к вопросу о последовательности и порядке закрытия черепных швов у инородцев России' (С.-Петербург, 1889) служит тому прекрасным свидетельством. В ней автор пишет: 'Вес мозга у высших рас увеличивается до 40 лет, затем остается почти без изменений до 50 лет и потом начинает уменьшаться. Чем сильнее функционирует мозг, тем позже наступает зарастание швов на черепе. У различных рас эти черепные швы зарастают неодновременно. Эту неодновременность следует ставить в связь со способностью к развитию мозга и сложностью швов. В низших расах, наименее способных к совершенствованию, швы менее сложны и очень рано сглаживаются; иногда они исчезают более или менее вполне от 30 до 40 лет. У рас более совершенных они сохраняются далее и сглаживаются гораздо позднее'. По наблюдениям автора, у великорусов зарастание швов черепа начинается в 40 лет и более. Помимо времени зарастания швов важнейшим показателем общего развития расы является и порядок закрытия черепных швов, что и явствует из самого заглавия книги Фортунатова, в которой он писал: 'У белого племени швы начинают зарастать с заднего отдела, тогда как у негра они закрываются сначала в передней части, то же самое наблюдается у идиотов, принадлежащих к белой расе. На черепах инородцев России закрытие швов идет и в том, и в другом направлении: и спереди назад (в 2/3 случаев) и сзади наперед (в 1/3 случаев) . На основе всего вышеизложенного совсем не трудно сделать вывод, почему 'многонациональная', как нам об этом ежедневно вещают демократические обществоведы, Россия все же основана именно русскими, а не каким-либо другим племенем. Российская империя, также как до этого Великая Русь были основаны великорусским племенем, у которого в силу его наследственно обусловленных расовых признаков сам процесс и очередность зарастания черепных швов происходит по модели, свойственной 'высшей' расе, в то время как у 'инородцев России' преобладает модель, позволяющая отнести их преимущественно к 'низшим' расам . Этот антропологический принцип мы без труда можем обнаружить в истории любой великой империи и любой великой цивилизации. 'Высшие' расы создают — 'низшие' уничтожают . Судьба народов, принадлежащих к этим базовым расовым типам, обусловлена самим наследственным принципом развития их мозга и не поддается никакому культурно-просветительскому вмешательству извне. Мировая история является по сути химической ретортой, осуществляющей возгонку 'высших' элементов и осаждение 'низших'. Доказательства в пользу корреляции между спецификой срастания черепных швов у представителей разных рас и их способностью к культуротворчеству обоснована изысканиями таких антропологов, как: Адольф Фик (1829–1901), Иоганн Кристиан Люсье (1814–1885), Йозеф Энгель (1816–1899), Карл Риттер фон Эденберг Лангер (1819–1887), Ганс Гудден (1866-?). Со времен распада Советского Союза было выдвинуто множество самых разнообразных версий этого эпохального исторического события. Мы вовсе не намерены ни с кем полемизировать. С точки зрения вышеизложенных фактов все выглядит достаточно тривиально. Государственно-политическое образование СССР — преемник Российской империи — распалось именно тогда, когда численность государствообразующего народа — русских — упала до половины общей численности народонаселения. В ближайшее время подобная участь ожидает США, где белое государствообразующее большинство скоро также окажется в меньшинстве. Принадлежность к государствообразующей нации — понятие не социокультурное и не мистическое, а расово-биологическое, измеряемое по множеству параметров, но более всего отражаемое в весе, сложности устройства и эволюционной ценности мозга ее представителей. Во всех этих умозаключениях не содержится абсолютно ничего 'расистского'. Крупнейший советский антрополог В. П. Алексеев в монографии 'Историческая антропология и этногенез' (М., 1989) писал: 'Никакой тщательный и глубокий анализ этнических взаимоотношений невозможен без учета расовой ситуации, никакое исследование по этногенезу и этнической истории не может быть по-настоящему комплексным и всеобъемлющим без привлечения антропологических данных, то есть в конечном счете данных о биологии человека. Изучаемые антропологами морфологические и физиологические особенности генетически обусловлены, поэтому биологические свойства популяций тесно переплетаются со многими аспектами их жизни, что существенно обогащает картину человеческой истории'. Основатель евгеники Фрэнсис Гальтон (1822–1911) высказывался еще откровеннее, полагая, что 'совесть, талант и другие чисто человеческие свойства — это биологически детерминированные черты личности, передающиеся через половые клетки по поколениям'. ^ При всей молодости научной антропологии рубежа XIX–XX веков, логика ученых, тем не менее, была безупречной, ибо форма черепа ребенка напрямую связана с особенностями строения таза его матери — они должны соответствовать друг другу в целях отсутствия патологии при родах. Смешение рас неизбежно приводит к тому, что