С. С. Полтырев, И. Т. Курцин Физиология пищеварения
|
|
Скачать 3.21 Mb.
|
|
Пищеварение при беременности и лактации Пищеварение при мышечной деятельности |
| Глава 10 ^ На собаках с изолированным желудочком по Павлову и с гастроэзофаготомией было установлено, что во время беременности происходит резкое угнетение секреторной деятельности желудка, особенно в период слож-порефлекторной фазы. Во время нормальной беременности у женщин наблюдаются значительные изменения в составе желудочного сока, главным образом за счет снижения кислотности и уменьшения переваривающей силы. Наиболее резкие изменения секреторного процесса отмечаются в первые месяцы беременности и за несколько недель до родов. Объектом экспериментальных исследований связи лактации и пищеварения, как правило, являются домашние животные, в частности козы. Опыты И. И. Грачева показали, что при механическом раздражении соска у коз происходит рефлекторное отрыгивание содержимого рубца и начинается вторичное пережевывание корма. Реакция обычно наступает быстро — через 3—15 с. Отмечено, что жвачный рефлекс, возникающий при механическом раздражении соска, очень стойкий: за 5—6 ч производилось до 75 раздражений с интервалами 3—5 мин, и при каждом из них наступала жвачка. Важно отметить, что на механическое раздражение соска жвачная реакция появлялась даже у голодных животных (после 5—6-суточного голодания), но при этом длительность реакции у голодных и накормленных животных неодинаковая, что указывает на важное значение исходного функционального состояния пищеварительного аппарата (С. С. Полтырев, И. П. Салмин). Доказательством наличия воспринимающей части рефлекторной дуги жвачного рефлекса с рецепторов соска и поверхности молочной железы служат опыты с новокаинизацией тканей соска и нижней части вымени козы. После проведенной инфильтрационной анестезии жвачный рефлекс полностью исчезал и восстановление его наступало только через 45—60 мин. Следовательно, поверхность молочной железы обладает периферическими чувствительными нервными окончаниями, которые трансформируют механическое раздражение в нервные импульсы; последние по афферентным путям передаются в центральную нервную систему, а затем по эфферентным путям к пищеварительному аппарату Наиболее достоверное подтверждение рефлекторного механизма связи между молочной железой и органами пищеварения дали опыты с денервацией вымени. После перерезки всех нервов, подходящих к молочной железе, в том числе и кожных, не удавалось вызывать жвачный рефлекс механическим раздражением денервированного соска. С другого интактного соска рефлекс продолжал воспроизводиться безотказно. У недоящихся овец механическое раздражение соска не вызывало жвачного рефлекса, так как такое воздействие было неадекватным. Сосание же ягненка сопровождалось появлением характерного жвачного рефлекса. Высказанное предположение, что при длительном доении овец механическое раздражение соска может быть стимулом для возникновения жвачного рефлекса, подтверждено экспериментом. Все это не оставляет сомнения в том, что между молочной железой и пищеварительным аппаратом существует тесная рефлекторная связь и, кроме того, акт сосания — стимул для усиления процессов пищеварения. Эту связь можно рассматривать как наследственно закрепленный рефлекс, вызванный внешними воздействиями у животных при акте сосания и доения. И. И. Грачеву удалось установить наличие натурального условного рефлекса у коз на тактильное радраже-ние рецепторов молочной железы. Следовательно, тактильное раздражение — условный сигнал безусловного механического раздражения. В дальнейшем было показано, что у животных можно образовывать условные рефлексы на индифферентные раздражители: звонок, свет электрической лампочки и др., а также на обстановку опыта. В опытах на полифистульных козах и кроликах было отмечено, что при раздражении рецепторов молочной железы происходит усиление сократительной деятельности всех отделов многокамерного желудка коз и желудка кроликов, при этом происходит усиление сокращений. После суточного голодания коз раздражение рецепторов соска стимулировало сокращения всех отделов сложного желудка. Даже на фоне атропинизации, обычно тормозящей сократительную функцию пищеварительного тракта, механическое раздражение соска способствовало восстановлению движений и как бы устраняло торможение, вызванное атропином. Установлено, что на основе безусловнорефлекторного влияния на двигательную деятельность желудка козы со стороны соска могут быть выработаны условные рефлексы. Обнаружена рефлекторная стимуляция не только двигательной деятельности сложного желудка, но и желчного пузыря. Больше того, механическое раздражение соска может усиливать секрецию желчи, стимулировать сокращения слепой кишки. Е. М. Федий отметил, что при доении у коров увеличивается скорость прохождения корма по желудочно-кишечному тракту. По данным П. В. Полетаева, раздражение рецепторов молочной железы у крольчих усиливает развитие пищеварительного аппарата. К. Т. Ташенов показал, что с наступлением лактации у коз возрастает секреция поджелудочного сока в 1,5 раза и удерживается на этом уровне в течение первой половины лактационного периода. В дальнейшем, по мере снижения секреции молока, уменьшается количество желчи и поджелудочного сока, а при прекращении лактации уровень секреции их снижается до уровня, характерного для нелактиру-ющих животных. Важно отметить, что наряду с количественными изменениями сокоотделения изменяется и содержание в соках плотных веществ, в том числе и электролитов. В поджелудочном соке повышается активность липазы. Проводить аналогию между лактацией и пищеварением у животных и человека нельзя; в частности, нет оснований отрицать, что и у женщин существует функциональная связь между молочными железами и органами пищеварения, осуществляемая рефлекторным путем. Если учесть, что для образования грудного молока в количествах, необходимых для вскармливания ребенка, женщине требуется повышенное питание, то использование организмом потребляемых продуктов возможно лишь при усиленной деятельности пищеварительных органов и прежде всего главных пищеварительных желез. Надо полагать, что еще до начала лактации между пищевым центром и центром лактации устанавливается определенная функциональная связь, от которой зависит в дальнейшем процесс молокообразования и повышенная способность пищеварительного тракта обеспечивать переваривание большего, чем обычно, количества потребляемой пищи лактирующей женщиной. Глава 11 ^ Физическая работа, являясь для организма одним из необходимых компонентов жизнедеятельности, играет в филогенезе важную роль, а на определенных его этапах— решающую. Установлено, что двигательная активность активизирует не только деятельность опорно-дви   гательного аппарата, но и воздействует на различные функциональные системы организма и обмен веществ. Механизм воздействия на внутренние органы и обменные процессы во многом объясняет теория моторно-висце-ральных рефлексов, созданная М. Р. Могендовичем. Согласно ей ведущая роль в осуществлении влияний со стороны опорно-двигательного аппарата на различные функции принадлежит нервной системе. Однако в последние годы установлено участие в этих влияниях и ряда желез внутренней секреции, в особенности гипофиз-адреналовой системы, щитовидной железы.Вопрос о влиянии мышечной работы на функции пищеварительного аппарата давно привлекал внимание физиологов и клиницистов. До того как классический павловский фистульный метод нашел применение в физиологической науке, неоднократно делались попытки выяснить влияние мышечных напряжений на работу органов пищеварения. Так, в конце XVIII в. Матвей Пекен указывал, что движение подкрепляет желудок, помогает перевариванию пищи. В XIX в. появились работы посвященные изучению влияния мышечной работы на процессы пищеварения. Исследователи вели наблюдения за продолжительностью пребывания пищи или воды в желудке собак, находившихся либо в состоянии относительного покоя, либо совершавших бег. Однако из-за несовершенства методических приемов полученные результаты были противоречивыми. Одни утверждали, что под влиянием физической нагрузки деятельность желудка ухудшается, другие отмечали, что пищеварение не зависит от выполнения животным мышечной работы, третьи находили усиление сокоотделения. С введением в практику экспериментальных исследований фистульного метода стало возможным получать достоверные данные о влияниях опорно-двигательного аппарата на различные функции пищеварительной системы и механизмах этих влияний. На фистульных собаках в условиях хронического эксперимента изучалось состояние большинства пищеварительных функций при двух основных видах мышечной деятельности: динамической (циклической) и статической. При этом учитывалось, что статические усилия по сравнению с динамическими более утомительны (А. Н. Крестовников). Влияние мышечной деятельности на секреторную и экскреторную функции главных пищеварительных желез Влияние мышечной деятельноти на работу слюнных желез у собак было изучено недостаточно. Только в условиях хронического эксперимента на собаках было проведено обстоятельное исследование слюноотделения при беге в третбане и установлено, что во время движения животного со скоростью 3 км/ч безусловная реакция слюнных желез угнетается. При движении со скоростью 5—6 км/ч было еще больше выражено снижение слюноотделения. Немало работ экспериментального характера посвящено изучению работы желудочных желез при мышечной деятельности. Однако первой работой, выполненной в лаборатории И. П. Павлова в 1905 г. с целью изучения влияния мышечной работы на деятельность желудка, была работа И. С. Кадыгробова. В его исследованиях нагрузкой служила перевозка животным тележки с грузом около 5 и 10 кг. За шестичасовой опыт собака проходила с грузом расстояние в 7,5 км. Работа чаще выполнялась до кормления, а в некоторых опытах сразу после еды. Было установлено, что мышечная работа, выполнявшаяся животным до кормления, не оказывала заметного влияния на желудочную секрецию. Аналогичная ей физическая работа, выполненная непосредственно после кормления, тормозила сокоотделение в желудке в первые часы секреторного периода и повышала интенсивность секреции желудочного сока в последующие часы. Представляет интерес указание автора на то, что у животного по мере адаптации к физической работе изменения в деятельности желудка постепенно сглаживались, достигая затем нормы. У собаки, выполнявшей мышечную работу, эвакуация пищи из желудка в двенадцатиперстную кишку происходила ускоренно. В дальнейшем многие исследователи наблюдали у собак торможение желудочной секреции при перевозке груза массой 3 кг. Уменьшалось количество отделяемого на мясо и либиховский экстракт желудочного сока и снижалась его кислотность. При прогулке животного без груза в течение 2—6 ч также происходило снижение сокоотделения, но в меньшей мере. Было выяснено,     что секреция желудочных желез у собак при выполнении легкой и тяжелой работы изменяется по-разному: легкая работа (перевозка груза массой 20 кг в течение 15 мин) вызывала усиление желудочной секреции и переваривающей способности желудочного сока на мясо и молоко, по при этом на молоко секреторный период не сокращался, а на мясо и хлеб уменьшался. Более тяжелая работа (перевозка груза массой 25 кг в течение 25—30 мин) вызывала снижение количества, кислотности и переваривающей силы желудочного сока на мясо и хлеб, на молоко же переваривающая сила была высокой.В опытах, проведенных на трех фистульных собаках, которые получали мышечную нагрузку в виде бега в третбане в течение 30 минут (за этот период животное пробегало 6,4 км), было установлено, что мышечная работа, выполненная после кормления, полностью уничтожает рефлекторную фазу желудочной секреции и значительно тормозит химическую. Мышечная работа, производимая перед кормлением, заметного влияния на динамику желудочной секреции не оказывает. Экспериментально установлено, что изменения секреторной функции желудка находятся в прямой зависимости от интенсивности мышечной работы и ее продолжительности (Т. И. Свистун). Так, движения собак в третбане со скоростью 3,0—3,5 км/ч вскоре после кормления вызывали угнетение желудочной секреции в первую фазу секреторного процесса, во вторую фазу она не изменялась. При скорости 5—8 км/ч угнетение желез желудка проявлялось в обе фазы. Мышечная нагрузка, даваемая за 1 ч до приема корма, не только не угнетала, но в ряде случаев даже повышала желудочную секрецию при указанных скоростях бега. Исследованиями было показано, что под влиянием статических нагрузок, заключавшихся в удержании собакой на спине груза, равного половине массы тела животного (5 мин работы чередовались трехминутными периодами покоя), функция желудочных желез существенно изменялась: наблюдалось угнетение сокоотделения в случаях, когда нагрузка применялась сразу же после кормления, на фоне начавшейся желудочной секреции, если она предшествовала кормлению, и заканчивалась за 30 мин до него. Торможение проявлялось как в первую, так и во вторую фазу секреторного процесса. После снятия груза количество сока возрастало и повышалась его кислотность. Проведенное сопоставление влияния десятиминутной статической (0,5 кг на 1 кг массы тела животного) и динамической нагрузок (трехминутный бег в третбане со скоростью 7—15 км/ч) показало, что у животного наблюдалось торможение секреции желудочного сока. Учитывая, что в практической деятельности человека могут иметь место перегрузки, и в том числе статические, необходимо было изучить в условиях хронического эксперимента влияние статических нагрузок значительной интенсивности и длительности на основные функции желудка и раскрыть механизм их. С этой целью Т. Н. Хрусталевой были проведены опыты на фистульных собаках. При ежедневном применении статических нагрузок в течение 2 ч на протяжении от одного до четырех месяцев неизменно наблюдалось торможение секреции желудочного сока в обе фазы секреторного процесса, причем с увеличением нагрузки с 50 до 150% от массы тела животного степень выраженности угнетения возрастала. Одним из проявлений секреторных расстройств являлась также диссоциация между разными компонентами секреторного процесса (количество сока, его кислотность и переваривающая сила). Было установлено, что предшествующее двухнедельное применение статической нагрузки, равной 50% от массы тела, несколько ослабляло отрицательное влияние 100 и 150%-ной нагрузок, но полностью его не устраняло. В результате длительного применения больших статических нагрузок, как показали гистологические исследования, в желудке развивались патоморфологичес-кие изменения дистрофического характера. Возможно, этим было обусловлено то, что измененная желудочная секреция стойко удерживалась и после прекращения опытов с нагрузками. В некоторых случаях желудочная секреция не достигала фоновых данных и спустя гри месяца после прекращения опытов. Л. А. Шитовым было показано, что статические нагрузки (равные 100 и 150% от массы тела животного), использованные в опытах с изучением их влияния на работу желудочных желез, вызывали характерные признаки перенапряжения сердца. Следовательно, статическое перенапряжение обусловливает функционально-морфологические изменения не только в желудке, но и в сердце.  Функция поджелудочной железы исследовалась у собак при выполнении ими динамической работы. Было выяснено, что после тяжелой работы по перевозке груза в 20 кг в течение 1,5 ч у животного происходила задержка секреции поджелудочного сока. Это обнаруживалось в первые 30 мин после еды хлеба и мяса, а после еды масла уменьшалось общее количество сока.Содержание ферментов понижалось после еды хлеба и молока и не изменялось после мяса. Легкая работа (перевозка того же груза в течение 30 мин) не вызывала изменений сокоотделения при еде молока и мяса, при еде хлеба секреция повышалась в первый час, а при еде масла — за весь секреторный период. Наблюдавшееся торможение могло быть обусловлено понижением сокоотделения в желудке и соответственно меньшим поступлением в кишечник кислого желудочного сока — возбудителя поджелудочной секреции. Надо отметить, что не исключалось и непосредственное тормозящее влияние мышечного напряжения на внешнесекре-торную функцию поджелудочной железы. У собак с хронической фистулой протока поджелудочной железы наблюдалось при беге в третбане со скоростью 3—3,5 км/ч усиление поджелудочной секреции, несмотря на то, что при той же нагрузке желудочная секреция снижалась. Наряду с увеличением количества отделяемого сока повышались его щелочные резервы и липолитическая активность. Активность амилазы и трипсина не изменялась. Увеличение скорости до 5,5—6 км/ч приводило, наоборот, к угнетению секреции на пищевые вещества при одновременном снижении щелочных резервов в соке. Вместе с тем концентрация ферментов не изменялась. Влияние мышечной деятельности на желчеотделение у собак изучено недостаточно. Выяснено, что мышечная работа, произведенная сразу после еды, вызывает у собак снижение желчеотделения, причем установлена зависимость степени выраженности торможения отделения желчи от скорости бега: чем больше скорость, тем сильнее выражено угнетение. Исследования показали, что в отделяемой желчи снижалось содержание кислот, пигментов и плотного остатка преимущественно за счет органических веществ. Выход желчи в двенадцатиперстную кишку на основные пищевые вещества во время движения собаки в третбане изменялся в зависимости от характера пищи. Влияние мышечной деятельности па секреторную функцию кишечных желез также мало изучено. Известно лишь, что в отличие от желудочных желез при движении собак в третбане происходит усиление сокоотделения, вызываемого как механическим раздражением изолированной петли кишки, так и химическим. Усиление секреции отмечается у голодного (периодическая голодная секреция) животного и накормленного. При статических нагрузках наряду с усилением секреции происходит повышение ферментативной активности кишечного сока. О вопросе экскреторной функции желудочных желез известно мало. При непродолжительном, но интенсивном беге собаки в третбане содержание в желудочном соке продуктов азотистого обмена (аммиака, мочевины) увеличивается. Усиление экскреции наблюдается и в случае применения динамических нагрузок через час и сразу после кормления. Повышенное содержание мочевины в желудочном соке обнаружено у собак и при статических напряжениях. Существует некоторая зависимость между изменениями секреторной и экскреторной деятельностью пищеварительных желез при выполнении мышечных нагрузок динамического характера. Следовательно, железы желудка (в условиях мышечной работы) выделяют продукты азотистого обмена более интенсивно, чем в состоянии покоя. Этим самым они до известной степени облегчают экскреторную функцию почек. Влияние мышечной деятельности на двигательную функцию желудочно-кишечного тракта. Динамическая работа оказывает существенное влияние на двигательную функцию желудка. Известно, что ограничение двигательной активности ослабляет секреторную и двигательную функции пищеварительного аппарата. Так, М. Р. Могендовичем с сотрудниками изучалась периодическая моторика желудка в условиях иммобилизации конечности у собаки и было установлено, что наложенная на 6—13 дней гипсовая повязка с первого же дня вызвала изменения в периодической дея    тельности желудка. После снятия повязки голодная периодическая деятельность желудка постепенно возвращалась к исходному состоянию. Исследования показали, что чем длительнее продолжалась иммобилизация конечности, тем меньшими функциональными сдвигами она сопровождалась. Это указывает на происходившую адаптацию к длительному воздействию иммобилизации.В опытах на собаках было показано, что бег животного в топчаке сразу после введения бульона угнетал моторику желудка. Если же бег происходил через 5— 8 мин после введения пищи, то тормозящее действие заметно ослаблялось. Статическое напряжение, вызываемое грузом 4— 12 кг, наложенным на спину на 10—20 мин, вызывало у собак угнетение периодики желудка. Однако иногда происходило усиление моторики. У собак при беге в третбане со скоростью 3,5—5,5 км/ч период работы укорачивался за счет уменьшения количества отдельных сокращений; при быстром передвижении животного (до 8 км/ч) наступали более резкие изменения периодики. Тонус желудка при обеих скоростях бега повышался. При применении статической нагрузки (равной 50% от массы тела) в течение 1 ч с перерывами, приуроченной к началу периода голодных сокращений, происходило угнетение их, которое сохранялось и во втором периоде сокращений, когда груз был снят. Лишь в отдельных опытах первоначальное торможение сменялось усилением сокращений. Десятиминутное удержание груза (равного массе тела животного), примененное в начале периода голодных сокращений, угнетало их, но после прекращения действия статической нагрузки они появлялись вновь. Менее выраженное угнетение вызывало часовое применение статической нагрузки. В опытах с динамической нагрузкой (бег в третбане со скоростью 3—3,5 и 5,5—7,5 км/ч) также наблюдалось торможение периодической деятельности желудка. При статических нагрузках большей продолжительности (в течение 2 ч) и большей интенсивности (100 и 150% от массы тела) у собак наблюдается извращение кривых голодных сокращений желудка, изменения продолжительности периодов работы и относительного покоя. Изменения тонуса стенки желудка под влиянием этих нагрузок отражается и на сроках опорожнения желудка. Показано, что бег в третбане тормозит эвакуацию содержимого из желудка в двенадцатиперстную кишку. Вместе с тем эффект зависит не только от величины нагрузки и скармливаемой пищи, но и от времени начала бега. Если он предшествовал кормлению, то задержка эвакуации была менее длительная, чем после кормления. Изменения эвакуации вызывали и статические нагрузки. При нагрузке в 2—4 кг опорожнение желудка происходило ускоренно, а при 10 кг в начале эвакуация задерживалась, а затем ускорялась. Следует отметить, что между увеличением нагрузки и усилением эвакуации пропорциональная зависимость отсутствует. Статические нагрузки, равные 100 и 150% от массы тела, замедляют эвакуацию из желудка 2%-ного раствора крахмала и 0,25%-ного раствора соляной кислоты, однако в тех случаях, когда применению этих нагрузок предшествовала тренировка нагрузками, равными 50% от массы тела, задержка эвакуации была менее выражена. Этот факт указывает на возможность проявления адаптации к большим нагрузкам. В 70-х годах XX в. было показано, что под влиянием больших статических нагрузок (100 и 150% от массы тела) изменяется двигательная деятельность не только желудка, но и тонкого кишечника. Как правило, у собак отмечается торможение моторики тонкой кишки. Было высказано предположение, что в условиях усиленного отделения кишечного сока, вызываемого действием больших нагрузок, и повышенного содержания в нем кишечных ферментов замедление моторики можно рассматривать как приспособительную реакцию, способствующую более полному всасыванию в тонкой кишке продуктов переваривания пищи. Таким образом, мышечное напряжение статического и динамического характера оказывает существенное влияние на двигательную деятельность желудка и тонкой кишки как у голодного животного, так и накормленного. Под влиянием мышечных нагрузок изменяется не только голодная периодика, эвакуаторная деятельность желудка, но и процесс всасывания в кишечнике. Е. С. Лондон и Н. Кочнева наблюдали снижение всасывания в кишечнике аминокислот и полипептидов у ангиостомированных собак, перетаскивающих тележку в течение 30 мин. Изменения скорости всасывания в желудке и кишечнике у собак отмечали многие исследова  теля. При беге в третбане со скоростью 5,5 км/ч в течение 30 мин у собак усиливалось всасывание в тонкой кишке глюкозы; при беге с той же скоростью в течение 2 ч всасывание угнеталось. Следовательно, характер изменения интенсивности всасывания зависит от величины мышечного напряжения.Усиление всасывания жира (0,5 мл меченого 131I триолеина в оливковом масле) было установлено у крыс при плавании в течение 40—180 мин. Под влиянием статической нагрузки, равной 0,5 кг на 1 кг массы тела собак и продолжительности ее действия в течение 1 ч с интервалами (10 мин нагрузка и 5 мин отдых), было установлено усиление всасывания глицина и снижение всасывания глюкозы в желудке. На всасывание воды данная нагрузка влияния не оказывала. С увеличением ее (0,75—1,5 кг/кг) происходило угнетение всасывания глицина и глюкозы, но при этом всасывание воды по-прежнему не изменялось. Более резко был выражен эффект при беге собак со скоростью 13,5 км/ч. Однако со снижением скорости до 7,5 км/ч стимулирующий эффект снижался. Отмечено, что повышение всасывания имело место только во время бега, а спустя 1 ч после прекращения его интенсивность возвращалась к исходному уровню. Статические нагрузки, равные 50—75% от массы тела животного, не оказывали влияния на скорость всасывания в тонкой кишке глицина и 1%-ного раствора поваренной соли; при большей нагрузке (100—150% ОТ массы тела) уровень резорбции резко снижался. При статических нагрузках, равных 50 и 75% от массы тела, несколько усиливалась резорбция в тонкой кишке глюкозы и воды, а при большой нагрузке (100 и 150%) происходило выраженное угнетение всасывания этих веществ. Эффект удерживался некоторое время и после снятия груза. Подтверждением того, что реакция со стороны всасывательного аппарата неодинакова в зависимости от применяемых веществ, было следующее наблюдение. Во время движения животного в третбане со скоростью 3 км/ч увеличивалось всасывание в тонкой кишке собак воды из растворов глюкозы и аминокислот, возрастало всасывание и самой глюкозы. Что же касалось всасывания самих аминокислот, то оно или не изменялось, или даже угнеталось. Механизмы влияния мышечных нагрузок на функции желудочно-кишечного тракта. Предположения относительно механизма влияний физических напряжений высказывались давно, но далеко не все получили в дальнейшем подтверждение. Так, И. С. Кадыгробов связывал увеличение секреции в 4—5-е часы опыта с нагрузкой, с повышением у животного аппетита, а уменьшение секреции в желудке он объяснял обеднением организма водой в связи с усиленным потреблением ее работающими мышцами. Изменения желудочной секреции он пытался объяснить сдвигами в эвакуации содержимого из желудка в двенадцатиперстную кишку. Видя несостоятельность подобных предположений, И. П. Павлов в 1905 г. указал па то, что вопрос о причине извращения отделения желудочного сока при мускульной работе остается невыясненным. Высказывалось предположение, что изменения секреторной деятельности желудка зависят oт накопления и организме при мышечной работе молочной и угольной кислот, изменениями температуры тела и пр. Некоторые придавали большое значение происходящей анемизации внутренних органов вследствие усиленного кровоснабжения работающих мышц. Конечно, нельзя отрицать влияния указанных факторов па работу желудочных желез при мышечной деятельности, но нельзя также их переоценивать. Как показали исследования последних лет, главная роль в осуществлении влияний мышечных напряжений на работу органов пищеварения принадлежит нервной системе и железам внутренней секреции. С тех пор, когда было установлено наличие в скелетных мышцах, сухожилиях, связках, суставах проприоре-цепторов, возбуждаемых во время двигательных актов, стал понятен рефлекторный механизм влияний мышечной деятельности на различные стороны жизнедеятельности организма. Как выяснилось, возникающие в проприоре-цепторах импульсы при осуществлении двигательных актов направляются затем по афферентным путям в центральную нервную систему, в том числе и в кору головного мозга, а оттуда после соответствующего анализа они посылаются в различные органы и системы организма. Эги рефлексы были названы М. Р. Могендовичем моторно-висцеральными. Физическая работа оказывает влияние на железы желудка через вагус и симпатикус. При мышечных нагрузках тормозные влияния передаются в основном по вагу-су, а стимулирующие — по симпатикусу (Т. И. Свистун). Это, в частности, обусловливает угнетение первой и усиление второй фазы секреции желудочного сока при беге животного в третбане с небольшой скоростью (3—3,5 км/ч). Однако в механизме влияния мышечной работы ведущая роль принадлежит коре головного мозга. Установлено, что физическая работа изменяет функциональное состояние мозговой коры. Так, при беге в третбане с указанной выше скоростью у собак происходит усиление раздражительного процесса и ослабление тормозного. Через 4—6 месяцев тормозной процесс восстанавливается, но при этом возбудимость корковых клеток во время бега остается в течение продолжительного времени повышенной. При большей скорости бега (5—6 км/ч) возбудимость коры головного мозга понижается. Произведенный Т. Н. Хрусталевой анализ механизма влияний больших статических нагрузок на работу желудочных желез показал, что выключение парасимпатической иннервации желудка (собаки с гей-денгайновским желудочком) не устраняет возможности проявления тормозного влияния статических нагрузок, равных 100 и 150% от массы тела животного. Вместе с тем тормозное влияние менее выражено, чем у собак с павловским желудочком при тех же нагрузках. Следовательно, тормозные влияния осуществляются на железы желудка в основном через вагус. Интересные данные получены в опытах на собаках . с полностью де-нервированным желудочком по Грегори. Опыты показали, что и после полной денервации изолированного желудочка большие статические нагрузки продолжают оказывать влияние на работу желудочных желез, однако тормозной эффект выражен слабее, а при нагрузке 150% от массы тела он не только отсутствовал, но наблюдалось даже его стимулирующее влияние. Все эти данные позволили предположить, что в денервированнои желудочке реакция желудочных желез осуществляется не рефлекторным путем, а гуморальным. Это предположение получило подтверждение в опытах на собаках с удаленными щитовидной железой и одним надпочечником и денерви-рованным другим надпочечником. Так, у собак с интакт-ной щитовидной железой статические нагрузки, равные 100 и 150% от массы тела, резко снижали сокоотделение в желудке в 1—4-е часы секреторного периода, у собак с удаленной щитовидной железой во время 1-го часа стояния с грузом торможение почти отсутствовало, а во время 2-го часа и особенно 3—4-го часов секреция значительно возрастала. Следовательно, после выключения щитовидной железы в основном устранялось тормозное влияние статических нагрузок на желудочную секрецию в первую фазу секреторного процесса. По-видимому, в развитии торможения желудочной секреции при больших статических нагрузках принимает участие щитовидная железа. На собаках с одним денервированным и другим удаленным надпочечником большие нагрузки не только не проявляли обычного тормозящего влияния на железы желудка, но, наоборот, оказывали стимулирующее действие. Следовательно, в развитии торможения участвовала не только щитовидная железа, но и надпочечники. Произведенный фармакологический анализ с использованием дигидроэрготоксина, карбахолина, бензогексония, аминазина, фенамина показал, что характер реакции желудочных желез на фоне измененного функционального состояния разных отделов центральной нервной системы был иным, чем у собак с ненарушенным функциональным состоянием нервной системы. Этот результат подчеркивает важное значение исходного состояния нервной системы в формировании реакции на действие больших статических нагрузок. Большие статические нагрузки вызывали изменения кишечной секреции, причем не только в интактной изолированной петле тощей кишки, но и в денервированнои. В опытах на животных с двумя изолированными петлями кишок, с одной интактной и другой денервированной, было установлено однонаправленное изменение секреции— усиление сокоотделения. Отличие состояло лишь в том, что из денервированной петли увеличение секреции было менее выраженным, чем из интактной. Такое различие в реакции можно объяснить тем, что на денервиро-ванную петлю кишки статические нагрузки действуют гуморальным путем, а, как известно, денервированные ткани обладают повышенной чувствительностью к химическим агентам, в том числе и гормонам. Интересные данные получены в опытах на собаках с применением индерала — блокатора α-адренорецепторов. Индерал вызывал торможение секреторной функции же  лудка на пищевые вещества при нормальном состоянии желудочной секреции. На фоне же низких исходных показателей желудочной секреции и повышенной пищевой возбудимости эффект был противоположным. Этот факт еще раз подчеркивает значение исходного состояния в реакции на то или иное воздействие.Участие нервной системы в осуществлении влияния мышечных нагрузок на всасывательную деятельность тонкой кишки было выявлено в специально проведенных опытах. При статической нагрузке, равной 100% от массы тела, у собак наблюдалось угнетение всасывания глюкозы в тонкой кишке в течение 34 дней после перерезки больших чревных нервов. Этот факт указывает на то, что тормозное влияние на кишечные железы осуществляется через блуждающие нервы. Двусторонняя перерезка чревных нервов устраняла стимулирующее влияние бега в третбане на процесс всасывания в желудке. Такой же эффект наблюдался и при блокаде вегетативных ганглиев тетамоном U. Поддиафрагмальная перерезка вагусов или перерезка серозно-мышечного мостика между большим и маленьким желудочками не устраняли стимулирующего влияния бега на всасывание в изолированном желудочке. Неодинаковое влияние бег оказывал на всасывание в желудке у собак с измененнным бромом и кофеином функциональным состоянием: при бромировании всасывание в покое снижалось, а во время бега — нормализовалось; на фоне применения кофеи-па бег угнетал всасывание в желудке глицина и глюкозы. Выяснено, что задержка эвакуации из желудка в двенадцатиперстную кишку при движении животного обусловлена усилением кислотного рефлекса. Однако оно может быть обусловлено и рефлекторным повышением тонуса гладких мышц желудка и двенадцатиперстной кишки. Об участии коры головного мозга в осуществлении влияний мышечных нагрузок на органы пищеварения свидетельствуют следующие данные: в процессе многократного проведения опытов со статическими нагрузками у собак вырабатывался условный рефлекс на обстановку опыта. При повторных применениях статических нагрузок возникало условнорефлекторное торможение голодных сокращений. Вопрос о влиянии мышечной работы на функции органов пищеварения у человека изучен недостаточно. В опытах, проведенных па человеке после длительной ходьбы или упражнений со штангой, было выявлено угнетение слюноотделения на пищевые раздражители. После работы снижался рН слюны. Исследования, проведенные па 18 здоровых людях с целью выяснения влияния статической и динамической работы на безусловнорефлекторное слюноотделение, показали, что под влиянием работы руки тормозится слюноотделение в среднем на 18—22%, в то время как общая статическая нагрузка (удержание груза массой 8 кг за плечами) стимулировала отделение слюны, причем в среднем па 22%. По мнению исследователей, противоположный эффект зависел от того, что напряженно работающая группа мышц руки индуцирует торможение на центр слюноотделения, тогда как статическое напряжение большого количества мышц, поддерживающих акт стояния с небольшим грузом, вызывает иррадиацию возбуждения, распространяющегося и на центр слюноотделения (М. Р. Могендович и др.). Изучение функций желудка у человека при выполнении мышечной деятельности привлекло внимание многих исследователей. Во всех работах отмечается, что мышечная деятельность изменяет функциональное состояние желудочных желез, но при этом одни исследователи указывают на ее угнетающее влияние на секрецию желудочного сока, другие — на стимулирующее, а третьи — угнетающее и стимулирующее влияния. Различный эффект, который наблюдали исследователи даже при действии одного и того же мышечного напряжения, мог зависеть от ряда причин и, в частности, от неоднотиппости методик исследования, небольшого числа испытуемых и определения чаще всего в составе желудочного сока только соляной кислоты. Особый интерес представляет вопрос об особенностях функций желудка у людей, систематически занимающихся спортом. Уманский исследовал у 159 спортсменов кислотность и переваривающую способность желудочного сока и при этом установил, что средние показатели кислотообразующей функции желудка у спортсменов разных специальностей были в пределах нормы. Различий, связанных со спортивной специализацией, в экскреции пепсиногена с мочой не было обнаружено. Эти выводы носят сугубо ориентировочный характер, так как были использованы косвенные методы определения кислотообразующей и ферментовыделительной функций желудка. Фракционным зондированием секреторную деятельность желудка у людей изучали многие исследователи. Так, Г. Н. Пропастин у большинства из 26 спортсменов выявил более высокие показатели кислотообразующей и ферментовыделительной функций желудка, чем у здоровых людей, но не занимающихся спортом. Однако полученные цифры не выходят за пределы нормы. Повышенные показатели, по мнению автора, — следствие систематического применения физических нагрузок. Обнаружены существенные различия в реакции секреторного аппарата желудка на нагрузку у спортсменов и лиц, не занимающихся спортом. После 20—25-минутной гигиенической гимнастики у спортсменов в обе фазы секреторного процесса изменения в кислотообразующей и ферментовыделительной функциях отсутствовали, в то время как у лиц, не занимающихся спортом, было отмечено угнетение, причем преимущественно в первую фазу секреторного процесса. Бег в умеренном темпе в течение 40—60 мин у незанимавшихся спортом снижал в обе фазы объем выделяемого сока, а также качественные его показатели: у спортсменов, несмотря на то, что за этот период времени они пробегали значительно большую дистанцию (10—15 км вместо 8 км), угнетение имело место только в первую фазу. Г. Н. Пропастин вполне обоснованно объясняет различие в реакции желудочных желез на нагрузку разным уровнем адаптации испытуемых к мышечному напряжению. А. А. Плешаковым исследовались особенности желудочной секреции у 423 человек, из них 390 были спортсменами в возрасте 18—22 лет. В результате проведенных исследований им установлено, что занятия спортом изменяют секреторную деятельность желудочных желез, направленность и уровень сдвигов зависят от специализации, квалификации, стажа и возраста спортсменов. Различия в объеме секрета, содержании в нем соляной кислоты, хлоридов, пепсиногена, натрия и калия были обнаружены как при исследовании в покое, так и при мышечной деятельности (дозированная нагрузка) и выявлены в базальной и в меньшей мере в стимулированной секреции. Наиболее выраженная гиперфункция наблюдалась у велосипедистов, лыжников, конькобежцев. Одним из проявлений адаптации желудочных желез к мышечным нагрузкам является увеличение их устойчивости к ней, причем уровень ее растет вместе с ростом тренированности спортсменов. Установлено, что менее частым вариантом адаптации является гипофункция желудочных желез, при этом она характерна для спортсменов, организм которых часто подвергается обезвоживанию в результате потери массы (например, у борцов, боксеров, штангистов). В механизме регуляции секреторной деятельности желез желудка в условиях мышечной деятельности участвуют нервные и гуморальные факторы. Фармакологическое выключение парасимпатических и симпатических влияний, усиление симпатических влияний в условиях дозированной нагрузки показали, что устойчивость секреторной функции желудка к мышечным напряжениям, ее стимуляция обеспечиваются комплексом парасимпатических и симпатических влияний. Парасимпатикус обеспечивает регуляцию базальной и стимулированной секреции, а симпатикус оказывает влияние преимущественно па стимулированную секрецию. Среди эндокринных желез важное значение имеет кора надпочечников. |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям