I. трудная жизненная ситуация как научная проблема
|
|
Скачать 5.05 Mb.
|
|
^ И.С. Чеботарева, г.Новомосковск Трудную жизненную ситуацию можно рассматривать как стрессовую, тогда о ее преодолении следует говорить в терминах теории стресса и копинга Р.Лазаруса. Трудными для личности является периоды выбора, выстраивания новых стратегий поведения, и особенно – периоды скрытых конфликтов, истощающих нервную систему. Семейная жизнь представляет собой ряд биологически и социально обусловленных кризисов, в случае успешного преодоления которых семейная система совершенствуется, а неудача обращается скрытым конфликтом, отягощающим последующие кризисы. Э.Эйдемиллер говорит в связи с этим о четырех группах нарушений семейного фунционирования, вызывающих психотравмы: семейная тревога; чувство вины, связанное с семьей; непосильное физическое и нервно-психическое напряжение, состояние глобальной семейной неудовлетворенности. В каждой семье существуют негласные правила ролевого поведения. И, вступая в брак, молодые люди, часто неосознанно, переносят эти правила на свою новую семью. Так как маловероятно, что правила полностью совпадают, супруги болезненно реагируют на их «нарушения» и каждый пытается заставить другого измениться. Если мы не можем заставить партнера поступить так, как нужно нам, то члены семьи: 1) идут на уступки. Люди при этом спаяны взаимными уступками и не замечают многих вещей в семье. При этом тревога из-за «неподобающего поведения» партнера сохраняется, и чтобы ее погасить, используются различные формы бегства: в работу, в болезнь и т.д.; 2) бунтуют. Это выглядит стремлением к независимости. Часто бунт проявляется как прием алкоголя и наркотиков, уход из дома. Своих целей при этом у человека нет, он бунтует против целей другого члена семьи, обладающего большим авторитетом, что помогает ему избежать независимости; 3) нападают на партнера (нападающий винит окружающих в своих неудачах). Если оба супруга – нападающие, то их совместная жизнь – постоянная битва. Каждый хочет и требует, чтобы другой изменился первым; 4) происходит разрыв. Подросток уходит из дома, дочь «выскакивает» замуж, партнеры расстаются или проживают вместе, как чужие – во всех случаях происходит разрыв эмоциональных отношений. Как часто, увы, люди больше интересуются тем, что скажут окружающие, чем своими собственными целями. Семья, члены которой ориентированы на цели, тоже считается с мнением окружающих, но сохраняет свою независимость. Личность, ориентированная на отношения, менее эмоционально зрелая. Такие люди не могут прийти к выводу самостоятельно и постоянно обращаются за помощью к авторитетным лицам или своим референтным группам. Это естественно для подростков, но для взрослых, семейных людей уже неадекватно. Постоянное выяснение отношений приводит к тому, что семья «увязает» в них и забывает о своих целях. Основная цель вступления в брак – потребность иметь и воспитывать детей, а для этого необходимо не только желание, материальная база и знания. Именно на отсутствие духовности у индивидуума как одну из основных причин алкоголизма и наркомании указывали многие исследователи (В.Д.Менделевич, Н. Пезешкиан). Наша психокоррекционная программа включает обсуждение психологом с семейной парой или расширенной семьей ролевых ожиданий супругов, личных целей партнеров и семейных целей, возможностей их сочетания друг с другом. При необходимости индивидуально с каждым супругом прорабатывались различные аспекты сексуальной стороны брака. Затем следует коммуникативный тренинг, в котором вводятся основные понятия НЛП. В начальные периоды психокоррекции (2 – 3 недели) для самостоятельной работы членам семьи предлагается ежедневно выполнять упражнение для отработки поведения в браке, направленное на отслеживание поведения партнеров в браке и позитивное подкрепление желаемого поведения (Г. Фенстерхейм, Дж. Бэйер). Когда кризис преодолен, членов семьи знакомят с техникой проведения семейных советов (Н. Пезешкиан), отработка которой происходит на заключительных этапах коммуникативного тренинга. Из 28 супружеских пар, воспользовавшихся этой психокоррекционной программой, 27 сохранили брак. Тестирование по методике «конструктивно-деструктивная семья» (Эйдемиллер, Юстицкий, 1980), проведенное на момент обращения за помощью и год спустя выявило статистически значимые улучшения по трем из 4-х субшкал: снизился уровень фрустрации и отчуждения, возросло количество информации о других членах семьи. Методика «наивная семейная психология» (Э. Эйдемиллер, В. Юстицкий) выявила значительное изменение ролевых ожиданий супругов, снизилась вероятность агрессивного поведения (тест «руки» Вагнера). ^ умственно-отсталых школьников Р.