строение таза матери одной расы не соответствует форме черепа смешанного младенца, несущего черты отца другой расы, что ведет к осложнениям при родах и сказывается на жизнеспособности потомков обеих исходных рас, сокращая число метисов. ''Из всего скелета — таз наиболее соответствует черепу; можно полагать, что на тазе скорее, чем на чем-нибудь другом, удастся отыскать характеристические особенности рас', — писал Карл Фогт. Природа здесь действует в строгом соответствии с обыкновенной механикой. Форма черепа младенца по расовым показателям должна подходить к расовым показателям таза матери, как болт к гайке. Любое несоответствие ослабляет так называемую 'механическую прочность' расы и ее 'износоустойчивость' виток за витком, от поколения к поколению. Поэтому чистота расы — первое и главное условие ее воспроизводства, смешение же рас неизбежно ведет к вырождению. Из русских классических работ на эту тему лучше всего вспомнить сочинение М. И. Лутохина 'Исторический обзор литературы о расовых различиях таза' (М., 1899). В начале автор приводит мнение известных антропологов Поля Брока, Поля Топинара (1830–1911) и Сэмюэля Томаса Зоммеринга, сравнивавших таз 'низших' рас с тазом обезьян. Франц Прюнер-Бей (1808–1882), в силу наглядности и точности признака, вообще предложил отказаться от классификации рас по строению черепа и перейти на классификацию рас по форме таза. Раздел антропологии, занимающийся изучением расовых различий по тазу, называется пельвиметрией . В заключении Лутохин пишет: 'В этом очерке я упоминал о взглядах авторов на причину очень резкой разницы в строении женского таза разных рас, как на результат приноравления до некоторой степени тазового кольца к головке новорожденного. Много есть данных в пользу того, что при метисации роды текут гораздо труднее, иногда становятся невозможными'. Подобные выводы подтверждал и великолепный русский расолог Владимир Александрович Мошков в своей монографии 'Новая теория происхождения человека и его вырождения' (Варшава, 1907): 'Акт рождения, вполне естественный для каждого животного чистой породы, должен бы быть таким же и у человека, то есть безболезненным, как и все другие физиологические отправления. Женщины низших рас переносят роды очень легко, иногда даже без всякой боли и только в весьма редких случаях умирают от родов. Но нельзя сказать того же о женщинах низших рас, рождающих от белых отцов. Так например, про индианок сообщают, что они часто умирают при разрешении от бремени ребенком смешанной крови от белого отца, между тем как чистокровные дети у них же легко рождаются. Многие индианки очень хорошо осознали опасность беременности от белолицего и потому, во избежании ее, предпочитают своевременно устранять последствия скрещивания плодоизгоняющими средствами'. Известный русский этнограф и антрополог Октавий Васильевич Мильчевский в своем сочинении 'Основания науки антропоэтнологии' (М., 1868) в этой же связи подчеркивал: 'Формы таза относительно различных племен были довольно обстоятельно изучены Вебером. Более удлиненной формой, более вертикальными и высокими подвздошными костями, более узкой и высокой крестцовой костью приближается сильно таз готтентотки, или ботокудки к тазу животных. Читатель знает, что человек, рождаясь, проходит между тазовыми отростками матери и, как показывает акушерская практика, проходит очень трудно, так что в особенности голова плотно прикасается к этим костям и даже значительно расширяет их. Если же примем в соображение, что в это время кости новорождающегося так мягки и гибки, что можно давать человеку какую угодно форму простым и легким сжатием ее в руках (что и делают повивальные бабки), а кости матери, конечно очень тверды, то читателя нисколько не удивит, если я ему скажу, что череп, проходя через таз, должен непременно принять форму его отверстия. И действительно, измерения и тех и других показали теперь, что существует самое тесное соотношение между этими обеими формами. Профессор Вебер даже разделяет людей на 4 класса, смотря по различным формам их тазов, овальной (европейцы), круглой (американцы), четырехугольной (монголы), клиновидной (у черных рас) . Данный раздел физической антропологии позднее получил основательное научное развитие. Наивысшего своего расцвета расовая пельвиметрия достигла в работах Эгона фон Эйкштедта, так он указывал в частности: 'Расовые различия величины таза значительны и не объясняются только размерами тела, а обусловлены расовыми вариациями наследственности. Так тазы у веддоидов, негритосов и палеомонголоидов (в Японии), как абсолютно, так и относительно меньше, чем у европейцев. Негритянские тазы отличаются небольшими размерами, узостью и высотой, тогда как у европейцев боковой и передний края подвздошной кости широко расходятся. Поперечно-овальная форма преобладает у европеоидов, круглая у негроидов. У китайцев формы разные, но у южных брахицефалов преобладает поперечно-овальная форма. К числу расовых различий относится и наклон таза. У японцев он небольшой'. Для количественного измерения расовых различий используется входной указатель Тернера. ^ Основоположник и руководитель Немецкого Антропологического общества Рудольф Вирхов в конце XIX века как истинный ученый оценивал проблему в целом, ибо считал, что все данные, в том числе и косвенные, найденные при исследовании черепа, могут иметь существенное значение лишь постольку, поскольку они находятся в определенной зависимости от тех или других особенностей строения мозга. Фундаментальная работа Н. В. Гильченко 'Вес головного мозга и некоторых его частей у различных племен, населяющих Россию' (М., 1899) также подчинена решению этой глобальной проблемы. Ясность и доказательность изложения, обилие статистического материала делают это сочинение во многом актуальным и сегодня. Уже из названия видно, что автор мыслил совершенно в духе расовой теории, ибо на основе экспериментальных данных было доказано, что у представителей различных рас соответствующие части мозга имеют различные темпы роста, и как следствие — не одинаковый вес, а это в свою очередь и подтверждается вариациями в частоте возникновения аномальных швов на черепе. Наука того времени была предельно логичной и последовательной. 'Влияние народности (племени) на вес мозга также несомненно существует, помимо всех прочих уже рассмотренных влияний роста, возраста и пр. Расовые и племенные признаки не изменяются от предков к потомкам. Различия в весе головного мозга, замечаемые в отдельных областях нашего обширного отечества, не могут быть объяснены ни влиянием роста, ни влиянием возраста, а исключительно влиянием народности (племени) . Сюда же следует отнести и данные о некоторой специфике ментальности народов, живущих в горах. Известный немецкий антрополог Иоганн Ранке в своей книге 'Человек' (С.-Петербург, 1903) писал: 'Причины, которые во многих горных местностях приводят к развитию кретинизма, часто действуют и на некретинов тех же областей'. К числу причин, вызывающих повышенный процент кретинизма среди жителей горных областей, относится прежде всего недостаток йода в горных реках. Именно поэтому народная тосканская поговорка гласит, что у 'горцев ноги крепкие, да мозг нежный'. Помимо существенных различий в весе мозга и его частей, у представителей больших человеческих рас и даже отдельных народностей были выявлены и различия в организации извилин. Одним из первых расовые различия в строении мозга начал изучать известный русский антрополог Дмитрий Николаевич Зернов (1843–1917). Его работа с характерным названием 'Извилины мозга, как племенной признак' была опубликована еще в 1873 году, а в 1877 он выпустил уже фундаментальную монографию 'Индивидуальные типы мозговых извилин у человека'. В 1887 появилась книга 'К вопросу об анатомических особенностях мозга интеллигентных людей'. Во всех его сочинениях есть четкое морфологическое описание строения мозга 'высших' и 'низших' типов, причем не только на уровне отдельных индивидов, но и больших расово-этнических общностей. Кроме того, этот талантливейший ученый первым сконструировал прибор — энцефалометр — для определения различий в строении мозга у различных индивидов. В специально посвященной описанию своей конструкции брошюре 'Энцефалометр (Прибор для определения положения частей мозга у живого человека) (М., 1892) Д. Н. Зернов указывал: 'Главная цель устройства предлагаемого инструмента состоит в том, чтобы дать возможность определить у живого человека любую точку выпуклой поверхности мозга (борозды или извилины) независимо от черепных швов, которыми обыкновенно руководятся при подобных определениях'. Известный немецкий анатом и знаток человеческого мозга, профессор Берлинского университета Вильгельм Вальдейер (1836–1921) на XVIII торжественном собрании Немецкого Антропологического общества в 1887 в Нюрнберге, желая охарактеризовать важность сравнительно-расового изучения устройства мозговых извилин и борозд, обратился к своим коллегам со следующей знаменательной речью: 'Я вполне уверен, что основательное изучение мозговых извилин с точки зрения их формы, их значения и номенклатуры может быть достигнуто лишь путем обширного и по возможности всестороннего сравнения между собой мозгов всех народов и племен'. В Европе расовыми различиями в строении мозга занимались также Густав Ретциус (1842–1919), Якоб Герман Фредерик Кольбрюгге (1865-?), Карло Джиакомини (1840–1898), Александр Эккер (1818–1887), Августин Вейсбах (1836–1914), Густав Швальбе (1844–1916). Крупнейший отечественный специалист той эпохи Р. Л. Вейнберг в работе 'О строении мозга у эстов, латышей и поляков. Сравнительно-анатомический очерк' (М., 1899) на базе статистической информации делал вывод: 'Мы видим таким образом, что хотя человеческий мозг устроен относительно своей наружной формы, несомненно, по одному плану, общему для большинства человеческих типов, тем не менее, он представляет целый ряд таких признаков, которые заметно разнятся по своей частоте у различных племен человечества или даже свойственны только одним племенам, отсутствуя совершенно у других'. В следующей своей работе 'К учению о форме мозга человека' (Русский антропологический журнал, № 4, 1902) Р. Л. Вейнберг в духе программных заявлений ученых той эпохи подчеркивал, что и теоретическая медицина, а равно и антропология, должны подвергнуть всестороннему изучению расовые различия в строении мозга. Исходя из обычного для тех времен чувства гражданского долга и научной объективности, а также племенной солидарности, автор считал необходимым подчеркнуть: 'После целого ряда работ, вышедших за последние три десятилетия по соматологии евреев, едва ли может оставаться какое-либо сомнение в существовании среди них особого физического типа , выражающегося не только в своеобразных чертах, так называемой еврейской 'физиономии', но в устройстве скелета, в пропорциях черепа и туловища, в особенностях внешних покровов. Резче физических особенностей выступают психологические черты еврейской расы. Те и другие, преимущественно же последние, отражаются, как известно, на развитии центральной нервной системы или, точнее говоря, являются внешним выражением особого устройства центрального органа психической и физической жизни у данного племени'. Далее были выявлены эти особенности в организации борозд и извилин у евреев. К числу расово-диагностических особенностей относятся прежде всего направление так называемых Роландовых и Сильвиевых борозд , специфика разделения между лобными и теменными долями, а также многочисленные перерывы и мостики между соседними извилинами, составляющие племенную особенность строения мозга евреев, что и выражается в их повышенной социальной приспособляемости и особом ситуативном чутье, обычно отсутствующем у русских. Великий русский путешественник Н. Н. Миклухо-Маклай указывал на эту же совокупность морфологических различий как на характерные расовые признаки, когда ставил опыты на папуасах. Карл Фогт писал: 'Сильвиева щель у негра имеет более вертикальное направление, равным образом и Роландова щель'. Описывая специфику строения мозга евреев, Р. Л. Вейнберг аналогично подчеркивал: 'Таким образом, и в этом случае мы встречаемся с рядом таких особенностей рисунка мозговой поверхности, которые, по нашим и других авторов наблюдениям, несомненно принадлежат к разряду редко наблюдаемых вариантов мозговых извилин и поэтому не должны быть обойдены молчанием при сравнительно-расовом исследовании человеческого мозга'. Именно у евреев чаще всего наблюдается аномалия срастания Роландовых и Сильвиевых борозд. Еще более откровенен и последователен был А. С. Аркин в своей статье 'О расовых особенностях в строении мозговых полушарий человека' (Журнал невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, книга 3–4, 1909). Помимо вышеуказанных расовых признаков, он выводил новые: 'Средняя лобная борозда представляет собою борозду, которая в большей степени, чем другие борозды головного мозга, подвержена изменениям и у представителей различных рас имеет различные очертания'. Кроме того, основываясь на огромном зарубежном материале, Аркин на протяжении всей статьи говорит о 'мозгах, богатых извилинами, которые как известно, считаются более совершенно устроенными'. Величайший французский антрополог Поль Топинар в своей фундаментальной книге 'Антропология' (С.-Петербург, 1879) также писал: 'Извилины бывают более толсты, более широки и менее сложны в низших расах. Нервы негров и преимущественно нервы основания мозга толще, вещество их мозга не так бело, как у европейцев'. Обладая более толстой костью черепной коробки, о чем писал еще древнегреческий историк Геродот, представители негроидной расы поэтому закономерно имеют более низкий порог болевой чувствительности. На этот нейрофизиологический факт указывали еще во второй половине XIX века ассоциации боксеров, отказывая чернокожим спортсменам участвовать в соревнованиях на том основании, что они менее чувствительны к боли, чем белые. Безусловно, чернокожие атлеты доказывают на спортивных площадках свое превосходство. Но где же, позвольте спросить, чернокожие Лауреаты Нобелевской премии; где ученые, философы, музыканты? Никогда белый человек не отрицал, что представители других рас и некоторые животные могут лучше него прыгать и бегать, он всегда видел для себя другую цель существования в этом мире. Принципиальным же открытием Аркина в данной статье может считаться заключение о том, что 'наиболее характерные расовые отличия отмечены в области ассоциативных центров . Эти центры имеют сравнительно более позднее развитие по сравнению с другими участками мозга. В них также легко читаются внешние морфологические различия строения мозга у представителей 'высших' и 'низших' рас. Постижение чужой, и в равной мере созидание своей собственной, культуры тесно сопряжено с развитием этих ассоциативных центров. Язык конкретной культуры, ее стиль, известная утонченность или, напротив, варварская грубость, глубина и чистота переживаний, свойственных ей, имеют таким образом ясные физические очертания. Большинство суждений о культуре, высказываемых сегодня идеалистически настроенными абстрактными культурологами, не стоят и одного приговора анатома средней руки, способного после короткой операции наглядно показать, что от данных конкретных мозгов высокой культуры и ожидать было нельзя. Вывод в работе Аркина прост и убедителен: 'Расовые различия в строении головного мозга имеют излюбленные борозды и извилины, где они проявляются более часто и рельефно'. Есть и еще один показатель расовой диагностики и прикладной культурологии, совершенно забытый современными антропологами, а именно: ударная вязкость вещества мозга. 'Вещество мозга у негра несравненно плотнее и тверже, чем у белого', — заявлял Карл Фогт. Два ведущих вышеупомянутых отечественных специалиста по вопросам строения мозговых извилин Вейнберг и Аркин были евреями по национальности, что автоматически снимает с нас все возможные обвинения в пропаганде расизма и антисемитизма, ибо их работы наравне с другими составляют золотой фонд русской академической антропологии, в адрес которой никто никогда не выдвигал никаких обвинений. Вообще справедливости ради нужно отметить, что отечественная антропология той поры, помимо обширных теоретических проблем, с успехом решала и узкоспециальные задачи, о чем, например, может свидетельствовать статья Н. И. Балабана и А. И. Молочека 'Строение тела шизофренных татар Крыма' (Русский антропологический журнал, вып. 3–4, 1925). Теперь, на наш взгляд, будет уже закономерным утверждение, что в эволюционном отношении у представителей всех рас красота лица взаимосвязана с формой черепа и лицевого скелета, а те, в свою очередь, отражают совершенство строения мозга. Одно является диагностическим маркером другого, позволяя стороннему наблюдателю быстро и с большой степенью вероятности судить о внутреннем мире некоего индивида по его внешности. Но если с антропоэстетической точки зрения расовая красота субъективна и относительна, то строение черепа и мозга позволяют уже объективно и непредвзято судить о степени совершенства и достоинствах их обладателя, ибо несут в себе количественные, измеряемые параметры. Известный советский антрополог М. И. Урысон в работе 'Взаимосвязи основных морфологических особенностей черепа человека в процессе антропогенеза' (М., 1964) писал: 'Исходя из рассмотрения черепа как тотальной скелетной структуры, можно предполагать, что прогрессивное развитие мозга оказывало свое влияние не только на формирование мозговой коробки, но и через ее изменение на перестройку лицевого отдела. Речь идет, следовательно, о взаимном влиянии мозговой коробки и лицевого отдела черепа, а также обуславливающих их изменение факторах в процессе эволюции черепа'. Вряд ли нужно пояснять, что в этой взаимосвязи ключевую роль выполняет то, что принято называть в просторечии 'расовыми предрассудками', выполняющими функцию 'биологического фильтра' в эволюции. Именно поэтому крупнейший советский антрополог В. П. Алексеев в своей фундаментальной работе 'География человеческих рас' (М., 1974) писал: 'Учение о пространственных закономерностях вариаций человеческого организма составляет одну из основных глав биологии человека'. От себя добавим, что субъективная врожденная оценка этих закономерностей всеми индивидами данной расовой группы столь же важна для объективного существования расовой дифференциации человечества. ^ Поль Топинар указывал в этой связи: 'Импульсы, присущие мозговому веществу, столь прочны, несмотря на воспитание и цивилизацию, что сохраняются еще после скрещиваний и помесей и помогают распознать последние. (…) Тогда вопрос об отличительных признаках человеческих рас, зависящих от их мозговой организации, значительно упростится, и можно будет в самом деле сказать, что способ деятельности мозга дает отличительные признаки, подобно форме черепа или особенностям волос. (…) Достаточно сказать, что идеи нравственности могут составить физиологические отличия между расами. Сравнивая басни и аллегории, лежащие в основании мифологий, наука восходит к познанию взаимных прикосновений, в которых находились народы, и, следовательно, отделяет приобретенные признаки от собственных расовых различий. (…) При еще большем расширении задачи, наука раскроет прошедшие стадии заимствований в умственной жизни, которые делали одни расы у других. (…) Существуют языки, глубоко отличающиеся друг от друга и требующие особого устройства гортани для разговора на них и особого понимания для уразумения их. (…) Следует обратить внимание также на различные способы ощущения музыкальной гаммы в пяти частях света. То, что гармонично для слухового аппарата мозга одних рас, неприятно для слуха других. Воспитание здесь ни при чем, так как самый факт первичен и имеет анатомическое основание. То же относится и к отличиям в системах счисления. Народы, называемые арийскими, понимают их все и вообще отличаются способностями к математике. Другие же, низшие, народы не умеют считать свыше 2,3 или 5; за этим, по их мнению, следует бесконечное, непознаваемое и непонятное; иногда, несмотря на все усилия, им невозможно передать понятие о большом числе. (…) Способности к рисованию также различны. Есть племена, умеющие чертить только кружки и палочки; некоторые же из их представителей не умеют даже отличить на рисунке голову от дерева или корабля. (…) Расы различаются весьма глубоко еще образом жизни и пониманием общественного состояния. Есть народы, как бы предназначенные к вечной кочевой жизни, как цыгане, евреи и арабы'. Несколько резкое по форме, но справедливое по сути обобщение известного французского антрополога подтверждает современный австрийский этолог Конрад Лоренц в книге 'Оборотная сторона зеркала' (М., 1998). В ней он пишет: 'Шкала ценностей 'ниже-выше' совершенно одинаковым образом применима к видам животных, культурам и созданным человеком произведениям искусства. (…) В социальном поведении человека также заключено инстинктивное содержание, не поддающееся изменению посредством культурных воздействий. (…) Шаблоны поведения — столь же надежные признаки родственных групп, как любые телесные черты. (…) В последнее время биохимики показали, что химическое кодирование индивидуально приобретенной информации в цепных молекулах невозможно по временным причинам. При рождении организму задается информация о биологически 'правильных' ситуациях и о средствах, позволяющих ему справляться с такими ситуациями. (…) Поэтому атрибуты 'низший' и 'высший' поразительно единообразно применимы и к живым существам, и к культурам, причем эта оправданная оценка непосредственно относится к содержащемуся в этих живых системах бессознательному или сознательному знанию — независимо от того, создано ли это знание отбором, обучением или наследованием, хранится ли оно в геноме индивида или в традиции культуры. (…) Многие виды трав явно 'сконструированы' в 'расчете' на то, чтобы их постоянно укорачивали и топтали крупные копытные; этому приходится подражать при уходе за газонами, постоянно выкашивая и притаптывая их. (…) Можно считать твердо установленным научным фактом, что вид homo sapiens обладает высокодифференцированной системой форм поведения, служащей для искоренения угрожающих обществу паразитов и действующей вполне аналогично системе образования антител в государстве клеток. Также и в основе ценностных суждений лежат встроенные механизмы, предохраняющие человечество от угрожающих ему вполне определенных явлений вырождения. (…) Чтобы представить себе, какими опасностями угрожает человечеству выпадение унаследованного инстинкта, нужно понять, что в условиях современной цивилизованной жизни нет ни одного фактора, осуществляющего отбор в направлении простой доброты и порядочности, за исключением нашего врожденного чувства к этим ценностям'. Эти выводы антропологии и этологии нашли наконец свое обоснованное подтверждение в новейших достижениях неврологии. Фундаментальная работа Сергея Вячеславовича Савельева 'Стереоскопический атлас мозга человека' (М., 1996) являет тому блестящий пример. Автор пишет: 'Головной мозг человека обладает значительной изменчивостью. Он различается у мужчин и женщин, у различных рас, этнических групп, и даже внутри одной семьи. Эти различия весьма устойчивы. Они сохраняются из поколения в поколение и могут являться важной характеристикой вариабельности мозга человека как биологического вида. Одним из наиболее интересных показателей нервной системы человека является ее этническая изменчивость. Вес, размер, организация борозд и извилин мозга различных народов и рас были тщательно исследованы'. Именно в этой наследственно обусловленной специфике строения мозга и нужно искать всю глубину различий морали, социального, экономического и политического развития народов и рас. С. В. Савельев делает важный вывод антропосоциологического характера: 'Важно отметить крайние значения веса мозга, которые не отражаются на умственных способностях исследованных людей. По различным источникам и результатам многочисленных взвешиваний минимальная масса мозга человека, которая не отражается на социальном поведении, близка к 900 г. При меньших значениях полноценная жизнь в человеческом обществе становится невозможной'. А теперь, уважаемый читатель, давайте вспомним характерный факт недавней истории: демонстрацию аборигенов центральной Австралии, саботировавших олимпийские игры в Сиднее в 2000 году. Телевизионные агентства, разносившие эту новость по всему миру, умолчали о том, что средняя масса мозга этих 'людей' составляет всего 750 граммов. Для того чтобы понять, что такое олимпийские игры, им просто не хватает критической минимальной массы мозга. Посему, на наш взгляд, ожидание от них другой реакции — высшая форма нетерпимости и шовинизма. ^ В подтверждение этих слов можно привести соответствующую цитату из С. В. Савельева: 'В Древнем Египте религиозные традиции требовали мумификации умерших. Анализ черепов мумий позволил сопоставить объем мозга и время захоронения конкретного человека. В период расцвета древней египетской культуры вместимость черепа египтян была на 44,5 см3 выше, чем в периоды длительного упадка'. Вот вам и ответ на вопрос, почему страна, некогда бывшая колыбелью мировой цивилизации, сегодня превратилась в место для дешевого туризма. В личной беседе с автором этот знаменитый отечественный ученый продемонстрировал лабораторные пластины со срезами мозга различных расовых и этнических групп. Не трудно уяснить теперь, что вся история отображена в затейливом рисунке нейронных связей головного мозга ее персонажей. С. В. Савельев утверждает, что количество связей между нейронами, как раз и служащих реальным отражением степени интеллектуального и культурного развития расовых и этнических групп, может различаться в пределах от 10 до 10000 (!). Кроме того, масса мозга, ответственная за те или иные функции, например, абстрактное мышление или математические способности, у представителей разных рас может различаться в пять раз (!). Это значит, что у представителя той или иной 'низшей' расы никогда не будет возможности усвоить культуру 'высшей' расы и понять ее, потому что сам процесс обучения не может увеличить массу тех или иных центров мозга и не может создать новые связи между нейронами. Нельзя развить то, к чему нет предпосылок . Поэтому все филантропические программы вроде 'компенсаторного обучения' негров в США и ЮАР постоянно терпят крах. Нельзя обучить того, кто не имеет для этого физического потенциала. Основоположник френологии — науки о взаимосвязи психических и интеллектуальных способностей людей со строением их черепа — Франц Йозеф Галль (1758–1828) говорил: 'Физиологические условия помогают управлять духовными'. Немецкий антрополог Георг Бушан в своей книге 'Наука о человеке' (М., 1911) считал нужным подчеркнуть: 'Расы, стоящие духовно на более низком уровне, обладают меньшим весом мозга, чем культурные народы. Если, с одной стороны, повышение духовных способностей влечет за собою увеличение мозговой массы, то, наоборот, при исчезновении духовных способностей замечается уменьшение ее, что выражается в падении ее веса. Низшие млекопитающие не обладают еще сколько-нибудь развитыми центрами чувств; наоборот у обезьян и первые уже хорошо развиты, и у некоторых их видов занимают почти такую же поверхность, как и сферы чувств. У человека последние обнимают только 1/3 поверхности мозга. Истинный интеллект, мышление, связано с серой корой центров ассоциации . При высоко развитом интеллекте эта кора особенно сильно развивается, но по чисто механическим причинам не столько в глубину, сколько по протяжению, то есть серая корковая масса вынуждена расширяться в плоскости, собираться в складки, вследствие напряженной, сильной духовной работы. Поверхность мозга выказывает поэтому извилины, разделенные между собою бороздами. Этим объясняется, почему у низших позвоночных, у которых процесс мышления развит недостаточно, поверхность мозга остается еще относительно гладкой, но чем более мы поднимаемся к высшим формам, тем эта поверхность получает более сложный и богатый складками и извилинами рельеф. Человеческий мозг богат извилинами, однако у низших рас эти складки проще или имеют более прямое направление, борозды между ними более открыты и менее глубоки. У высших рас эти извилины обыкновенно шире, более изогнуты и тесно сближены между собой; борозды от этого становятся глубже и уже'. Другой крупный немецкий антрополог Роберт Видерсгейм (1848–1923) в своей книге 'Строение человека со сравнительно-анатомической точки зрения' (М., 1900) писал: 'У мужчин белой расы вместимость черепа составляет в среднем 1500 см3, а вес головного мозга в среднем 1400 гр. Что касается вместимости черепа низших человеческих племен, то в этом отношении особенно интересны наблюдения братьев Саразин над цейлонскими веддами. У них не только череп, но и все части скелета весьма замечательны по своей нежности, что, по словам Вирхова, характеризует целый ряд диких племен, населяющих восточные острова. В черепе это выражается в том, что в среднем он приблизительно на 200 гр. легче европейского. При этом череп очень мал, и его вместимость у чистокровных веддов мужчин не бывает выше 1200 см3, а у женщин еще на 150 см3 меньше. По объему черепа ведды, без сомнения, принадлежат к низшим человеческим племенам, и это стоит в полном согласии с их низкой культурой. Близки к ним андаманцы, тогда как бушмены и австралийцы стоят уже несколько выше. Если, как выше указано, средний объем черепа северо— и среднеевропейца мужчины принят за 1500 см3, то череп веддов отстает от него на 250 и даже более чем на 500 см3 . Крупный авторитет в области расовой неврологии Пьер Грациоле (1815–1865) говорил, что нормальный мозг готтентота обозначал бы для европейца идиотизм. А другой специалист в означенной области Фридрих Тидеман (1781–1861) утверждал, что мозг готтентота имеет меньше извилин и они более неправильны, чем у европейца и вообще ближе подходят к обезьяньему мозгу. Суммируя все вышеизложенное в области расовых различий в строении мозга можно смело утверждать, что для развития высшей культуры необходим как значительный вес мозга, так и его известная морфологическая сложность. Оба эти условия могут быть соблюдены только посредством полового отбора и расовой изоляции. Никакие социологические проекты гуманистов и культурологов как не имели успеха, так и не будут иметь в будущем. Этот вывод никак не может быть отнесен к разряду расистских, ибо один из корифеев советской антропологии Б. С. Жуков в сочинении 'Происхождение человека' (М., 1928) высказывался в том же духе со всей откровенностью: 'Велика разница между односложным, похожим на свист и щелканье, языком какого-нибудь чернокожего обитателя лесов Центральной Африки и мелодичной речью итальянца или француза, огромна пропасть между интеллектуальным развитием того и другого. И эта разница в умственных способностях культурного и дикого первобытного человека стоит в тесной связи с неодинаковостью развития у них того органа, в котором эти способности сосредоточены, т. е. мозга. Представитель более высокой в отношении умственного развития человеческой расы имеет более тяжелый, более объемистый мозг, чем дикарь, и эта разница в развитии мозга заключается не только в большем количестве мозгового вещества у первого, но также и в более сложном строении самого мозга, и в особенностях питания мозга кровью через кровеносные сосуды'. Классик немецкой антропологии Иоганн Ранке одним из первых обосновал эволюционную значимость еще одной количественной характеристики: отношения веса головного мозга к спинному у представителей различных рас. Чем 'выше' в интеллектуальном смысле раса, тем этот показатель больше. Данное правило справедливо для всех представителей животного царства без исключения, ибо, чем примитивнее организм, тем развитее у него периферийная нервная система в ущерб головному мозгу. Именно поэтому индивиды, относящиеся к так называемым малокультурным племенам, и отличаются в лучшую сторону по сравнению с европейцами развитием чисто физических и физиологических качеств, но неизменно проигрывают им в интенсивности и сложности процессов, присущих духовной и интеллектуальной сферам. И в количественном и в качественном отношении 'животные' эволюционно более низкие характеристики нервной системы 'низших' рас, развиты лучше, чем у представителей 'высших'. Эволюционное развитие интеллекта смещает все критерии в функционировании нервной системы, и простейшие ее функции постепенно замещаются эволюционно более 'продвинутыми'. Способности к анализу и синтезу постепенно вытесняют интуицию. Крупнейший немецкий расолог барон Эгон фон Эйкштедт (1892–1965) в фундаментальной монографии 'Расология и расовая история человечества' (1937–1943) уже во введении определенно формулировал: 'Морфологическая ориентация влечет за собой психологическую. Мы можем и должны искать расовые различия мозга в макроскопической структуре (абсолютная величина мозга в целом и его долей, расположение извилин и борозд) и в микроскопической структуре (вид, число, распространение и связи нервных клеток). Но вне нашего внимания не должна оставаться и возможность исследования: материальная производительная сила разных участков мозга, их химизм со всеми его движениями, напряжениями и расслаблениями, с термическими и электрическими явлениями и ритмами, короче, сама творческая сила мозга'. В соответствии со своими выводами Эйкштедт указывает на 'определенную инфантильную примитивность китайского мозга', что соотносится с целым рядом инфантильных черт как в строении тела, так и в психике китайцев. О других расовых группах он говорит еще определенней: 'Крайне примитивными, не имеющими ничего общего с мозгами европейцев, оказались мозги бушменов'. Замечательный польский антрополог Людвик Крживицкий (1859–1941) в монографии 'Антропология' (1901) дал следующий социокультурный вывод на основе расовых различий в строении нервной системы: 'Природа негритосов или бушменов показывает, что истинные антропологические духовные свойства являются тормозом для проявления более высших форм техники и вытекающих из них более сложных общественных отношений. Дикари — охотники в эмоциональном отношении не способны к оседлому или лучше сказать, к регулярному образу жизни. Они скорее все перемрут, чем свыкнутся с оседлой культурой, к которой не чувствуют ни малейшего влечения. Следовательно, расовые свойства преграждают им путь к культурно-техническому прогрессу и связанной с ним общественной эволюции. Причину различий у уровней развития цивилизаций следует искать, прежде всего, в расово-антропологической природе каждого народа. Вот она-то и кладет известный духовный отпечаток на общественную эволюцию, делает одни племена более воинственными, предприимчивыми или художественными, других — мирными, узкоутилитарными, трусливыми'. |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям