Зачем нужен этот учебник? Принципы и методы рационального
|
|
Скачать 2.23 Mb.
|
|
CINA отличается волчьим голодом, зудом в анусе и поносом перед приступом кашля; лицо бледное, пот холодный, приступ кашля может доходить до синкопы с конвульсиями, а после приступов ребенок хнычет, и в его пищеводе слышно бульканье.
в) ^ , когда приступы кашля облегчаются и приводят в отчаяние своей тенденцией к подострому торпидному состоянию, PULSATILLA будет чаще всего показана благодаря своему сухому кашлю ночью и влажному днем, причем кашель сопровождается выделением желтой мокроты без рвоты и с нераздражающими желтыми выделениями из носа. Отсутствие жажды, потеря вкусовых ощущений, обоняния, общее ухудшение от тепла и улучшение на свежем воздухе дополняют показания лекарства. ^ , соответствующие средствам против коклюша, ранее перечисленным в качестве примеров для того, чтобы Вы обратили внимание на уточнение симптомов, соответствующим различной реакции больных коклюшем на их болезнь; подобное средство представляет для них реактивный терапевтик, специфическим образом усиливающий их защиту и приводит к выздоровлению без осложнений. Невозможно объяснить это многообразие клинических картин априорно, вне связи одной с другими. Все средства, которые еще будут упомянуты, были испытаны на человеке, находившемся в состоянии физиологического равновесия, их фармакодинамика или физиопатологическое действие известно. Это последнее позволяет объяснить экспериментальные признаки и через подобие – соответствующие клинические признаки. Приведем только один пример BELLADONNA, имеющей хорошо известное токсикологическое действие, с которым связаны все признаки этого средства: действие на центральную нервную систему (ЦНС) в двух фазах – возбуждения, которым объясняется мощь проявления симптомов, и депрессии, создающей фон болезни; действие на вегетативную нервную систему с параличом вагуса, симпатикомиметизм определяет множество других признаков; конгестивное, раздражающее воспаление с конгестией головы, поражение всех слизистых, причем при коклюше избирательно поражаются слизистые трахеи бронхов. Таким образом, гомеопатия, в которой патогенетические признаки на первый взгляд никак не связаны с определенными средствами, на самом деле находит рациональное объяснение в известном фармакодинамическом или токсикологическом действии субстанции, причём специфика действия лекарства обнаруживается в протоколе эксперимента и в терапевтическом действии на больного при соблюдении правила подобия и назначении бесконечно малых доз, а также – в более сложном метаболическом действии, которое необходимо изучить, чтобы понять суть действия лекарств в хронических состояниях. Следовательно, все научные дисциплины, изучаемые в связи с медициной, необходимы для понимания гомеопатической медицины, находящей в непрерывном прогрессе этих наук выражение и подтверждение своей доктрины, своих основных положений и техники терапии. ^ В ХРОНИЧЕСКИХ СОСТОЯНИЯХ Даже некоторые врачи, приверженные классической медицине, признают за гомеопатией действие на определенные категории больных (см. выше), более или менее выходящие за рамки действия современных терапевтических средств, революционизировавших медицину (антибиотики, химиотерапия), - начиная от нервозных детей до больных с различными функциональными нарушениями, среди которых и поливалентные расстройства, «играющие в прятки» со специалистами различных областей и не обращающие внимания на границы между этими областями. Поэтому следует посвятить обширную главу хроническим состояниям, включающим последовательность медленно развивающихся и длительно текущих заболеваний.
С другой стороны, классификации позволяют лучше учесть определенный набор данных, содержащий следующее:
Эти три примера показывают, что современная медицина ищет более синтетическое понимание болезни, учитывая группу реакций организма на воздействие болезни. Но все это не меняет нозологические понятия, а только изменяет группировку симптомов в нозологии. Это легко понять. Для классической медицины существенна диагностика болезни, совокупности болезней или нозологическая картина, необходимая для поиска патогномоничных признаков, полученных путем клинического наблюдения и сложных исследований, инструментальных и лабораторных. Только диагноз болезни признается значимым для адекватной терапии, поскольку он определяет класс медикаментов, воздействующих известным образом на данную болезнь или группу болезней. Клиническая медицина слабо учитывает индивидуальные нюансы – только для того, чтобы временно смягчить анормальные реакции больного на назначенное средство или, в крайнем случае, для того, чтобы бороться с развитием определенной ятрогенной болезни. Эти случаи, встречающиеся всё чаще и чаще, должны были бы заставить официальную медицину попробовать применить одно или другое лекарство, известное своей эффективностью при лечении выявленной болезни, чтобы найти, на случай неудачи лечения, хотя бы временный способ, который позволил бы больному уживаться со своей болезнью, т.е. заключить с нею нечто вроде «терапевтического мира». Конечно, эти примеры не исчерпывают проблемы, и мы не намерены считать ошибочной современную медицину. Наоборот, мы стремимся отметить её достижения и завоевания, констатируя только ошибки научного прогресса, и пытаясь найти их разрешение при временном отсутствии успеха терапии и во всех исключительных случаях.
Но для нас она представляет собой только первую стадию. Патогномоничные признаки болезни, необходимые для ее диагностики, определяют эту болезнь, но говорят нам мало или вообще ничего не говорят о пораженном ею больном. И вот старая песня: гомеопатия лечит не болезнь, а больного. Это крайняя, несколько окарикатуренная формулировка. Она означает только то, что, применяя методику лечения, соответствующую основным принципам гомеопатии, необходимо точно знать все настоящее и прошлое больного и рационально предвидеть его будущее. Для нас болезнь – это не автономный процесс, против которого мы обязаны бороться, игнорируя индивидуальность больного. Гомеопатическая концепция болезни исходит одновременно из внешней причины (микроб, вирус и т.п.) и из почвы, на которую действует эта причина (больной). Нельзя недооценивать важность внешней причины. Но нам кажутся важными различия в ее болезнетворном воздействии, обусловленные разной степенью восприимчивости пораженного организма. Так же, как испытуемые различно воспринимают действие субстанции (экспериментальное патогенетическое действие гомеопатического средства), так же и больные по-разному воспринимают действие агрессивного агента (болезнетворное воздействие и модальность реагирования на это воздействие). Общие признаки в их совокупности, наблюдавшиеся у испытуемого (восемь-десять, чтобы они могли рассматриваться как существенные), дают общую характеристику действия средства. И если эта совокупность признаков обнаружена у больного, можно считать ее индивидуализирующей – устанавливающей связь между субстанцией (средством) и данным больным, а также межу ними и агрессором-возбудителем болезни. Иначе говоря, правило подобия, на котором основана гомеопатия, приводит в соответствие одинаковые признаки субстанции-средства, выявленные в эксперименте, и возникшие у больного под воздействием какого-либо болезнетворного фактора, связанного с подобными признаками. Между тем очевидно, что обнаружение одних и тех же признаков, возникших под действием различных причин и обнаруженных с одной стороны у испытуемого, с другой – у больного, должно быть соотнесено с конкретным субъектом, на организм которого воздействуют как субстанция-средство, так и агрессиная субстанция. Общий знаменатель этих двух групп подобных признаков – это организм, находящийся под воздействием двух различных факторов. Таким образом, проясняются изменения, вызывающие патологические признаки: экспериментальные и клинические признаки, очевидно, являются признаками как агрессии, так и защиты, и оба эти вида признаков обнаруживаются и у субстанции-средства, и у больного. Они строго индивидуальны и характеризуют данного больного, т.е. одновременно его болезнь, и его индивидуальную манеру реагирования на нее. Подведем итоги: признаки болезни – это одновременно признаки агрессии, характеризующей данную болезнь (патогномоничные признаки) и признаки защиты организма от нее. Это позволяет предположить, что болезнетворный фактор представляет собой провоцирующее начало, на которое больной отвечает собственной индивидуальностью. По ходу болезни участие больного присоединяется к действию агрессивного начала. Это позволяет понять, что перед лицом одного и того же болезнетворного фактора – провоцирующего начала – каждый больной создает собственную картину болезни, представленную, с одной стороны, общими признаками, определяющими название болезни, с другой – реактивными признаками, имеющими отношение только к больному. Гомеопатия учитывает оба вида признаков, даже когда она интересуется нозологической картиной болезни и общей реакцией больного, но в особенности по ходу его болезни. ^ . Именно у него, в его прошлом и настоящем, мы находим причины глубоких изменений, которые подготавливают почву для болезненного состояния – хронического (определение длительности) или острого (определение криза-пароксизма, с малой длительностью или в виде рецидива). Анамнез больного, освещающий его прошлое, имеет капитальное значение для гомеопатии, независимо от обозначения болезни. Только он позволяет понять связь между исходной ситуацией и существующей в настоящее время болезнью – этими двумя параметрами одного и того же хронического состояния. Наследственность и события прошлой жизни, составляющие фоновую константу и, с другой стороны, различные проявления по ходу болезни представляют капитальный интерес для выявления основы актуального заболевания. Гомеопатия позволяет, благодаря знанию хронологической последовательности изменений и глубокого смысла каждого инцидента, понять индивидуальные реакции больного на болезнь и интерпретировать различные инциденты не как автономные болезни, а как единую последовательность расстройств, связанных с личностью больного и с его личным болезненным потенциалом. ^ (1) и иллюстрирующие вышесказанное: 1) Г-н М.Д., любитель поесть, тучный, в 53 года начинает страдать сильным кровохарканьем, которое, по результатам исследований, вызвано состоянием прецирроза печени. Он обращается по поводу острой экземы лица. Изучение случая позволяет найти ^ как подобное средство. Его назначение в дозе 15 СН вызвало ухудшение экземы, а потом – быстрое очищение. Сопутствующие диспептические расстройства исчезли, общее состояние быстро улучшилось, а анализы функции печени нормализовались после длительного лечения этим лекарством в соединении с ^ но особенно - PHOSPHORUS. 2) Мальчик 14-ти лет с раннего детского возраста страдал экземой. С шести до 11-ти месяцев мокнущая экзема лица, которую внешне удалось вылечить применением мази. Месяцем позже возник энтерит, продлившийся три месяца. Излечение энтерита сопровождалось возвращением экземы, которую не удалось ничем вылечить. Изучение случая привело к назначению дозы PSORINUM 7 СН, 15 СН, 30СН, затем в тех же разведениях, что вызвало усиление, а затем почти полное очищение, продолжавшееся затем в течение одного года. ^ Выбрав точкой отсчета больного, перейдем теперь к лекарству. Какому лекарству соответствует следующая история, и каким иным способом можно было бы лечить следующую совокупность признаков: Ребенок на фоне предыдущего хорошего здоровья имел в младенческом возрасте экзему, исчезнувшую в возрасте около двух лет. Отданный в детский сад в пятилетнем возрасте он каждую зиму страдал насморком, который в большей или меньшей степени сопровождался фарингитом с приступами лихорадки. Краснуха и корь, свинка с ярко выраженными симптомами, но без осложнений. Когда он подрос, он сохранил по видимости хорошее здоровье, здоровый цвет лица, горячую влажную кожу. Зимой у него сохранилась легкая подверженность ринофарингитам, тем более, что его профессия требует сидячего образа жизни, и ему недостает физической нагрузки в его слишком теплом офисе. Изредка он страдает весной приступами фурункулеза, который скоро прекращается летом после криза в виде быстропреходящего сильного поноса. У этого больного мы отмечаем:
Вся эта история, все обнаруженные у больного путем опроса и кропотливого обследования признаки точно перекрываются одним средством -SULFUR , т.е. серой. Было бы интересно посмотреть на совокупность приемов, которыми врач-приверженец классической медицины стал бы лечить этот случай. Различные примеры, приведенные выше, в рамках гомеопатической концепции можно обобщить как псору (аутоинтоксикация и застарелый артритизм). Исходя из совокупности экспериментальных (группы сходных признаков разных лекарств) и клинических признаков (группирование признаков, найденных в анамнезе больного), гомеопат смог идентифицировать единое целое, которое мы называем диатезом, или интоксикацией, и который, когда он найден, можно подвергнуть терапии во избежание повторения острых эпизодов или наступления новых кризов в форме болезненных проявлений, вписывающихся или не вписывающихся в рамки одной болезни. Существует четыре классических основных диатеза: псора, туберкулинизм, люэтизм, сикоз. Для нас диатез – это специфический способ реагирования данного организма, причем роль детонатора играет тот или иной болезнетворный фактор. Терапевтическое воздействие на этот болезнетворный фактор мы рассматриваем как иллюзорное, если параллельно не лечится его фон – болезненная почва, т.е. диатез. Следовательно, гомеопатия выполняет не только лечебную функцию, когда применяется подобное средство, но одновременно оказывает профилактическое воздействие, влияя на диатез с помощью фоновых средств, всегда в соответствии с основным правилом подобия, когда подобное рассматривается не только в рамках настоящего, но и в отношении прошлых симптомов, обнаруженных в анамнезе. Таким образом, у нас есть максимум шансов действительно прервать течение хронической болезни, воздействуя на глубинные, не всегда открыто проявляющиеся причины, в то время как медленное затяжное развитие болезни при отсутствии действенного лечения могло бы привести к постепенному ухудшению болезни и наступлению необратимых нарушений, не поддающихся лечению. ^ И ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ Сторонники официальной медицины, допуская, что гомеопатия может оказывать воздействие на этот класс болезней, имеют при этом в виду, что она действует на больных, у которых нельзя обнаружить органических нарушений. Существует другая точка зрения, согласно которой гомеопатия может «применяться» в качестве плацебо. Функциональные нарушения при этом рассматриваются как воображаемые, а гомеопатия якобы оказывает чисто суггестивное, убеждающее влияние, т.е. гомеопат якобы играет роль мага, гипнотизера, магнетизера и т.п. Это поверхностное суждение не выдерживает никакой критики. Мы уже приводили аргумент, опровергающий такое мнение: эффективное действие гомеопатии, с одной стороны, на грудных детей, а с другой - на животных. Кроме того, по двум причинам можно утверждать, что функциональный больной мешает официальной медицине: во-первых, он ставит под сомнение ее методы диагностики, поскольку у него не обнаружено ни какой-то нозологически определенной болезни, ни явных изменений, несмотря на лабораторные и даже самые совершенные биологические исследования; во-вторых, из-за невозможности диагностики больной, выпадающий из классификации будет подвергнут, как таковой, - если не одновременно, так последовательно – воздействию всего арсенала медикаментов, применяемых к достаточно туманному классу болезней, которые называют нейровегетативными, функциональными и т.д. И эта проблема, созданная функциональными нарушениями стоит тем более остро, что с ней приходится часто сталкиваться – не столько в больнице, сколько в частной практике. «Первые статистические исследования показали то, что впоследствии еще раз подтвердилось - от 40 до 60% выбранных из стандартной популяции больных, приходивших на консультацию к врачу и вначале не рассматривавшихся в качестве функциональных, оказались таковыми».1 Что делает врач официальной медицины с больным, у которого не выявлено никаких органических нарушений и который определен как функциональный? «Речь идет о больном, которого врач не может рассматривать с точки зрения известных ему болезней. Первое побуждение врача – направить его к специалистам-экпертам: кардиологу, гастроэнтерологу и др., - которые, не найдя у него ничего, сплавляют его обратно терапевту. Этот последний, выбившись из сил, направляет его к психиатру; тот решает, что это не «его» больной, и отправляет его обратно к терапевту… который осматривает больного и называет его «функциональным», используя наиболее туманный термин».2 И действительно, каково точное значение термина «функциональный»? Он претерпел эволюцию вместе с развитием всех отраслей медицинской науки. В конце ХVIII и в начале XIX в. этот термин ничего не обозначал, так как считалось, что органические заболевания могут иметь одновременно как экзо-, так и эндогенную причину; Сайденхем (Sydenham) полагал, что подагра происходит от распутства. Лаэннек (Laennec) - что туберкулез вызывается печальными переживаниями и меланхолией. В XIX в. Медицина стала анатомо-клинической: начали думать, что при болезни должно быть анатомическое нарушение, соответствующие клинические симптомы и этиология. Затем возникла опасная путаница: оказалось, что существуют болезни без анатомических нарушений – функциональные расстройства. Первым примером стал диабет, при котором отсутствуют анатомические нарушения, но болезнь можно объективно зафиксировать по биологическим параметрам: "На этом этапе расширилось понятие органики: оно вышло за рамки анатомической наглядности и обрело смысл биохимического феномена, поддающегося количественному измерению и объективно существующего, чтобы, наконец, обрести современное значение биохимического нарушения» (А.Пекиньо, там же). В конце прошлого столетия возникла жалоба на истерию, затем «понимание», что так же, как при анатомических нарушениях возникают соматические проявления, биохимические функциональные расстройства могут вызывать ____________ 1 Д-р Рене Хельд. Краткое вступительное слово на открытии первого коллоквиума врачей-практиков по функциональной психипатологии (напечатано в «Gazette medicale de France«от 25 апреля 1970г., № 13 с.3027) // Dr. Pene Held: Allocution inauqursle du Premier Colloque du Practicien sur Ia Patholoqie Psychofonctionnelle (compte rendu dans Ia Gazette medicale de France, t.77, nо 13 du 25 avril 1970, р.3027). 2 Пекиньо А.Форум по функциональным болезням (отражено в «Concours Medicale« 2 и 9 мая 1970г. с.4229) // H.Рequiqnot: Forum sur Ies «Fonctionnels» (compte rendu dans Ie Concours Medical des 2 et 9 mai 1970, р.4229). расстройства психические (А.Пекиньо, там же), и это понятие нашло применение в изучении энцефалита фон Экономо (Von Economo) и в первых исследованиях в области психофармакологии: «Приведем в качестве примера одну статью из «New Enqland Jourmal of Medecine», в которой тоскливость связывается с концентрацией в крови ионов лактата.» Итак, по мере прогресса в биохимических исследованиях этиологии и патогенетических механизмов определенных болезненных расстройств, лишенных органического субстрата, область функциональных расстройств стала сужаться. Классическая медицина при постоянном прогрессе склонна рассматривать функциональные расстройства как нечто, что еще предстоит выяснить. Но, ожидая прояснения данного вопроса, следует заниматься подобными заболеваниями и пробовать лечить их. Официальная медицина могла бы попытаться хотя бы классифицировать эту проблему. Прежде, чем говорить о функциональном больном, врач, одержимый навязчивой идеей органических нарушений, правильно замечает, что, называя пациента «функциональным», он не ставит диагноз, а пытается сохранить контакт с человеком, у которого в один прекрасный день «что-нибудь обнаружится» (А.Пекиньо, там же). В последнее время делаются попытки разобраться в функциональных нарушениях. Форум по функциональным нарушениям, первый коллоквиум практикующих врачей по психофункциональной патологии имели целью создать классификацию функциональной сферы. Итак, у нас есть: 1. ^ , у которых после тщательного всестороннего обследования не обнаружено никаких органических дефектов, а их расстройства носят сомнительный, несогласованный характер (симптоматология искаженная, нетипичная, необычное развитие, отмеченное повторением или продолжением расстройств и часто сопровождающееся неэффективностью лекарств), часто двусмысленный (ни одно из этих заболеваний не носит патогномоничного характера). «В общем, это неудача идеального медицинского процесса, нарушение логических связей, когда какое-то звено выпадает.» Это область ложных сердечных расстройств, ничем не оправданной одышки и т.д. В таких случаях больному говорят: «Это нервное, с сердцем у Вас все в порядке.» Нервное сердце, возбудимое сердце, сердечный невроз, синдром Дакоста, сердечная нейротония или, как говорят в англоязычных странах, нейроциркулярная астения. Носители этих заболеваний могут иметь как здоровое, так и больное сердце. Они преобладают среди пациентов консультирующих врачей клиник и частнопрактикующих врачей. Статистика приводилась на том же коллоквиуме. И столько же, если не больше подобных пациентов наполняют приемные гинекологов с жалобами на дисменорею, боли в поясничной и тазовой областях или на зуд вульвы. И вообще все части тела представлены в жалобах этих больных, поскольку психо-функциональные нарушения находят разные пути для выражения дисбаланса, причем все исследования направленные на выявление пораженного органа, не дают никаких результатов. 2.^ можно определить так: после тщательного и всестороннего обследования пациента находят определенные органические нарушения, слишком, однако, незначительные по сравнению с имеющимся расстройством. Диспропорция причины и вызванных ею нарушений характеризует этот класс функциональных расстройств, и она же побуждает искать главную причину расстройств, связанных с инфра- или мини-повреждением, в высшей нервной деятельности. Исследования в этой области обнаруживают, как правило, преимущественно психическую этиологию, иногда обусловленную влиянием окружающей среды. В действительности все это – следствие проблем прохождения последовательных уровней от функционального к органическому когда причина болезни последовательно охватывает одну сферу за другой. Здесь речь идет о новом понятии официальной медицины, которое для нас, гомеопатов, является классическим и которое, следовательно, позволяет лучше понять наши идеи и наш способ лечения. Такая расплывчатость границы между функциональным и органическим позволила Раймону Дюпюи (Raymond Dupuis) на том же коллоквиуме сказать, что «выбор между органическим и функциональным на уровне диагностики, несмотря на электрокардиограмму (ЭКГ), пробу с нагрузкой и хронографию, определяется в основном опросом больного и потому зависит от субъективного восприятия больного и врача». Но в случае возвращения к индивидуальной беседе и к связи между врачом и пациентом, к субъективному познанию последнего для лечения функциональных заболеваний – кто лучше врача-гомеопата способен понять больного? В самом деле, проблема гомеопатии несколько в другом. Как в любом медицинском вопросе, следует отталкиваться от общего понятия обеих медицин: как нам понимать функционального больного? Мы можем исходить из клиники или из лекарства. Опыт врачей-гомеопатов учит их, как блестяще продемонстрировал Р.Лериш (Rene Leniche), что после более или менее долгого периода функциональных расстройств наступает заболевание, связанное с патологией органов. Над гомеопатами много смеялись из-за этого утверждения, однако современные концепции психосоматических функциональных расстройств, связанных с хотя и минимальными, но реальными органическими нарушениями, отчасти согласны с нашей точкой зрения. Экспериментальное исследование гомеопатического лекарства и его применение при лечении больного по принципу подобия уже подтверждает справедливость вывода, сделанного Р.Леришем (Rene Leniche). Определенные субстанции, проведенные на здоровом человеке в соответствии с методами Ганемана, позволяют нам выявить симптомы или нарушения, проявляющиеся в функциональной сфере и постепенно, по ходу эксперимента, переходящие в органические, вначале незначительные, затем усиливающиеся. При лечении гомеопатическими средствами оказалось, что некоторые из них действуют чисто функционально, другие - на психосоматические расстройства, третьи – на органические. Фундаментальные законы гомеопатической доктрины позволили создать классификацию больных, которую недавно открыла для себя психосоматическая медицина. В этой области, важной для обеих медицин, представители классической медицины до сих пор игнорировали достижения гомеопатии. Приведем только несколько примеров лечения функциональных больных функциональными средствами, выбранными по правилу подобия. Опишем вкратце две симптоматологические картины лекарств и дадим им рациональное объяснение.
Такова картина IGNATIA, и то же само физиологическое исследование позволяет ее рационально объяснит через вегетатику и стрихнин, как у ^ как и NUX VOMICA, обладает функциональным и сенсорным действием и рефлекторным действием на нервную систему. Но обе составляющие проявляются с разной силой у этих лекарств. Стрихнин преобладает у ^ и проявляется в рефлекторном действии на двигательный отдел нервной системы, а бруцин преобладает у IGNATIA и больше действует на сенсорную область, чем на моторную. Вторичное рефлекторное действие на двигательный отдел (стрихнин) и действие бруцина, в котором преобладает эмоциональная сенсибилизация, объясняют вариабельность, характеризующие все признаки IGNATIA, которая обладает четырьмя характерными чертами: капризность, причудливость, неопределенность и расплывчатость. Здесь мы находим основные особенности психо-функциональных расстройств, признаваемых современными психосоматиками. Разница в том, что гомеопаты в отличие от них имеют соответствующее терапевтическое средство на эти расстройства: ^ или IGNATIA в зависимости от конкретного случая. В завершение настоящей главы скажем, что, зная технику применения гомеопатического метода, действующего по принципу подобия, а также научное обоснование результатов исследований лекарственных средств, проведенных Ганеманом, можно констатировать, что врачи-гомеопаты отнюдь не действуют по принципу плацебо, который им приписывают, но обладают верным подходом к классу функциональных болезней. Эти болезни составляют от 1\3 до 1\2 жалоб больных, обращающихся к врачу. Врач-гомеопат обладает средством их лечения, которое он выбирает в «Materia Medica» по сходным признакам. Врач находит средство или набор средств, покрывающие всю картину болезни, включая историю болезни, существующие в настоящее время расстройства и возможную в будущем психо-соматическую патологию.. ^ И ОРГАНИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ Если охотно признается действие гомеопатии на функциональных больных, хотя многие считают, что это действие плацебо, как было сказано в предыдущей главе, то исходя из классических понятий, трудно признать действие гомеопатии на болезни, при которых существуют какие-либо явные органические или патологические нарушения. Мы попробуем логически объяснить это действие. Вначале приведем несколько определений. Словарь «Ларус» говорит: |
Ваша оценка этого документа будет первой.
Ваша оценка:
Похожие:
База данных защищена авторским правом ©MedZnate 2000-2016
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям
allo, dekanat, ansya, kenam
обратиться к администрации | правообладателям | пользователям