В. Козьяков, г.Тула У большинства умственно-отсталых подростков имеется недостаточность эмоциональной чувствительности к психическим состояниям других лиц, недоразвитие эмпатии и, как следствие, беспомощность в межличностных отношениях, неспособность почувствовать душевное состояние другого человека, понять свое место в системе человеческих взаимоотношений. Под межличностными отношениями мы, вслед за В.Н. Кунициной понимаем систему установок, ориентаций и ожиданий членов группы относительно друг друга, обусловленных содержанием и организацией совместной деятельности и ценностями, на которых основывается общение людей. Д.Н.Исаев при характеристике межличностных отношений указывает следующее: «Поведение умственно-отсталых юношей не целенаправлено. Исходный мотив сохраняется, но утрачивается волевой контроль поведения. Осознание и интерпретация цели, а также выбор форм реагирования происходят различно. Их частые экстрапунитивные реакции могут истолковываться как психоподобное поведение. Разные варианты психологической защиты: уход, вытеснение, избегание, избегание позволяют подросткам существовать в разных ролях и разных кругах общения». Под нашим руководством было проведено исследование межличностных отношений умственно-отсталых юношей МС(К)ОУ-ОШ VIII вида №35 г. Тулы (в исследовании участвовало 13 человек учащихся 10 класса). В исследовании использовалась социометрическая методика Я.Л. Коломинского. Результаты социометрического исследования показали, что в данной группе не все в порядке в системе межличностных отношений, о чем свидетельствует большое суммарное количество отрицательных выборов полученных испытуемыми. Это еще лишний раз убеждает в необходимости проведения коррекционно-развивающей работы для оптимизации межличностных отношений. Для оптимизации межличностных отношений была разработана коррекционно-развивающая программа, представляющая собой цикл социально-психологических тренингов, основными задачами которой явились: овладение определенными социально-психологическими знаниями; изучение и овладение индивидуальными приемами межличностного взаимодействия для повышения его эффективности; коррекция личностных качеств и умений, снятие барьеров мешающих реальным и продуктивным взаимодействиям. После проведенной работы было организовано повторное исследование показавшее, что при общем неизменном количестве общих выборов произошло снижение отрицательных выборов с 19 на констатирующем до 4 на контрольном этапе эксперимента у одного испытуемого, а также положительная динамика наблюдалась и других испытуемых. На основе опросов учащихся, можно констатировать, что проведенная коррекционно-развивающая программа помогла им преодолевать жизненные трудности возникающие на их жизненном пути. Из выше сказанного можно сделать вывод, что оптимизация межличностных отношений помогает преодолевать значительную часть жизненных трудностей возникающих в жизни умственно отсталых юношей. ^ ПРИ СОЦИАЛЬНО-СТРЕССОВЫХ РАССТРОЙСТВАХ ЛИЧНОСТИ Е.М.Фильковская, г. Сергив Посад По современным представлениям социально-стрессовые расстройства личности включают расстройства поведения в условиях истощения адаптационных резервов. Такие ситуации нередко складываются в семьях, уклад жизнедеятельности которых характеризуется необходимостью вынужденного терпения. Как правило, это совпадает или является следствием кризисных переживаний в семье по поводу утраты социальных перспектив, в связи с проблемными и длительно продолжающимися проблемами взаимоотношений членов семьи и т.д. Под наблюдением находилось 36 дисфункциональных семей в г. Новосибирске, в которых длительное время отмечались проблемы и трудности близкородственных отношений. Прежде всего, это были конфликты и ссоры, финансовые разногласия, неудовлетворенные потребности и ожидания супругов. В результате исследования установлено, что трудные психические состояния в таких семьях очень часто достигали уровня чрезвычайного напряжения, которое ранее именовалось семейно-стрессовым напряжением. Однако в настоящее время в связи с классификацией Ю.А.Александровского такие периоды кризисного напряжения в семьях необходимо относить к расстройствам поведения по типу социально-стрессовых расстройств личности. В структуре таких социально-стрессовых расстройств преобладали экзогенные депрессии и астено-невротические состояния. Особую опасность представляли «замаскированные» депрессии, которые в большинстве случаев сопровождались вспышками гнева и гетероагрессии кого-либо из супругов. Установлено, что такие депрессии чаще всего встречаются среди женщин со слабым типом нервной системы, несколько инфантильных и недостаточно зрелых в социальном отношении. Среди женщин, которые имели самодостаточное развитие личности и занимали стабильное социальное положение, в ответ на обострение отношений в семье отмечался феномен психической саморегуляции поведения. Они не испытывали каких-либо психотравмирующих переживаний, а, наоборот, проявляли эмоциональную стеничность и напористость в преодолении кризисных ситуаций семейно-социального характера. Однако именно среди таких, казалось бы сильных женщин, выявлено наибольшее количество аутоагрессивных реакций. Они выражались в самоограничении, отказе в удовлетворении каких-либо интересов, то есть в появлении состояний ангедонии. Такие женщины были очень чувствительны к средовым воздействиям, которые расценивали как провокационные. Установлено также, что в кризисных ситуациях женщины чаще использовали для достижения своих целей стратегию, направленную на решение проблем, а мужчины предпочитали стратегию избегания. В этом наши результаты соответствуют результатам исследования Ю.А.Александровского и М.С.Павлова (2004) по проблемам изучения распространенности социально-стрессовых расстройств личности среди различных категорий населения. По нашему мнению, организационно-методическая работа с дисфункциональными семьями должна учитывать, что индивидуально-типологические особенности личности в состоянии кризисного напряжения представляют собой варианты социально-стрессовых расстройств, которые почти всегда непредсказуемы и поэтому опасны как в личностном, так и в социальном отношении. Кроме того, психология социально-стрессовых расстройств личности различного генеза должна быть хорошо известна практикующим психологам и в методическом отношении учитываться в процессе социально-психологического консультирования таких лиц. ^ О.Ю.Юрков, г. Москва В настоящее время, по данным ВНИИ МВД, только в Москве насчитывается не менее 28 300 беспризорников, из них 85% самовольно оставили дом, 5—6% — детские дома и школы-интернаты. Особую группу составляют около 3 000 беспризорников, лишившихся родителей по причинам, связанным с конфликтами в Чечне, Таджикистане, Дагестане. Из беспризорников, обитающих в Москве, только 5-7% - москвичи, остальные представляют самые разные регионы и приехали в Москву, потому что здесь есть возможность затеряться и заработать. Эта статистика далеко не полна, так как не учитывает латентные формы беспризорности. Побег из дома - это не только регрессия к ранним, примитивным формам защитного поведения: прежде всего - это глобальная катастрофа в масштабах личности подростка. Во многих исследованиях подчеркивается, что оказание своевременной и адекватной психологической и психотерапевтической помощи позволяет снизить долю дезадаптированных лиц с 20% до 3-5%. Сразу после кризиса доминируют эмоциональные расстройства. Многочисленные научные данные доказывают, что непосредственно в момент побега и после него у подростка наблюдается эмоциональный шок. Первая фаза кризиса длится от нескольких часов до нескольких месяцев. Г. Каплан и Б. Сэдок (1998) считают, что кризисная фаза может продолжаться от нескольких часов до шести недель. В это время подросток использует все имеющиеся у него ресурсы для разрешения кризиса, адаптивные и дезадаптивные, причем состояние смятения делает его восприимчивым к самой минимальной поддержке и позволяет добиться значительных результатов. Психологическое состояние подростка во второй фазе характеризуется поиском «теории» события, его смысла, связи с «картиной мира» Как правило, подросток ощущает деформацию или утрату смысла существования вследствие частичного или полного разрушения «картины мира». Многие психологи считают стремление человека к самоосуществлению главной движущей силой его развития. Эта сила напрямую зависит от способности индивида ставить перед собой цели, адекватные его внутренней сущности. Обладание такими целями - условие сохранения психического здоровья личности подростка. В послекризисной ситуации можно выделить три основных типа поведения подростков: - реальное поведение - быстрое создание нового плана поведения, соответствующего реальной ситуации; - фантомное поведение - в его основе лежит старый план жизни, не связанный с реальными изменениями в жизненной ситуации; - хаотическое поведение - характеризуется частой сменой плана действий. Коррекционная работа с социальной реинтеграцией личности подростка - бродяги, формированием ее устойчивости к травматическим переживаниям может проводиться школьными психологами или психологами специализированного психолого-медико-социального центра системы Министерства образования. Описание стратегии и тактики такой работы будет предметом отдельной работы. ^ О.Ю.Юрков, г.Москва В настоящее время существуют различные точки зрения на причину возникновения синдромов ухода и бродяжничества. Так, А.Е.Личко (1983) выделяет четыре типа побегов у детей: эмансипационные, импунитивные, демонстративные, дромоманические. Немецкие исследователи (Hegel, 1967; Nisson, 1974; Тгаmen, 1955; Nevon, 1952) также указывает на причины уходов детей и подростков — тревога из-за страха наказания у «робких», «специфический пубертатный побег» вследствие фантазий и мечтательности. Большинство французских авторов (Meger, Piaqet, Nutin, 1965-1967; Troma, 1972) описывают синдром уходов и бродяжничества как реакцию «нестабильных личностей», у которых преобладает гиперэмоциональность, шизоидность, аутизм, эпилептоидность. Существует и другая точка зрения на формирование синдрома уходов и бродяжничества у детей и подростков. Например, А.И.Хасанова, Р.П.Девицзон, Д.И.Измайлов (1979, 1961) считают, что это наличие патогенных факторов, действующих в период внутриутробного развития и в раннем постнатальном периоде; то есть, речь идет о расстройствах в форме минимальной мозговой дисфункции. Одновременно с этими причинами на формирование указанного синдрома оказывают влияние и микросоциальные факторы (Райская М.М., Немировская С.В., Мальцева В.С., 1978). Изучаемые дети воспитывались в тяжелых антисоциальных условиях среды: безнадзорность, алкоголизм родителей, деспотичность и авторитарность воспитания при низком культурном уровне, сексуальная распущенность, воровство. Анализ результатов теоретического исследования позволяет отметить следующие индивидуально-психологические особенности. Во-первых, полиморфизм психических отклонений, который включает и устойчивые патологические состояния, и проявления ретардированного, дисгармонического психического дизонтогенеза в сочетании с психогенными расстройствами непсихотического характера и аддиктивным (алкоголь, токсико-наркотические средства) поведением. Во-вторых, высокий уровень микросоциальной, педагогической запущенности (более чем в 2/3 случаев). Таким образом, при клинико-психологическом исследовании у детей и подростков с безнадзорностью и девиантным поведением выявляются следующие личностно-психологические особенности, которые должны учитываться при психопрофилактической и психокоррекционной работе: высокий уровень функциональной неграмотности с когнитивным дефицитом, неразвитостью познавательных способностей; преобладание неустойчивого типа социально-психологической личностной деформации с антиобщественной направленностью поведения; повышенный уровень агрессивных форм поведения со следующими особенностями: а) высокая аффективная заряженность, б) склонность к импульсивным реакциям на фрустрирующие ситуации; в) низкий уровень стимулов, вызывающих агрессивные формы реагирования; г) малодифференцированная направленность реакций агрессивного типа. Одновременно отмечаются черты гиперактивности, снижения самоконтроля, повышенной тревожности и неустойчивой самооценки. В целом агрессивные формы поведения имеют преимущественно гетероагрессивную направленность. Выраженность микросоциальной и педагогической запущенности с признаками формирующейся социально-психологической деформации достигает 65 - 70% случаев. Такое положение дел свидетельствует о необходимости разработки специальных программ социально-психологической работы с подростками, покинувшими свой дом. Человек в трудной жизненной ситуации Материалы I и II научно-практической конференции Редактор С.А. Липатов Ответственный за выпуск Т.Ф. Суслова Верстка, оформление и корректура А.А. Серегина, Е.Г. Силаева 1 Данные на 2002 год. 2 Исследование было проведено в 2002 г. |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям